Глава 29. Жизнь.

– Сосредоточься, Алиса, – миссис Эвелин проходила между рядами оборотней, проверяя их успехи. «Уроки концентрации», как называли их рыжие соклановцы, проходили в той же Башне Альянса. В помещении не было окон. Выбор комнаты можно понять: на уроке старейшины Альянса учили молодых оборотней концентрации и общению со своими Зверями и все в любой момент могло пойти не по плану. Убранство помещения выглядело как зал для йоги. Люди сидели на мягких ковриках на полу на достаточном расстоянии друг от друга и медитировали. Миссис Эвелин была хрупкой, но высокой Волчицей с черными гладкими волосами до лопаток и проницательными карими глазами. Лисс сидела между Ликой и Нейтаном. Она скрестила ноги и с закрытыми глазам, пыталась уединиться с собственным Зверем. Но ничего не получалось – на первый план становилась нарастающая боль, стучащая в правом виске. – Ты сегодня бледная, – послышался тихий голос Нейтан и девушка открыла глаза. – Голова болит, – Лисс посмотрела на свою ладонь и с досадой вздохнула. Заданием Эвелин было призвать энергию своего Зверя и трансформировать левую руку. В идеале, когти на отдельных пальцах. Лисс потрясла ладонью и недовольно зарычала. – Тебе нужно отдохнуть, – прошептал Нейт. – После превращения мы обычно восстанавливаемся и приходим в норму. «Обычно». Ладонь Лисс мелко задрожала и она сжала ее в кулак. Полнолуние было несколько дней назад, а таблетки закончились вчера вечером. Уже утром девушка почувствовала потребность выпить еще. Она пыталась убедить себя, что зависимости нет. Что может отказаться от таблеток в любое время, но зарождающаяся головная боль твердила об обратном. – Вуд, Эддингтон, прекратили разговоры, – строго сказала миссис Эвелин и Нейтан смущенно опустил взгляд. – Медитации после полнолуния особенно полезны, связь с вашими Зверями еще свежа. Советую не упускать эту возможность. Нейт поднял руку к лицу, сконцентрировано гладя на свой указательный палец. Поверх ногтя медленно вылез черный коготь. Парень победоносно улыбнулся, показывая руку сестрам. Лика тихо хихикнула, а Лисс закатила глаза. После тренировки Лисс встретилась с Ханной в торговом центре. Они сидели в кафе с фастфудом и Ханна, как обычно, трындела без умолку. Лисс лениво жевала картошку фри, уставившись в стену. В ушах громко бил сердечный ритм, словно она находилась в диком отходняке. – Лисс, – Ханна, как оказалось, не первый раз пытается привлечь внимание девушки. – Что? – девушка попыталась сконцентрироваться на лице подруги. – Что с тобой? Лисс вздохнула и потерла переносицу. – Просто устала. Бариста за стойкой уронил на пол кружку и она со звоном разбилась. Лисс подпрыгнула на стуле от внезапного звука и широко раскрыла глаза. – Не заливай, – Ханна сощурила глаза и в ожидании уставилась на подругу. Лисс тяжело вздохнула и отвернулась от нее. – Мне нужны еще таблетки. – Блять! – выругалась Ханна и непроизвольно откинулась на спинку стула. – Ага. – Лисс, я не могу помочь тебе, – Ханна смотрела на нее серьезно. – Я очень рисковала, когда добыла тебе прошлую порцию. Достать еще просто нереально. Лисс молча кивнула, все еще не смотря на подругу. Она сглотнула образовавшийся комок и прочистила горло. Руки, потянувшиеся за кружкой с кофе, тряслись, как от холода. Ханна долго смотрела на Лисс, обдумывая дальнейшие действия и взвешивая все за и против. – Я попробую достать еще, – тихо сказала Ханна. – Но тебе придется решить этот вопрос самой. Я не смогу тебе больше помогать в этом вопросе. – Спасибо, – прошептала Лисс. – Пока не за что, – Ханна допила колу из своего стакана и встала из-за стола. – Пошли по домам. Мне еще нужно пару вопросов решить. Лисс слышала напряжение в голосе Ханны. Она не любила кого-либо