HOUR EIGHT

— Ты неплохой актер, Бан Чан. Может, займешься этим? Вот это было бы зрелище. Голос Минхо зазвучал в коридоре. — Но, к сожалению, прошло уже восемь часов. Время вышло...

***

Звук трущихся друг о друга веревок заполнил почти пустой коридор. Последняя жертва поняла это слишком поздно и упала на пол с жутким грохотом. Веревка была обмотана вокруг его шеи и туго натянута. Лицо жертвы было багровым, глаза выпучены, изо рта капала кровь. На лбу была вырезана неровная семерка. Убийца опустился на колени рядом с телом и провел кончиками пальцев по покрытому шрамами лбу. — Семь. Не восемь. Я должно быть, я ошибся в подсчетах. Упс. Глаза жертвы прищурились. Убийца заметил это. — О. Ты все еще жив. Привет. Он встал, тщательно вытирая испачканный нож. — Он был у тебя, знаешь ли. Но слишком поздно. К тому времени, как ты догадался, на моих руках уже была твоя кровь. — Хотя, чтобы полностью разгадать, тебе пришлось практически все растолковать. Жалко. — Убийца сплюнул, щелкнув языком. — Кстати, ты был прав. Актерство — мое любимое хобби. Но уже поздновато для этого, нет? Убийца улыбнулся своей символической улыбкой — ямочки, ровные зубы, прищуренные глаза. Та самая невинная улыбка, на которую они все купились. На ту, которой все доверяли. — Ну, раз уж ты, очевидно, знаешь, кто убийца, скажи мне, Ли Минхо, какие были коды? Бан Чан крепче сжал нож, чтобы в последний раз вонзить в живот лучшего друга. "Прощай, Ли Минхо".

Он один из вас. Не доверяйте никому.