Часть 2

В подвале двухэтажного дома появилось зеленое свечение, а после и двое парней. Черноволосый с интересом оглядывался по сторонам, пока его друг вышел из круга и направился к двери. Чхве Хан очнувшись от своих мыслей и наблюдений, последовал за ним. Скрип открывающейся двери неприятно резанул по ушам. - Я попрошу папу смазать ее... Пробормотал аловолосый. "Хм...? Папу? Кого Кейл-ним имеет в виду?" Подумал Чхве Хан, идя по темному коридору за Хенитьюзом. Дверь подвала открылась, выпуская парней в свет и в теплую комнату. Трое детей посмотрели на Кейла, и тот улыбнулся им. - Я пришел, как и обещал. Говорит Хенитьюз, вводя этим в ступор Чхве Хана. Мечник видел только разбитые стекла окна, сломанный диван, изъеденный молью персидский ковер и старые, покрытые мхом и плесенью деревянные стены, но Кейл видео противоположную картину. Перед его глазами была целая комната, а на ковре сидело трое детей, которых Хенитьюз считал своими младшими. - Где папа? Задал он вопрос, обнимая подошедшую к нему рыжеволосую девчушку с яркими зелеными глазами, похожими на изумруды. Двое похожих друг на друга мальчика только с разным цветом глаз смотрели на них. - Он вроде бы у себя в мастерской. Нового аниматроника строит. Ответил старший из троих детей. Это был парень лет пятнадцати с каштановыми кудрями и небесно-голубыми глазами. - Спасибо,Майкл. Чхве Хан, пойдем. Кейл позвал мастера меча за собой и направился к лестнице, ведущей на второй этаж, но Хан схватил его за локоть, не давая ступить на лестницу. -Кейл-ним, лестница в плохом состоянии. Ты уверен, что хочешь подняться? - О чем ты, Чхве Хан? Лестница прочная. Да и папа недавно ее чинил. Спокойно ответил Кейл, поднимаясь на второй этаж. Он не видел обеспокоенного лица Чхве Хана, который вместо прочной лестницы, видел почти полностью сгнившие ступеньки и отсыревшие, покрытые плесень. ступени. Весь дом был в плесени, даже воздух тут был тяжелым, сырым, с запахом плесени. Но не виде Кейл этого. Он видел другое. Целый дом с живыми в нем людьми, а не разруху. Для него в доме стоял запах папиного печенья и масла для смазки деталей аниматроников. Чхве Хан не хотел рушить этот мирок своего друга, поэтому молчал. Они остановились около зеленой двери, и Кейл толкнул ее. Перед взором мастера меча предстала заброшенная мастерская с ржавыми роботами. Хан тяжело вздохнул и посмотрел на Кейла, который прошел к столу и склонился, словно собирался кому-то пошептать на ухо. По помещению разнесся мягкий голом Хенитьюза, который Чхве Хан не слышал от своего друга. - Пап, у тебя тут ошибка. Если ее не исправить, то он заглючит. Уильям обернулся на голом аловолосого и улыбнулся. Кейл распрямился и оглядел готовых аниматроников. Его внимание привлек Фокси в фиолетово-желтых цветах. -Ого! Он же из серии Глюч! Ты и правда сделал его?! Спросил аловолосый у механика, который мягко улыбался. - Конечно. Я же обещал. Тихий смех слетел с губ сына герцога. - Да, точно. А ты никогда их не нарушаешь. Я вообще-то пришел всего лишь на пару дней, так что думаю, что смогу тебе помочь с другими проектами. Кстати, это Чхве Хан - мой друг. Чхве Хан, это Уильям Афтон - мой... приемный отец. кейл сначала указывает нв мастера меча, а потом на мужчину с длинными каштановыми волосами, переходящими в фиолетовый и небесно-голубыми глазами. Чхве Хан не видел Афтона, но решил все же поприветствовать того, чтобы не расстраивать своего друга. - Здравствуйте, сэр Афтон. Черноволосый поклонился, хоть в сердце и было беспокойство за аловолосго. Как давно Кейл видит иллюзию, которая по мнению Чхве Хана, разрушала гениальный мозг главнокомандующего? Конечно мастер меча не видел и не слышал Уильяма. Все что слышал мечник в этом старом доме - это голос Кейла, мягко разговаривавшего самим с собой. " Как давно ты это видишь, Кейл-ним? Есть ли способ разрушить эти чары?" Думал про себя Чхве Хан, идя следом за Кейлом на кухню. - Пап, а дядя Генри скоро придет? Вдруг задает вопрос бывший главнокомандующий. Чхве Хан стал прислушиваться. - Конечно. Через час-два вроде. Ответил Уильям. - Вот как значит. Произносит кейл, заходя на кузею, но тут он оборачивается и начинает настойчиво звать Чхве Хана, словно того тут нет.