напрягать, но понимала безвыходность ситуации, в которой очутилась. Она чувствовала себя больной и не знала, что еще может ей помочь. Лежа дома на кровати, она смотрела в потолок. Сигареты уже не помогали ей отвлечься, а алкоголь помогал забыться не больше, чем обычная вода. Навязчивые мысли все крутились в голове, не оставляя ее ни на минуту. «Неужели я стала наркоманкой? Я?» Ситуацию еще и накалял Кайл, который ежедневно забрасывал ее сообщениями. Периодически мысли уносили ее в тот день, когда их тела и души слились воедино. Этот день она хотела запомнить надолго, момент полнейшего спокойствия и счастья. Улыбка Кайла, которая грела ее изнутри, его забота и понимающий теплый взгляд напоминали Лисс, что она кому-то нужна. Но она не могла видеть его сейчас. Точнее, она не могла позволить ему увидеть ее такой сломленной и потерянной. Не хочет увидеть разочарование в его глазах. С разочарованием она была слишком хорошо знакома. Приемные родители часто смотрели на нее таким взглядом. На фоне своей сестры, которая исключительно радовала их, Лисс выглядела гадким утенком. Из раза в раз пытаясь угодить им, она бралась выполнять сложные поручения, но практически всегда возвращалась ни с чем. И, получая очередные нагоняи или удары ремнем, родители очень любили напоминать Лисс, что она не является им родным ребенком. Лисс посмотрела на экран телефона, но СМС и звонков от Ханны не увидела. Она раздраженно отбросила телефон и уткнулась лицом в подушку. Вот бы уснуть, чтобы хоть на немного сократить ожидание! Лисс понимала, что с этой зависимостью придется что-то делать. Только что? Ей была невыносима мысль о том, что придется обращаться за помощью к Мириам. Девушка тупо уставилась в потолок, пока в голове крутились назойливые мысли. Когда она оторвала голову от подушки, за окном смеркалось. На телефоне от подруги все также не было пропущенных и СМС. Она прошла на кухню и закурила, чувствуя пульсирующую боль в висках. Каждые несколько минут она проверяла телефон на наличие сообщений от Ханны, игнорируя какие-либо другие. – Я так с ума сойду, – Лисс прислонилась лбом к холодному стеклу окна и уставилась наружу. Мимо аллеи трусцой пробежал мужчина с наушниками и у Лисс появилась идея. Она откопала в шкафу спортивные шорты и какую-то майку. Лучше заниматься ненавистным ей бегом, чем сидеть и ждать таблеток. Лисс завязала волосы в высокий хвост и, вставив наушники в уши, отправилась на пробежку. Через пару километров ее ноги и легкие горели огнем. Лисс заставляла себя бежать дальше, игнорируя неприятные ощущения. Холодный ветер, бьющий в лицо, выбивал из головы разрушительные мысли и приятно охлаждал кожу. Асфальт пешеходных дорожек сменился на гравий Центрального парка. Она вспоминала тренировки в Башне Альянса. Лисс не хотела быть последней! Девушка привыкла быть сильной, ни от кого независимой и быть на последних местах было непозволительной роскошью. Поэтому она несла себя вперед, отвлекаясь на музыку льющуюся из наушников. Неожиданно Лисс почувствовала что-то знакомое. Какое-то чужое влияние, связь, но не такая, как с Кристианом. Что-то родное, Кровное. Она свернула на тропинку и увидела где-то вдалеке знакомый силуэт. На скамейке сидела Лика. Лисс подбежала к ней и, наконец, остановилась. Все тело было мокрое от пота, ноги ватные, а грудь горела огнем от сбитого дыхания. – Ли, – позвала девушка, когда смогла говорить. Лика подняла на нее заплаканное лицо. Белки глаз были красными, а ресницы мокрыми от слез. Губы мелко дрожали. Лисс молниеносно выпрямилась и осмотрелась в поиске опасности. Людей вокруг не оказалось и она вернула свое внимание сестре. – Лика, что случилось? – Эндрю… – тихо начала девушка и Лисс шумно втянула в себя воздух. – Что этот мудак сделал? Лика громко выдохнула и всхлипнула. – Он… бросил меня. Это рано или поздно должно было произойти, я знаю, но я думала, что буду готова. Лисс сжала руки в кулаки. В ней вскипела злость и даже сама Лисс удивилась яркости этой вспышки. – Мудила, – выплюнула она, снова осмотрев парк. – Где он? Я его лицо в землю втопчу. – Прекрати, – голос Лики неожиданно приобрел твердость. Сестра удивленно посмотрела на нее. – Не нужно лезть в мои дела, я сама с этим справлюсь. – Но Ли… – Лисс растерянно смотрела на сестру. – Я уже не маленькая, Лисс! – перебила ее девушка, смотря прямо в глаза. – Меня не нужно спасать, беречь и заступаться за меня тоже не надо! – Но я нужна тебе… – Нет, Лисс! Не нужна! «Она расстроена» – шептало ей подсознание, но каждое слово сестры было сравни гвоздю, вбиваемому в крышку гроба. – Ты все время где-то рядом, я не могу дышать, Лисс! – Лика говорила громко, уверенно, словно вываливала на сестру все накопившееся. Каждое слово Лики било прямо в сердце и ощущалось, как физическая боль. – Все из-за тебя, – Лика понизила голос. – Из-за твоей несдержанности, вспыльчивости и неумения держать язык за зубами. Я стала чудовищем. Из-за тебя. Лисс пошатнулась от последних слов. Лучше бы сестра ее ударила, было бы намного легче. Лисс схватилась рукой за грудь и сжала мокрую футболку в руке. По щеке предательски потекла ледяная слеза. Девушка сделала шаг в сторону, на удивление дрожь в коленях исчезла. Во всем теле ощущалась твердость, ткни пальцем и она развалится на миллион частей. Еще шаг. Уже легче. Лика старательно избегала смотреть в глаза сестре. Шаг за шагом Лисс удалялась прочь от сестры в надежде, что ноги приведут ее домой. Как пришла домой, Лисс не помнила. Она скинула по пути в комнату кроссовки и остановилась напротив двери в спальню сестры. «Чудовище». Казалось, она живет на автомате. Ходит, дышит. Когда она ела в последний раз? «Все из-за тебя». В голове было пусто, эмоций нет, а силы ограничивались тем, чтобы поддерживать тело для жизни. Для существования. Даже курить не хотелось. «Не нужна». В дверь позвонили. Лисс открыла и увидела на пороге Ханну. Она была хмурой и сильно не довольной, но при виде Лисс ее брови все же взлетели от удивления. – Ты хреново выглядишь, – сказала она и Лисс отошла, чтобы пропустить гостью. Но она не сдвинулась со своего места. – Нет, спасибо, я ненадолго. Лисс молча смотрела на свою подругу. – Мне жаль, но я не смогла найти таблетки. Лисс дрогнула, как от удара током. Медленно до нее начал доходить смысл слов Ханны и эмоции возвращались в тело. – Ты обещала, – прошептала Лисс, но Ханна ее услышала. – Я не обещала тебе таблетки, – хмуро ответила она. – Я обещала, что попробую найти. Таблетки не продаются в аптеках, чтобы достать их было так легко. – Так и скажи, что просто не хочешь мне помогать, – первой освободившейся эмоцией была злость. И пусть подсознательно Лисс понимала, что Ханна этого не заслуживает, организм требовал разрядки. Ее уже было не остановить. – Ты подсадила меня на это дерьмо, а теперь не хочешь рисковать своей сраной репутацией, чтобы мне помочь?! Ханна дрогнула, будто Лисс ее ударила. – Что ты несешь? – Ханна начала злиться. – Я тебя предупреждала о правилах! Я рисковала, да, но я хотела тебе помочь! Не моя вина, что ты стала чертовой наркоманкой! Ханна рассказывала Лисс о своей прошлой семье и отце, подсевшего на героин. Ханна с тех пор терпеть не могла наркоманов и считала их кончеными людьми. И даже этот факт не помог Лисс успокоиться. – Пошла нахуй, – выплюнула она, не контролируя себя от злости. Ханна сделала шаг назад и Лисс громко хлопнула дверью у нее перед носом. Лисс зарычала, выпуская злость. В ярости она пнула обувную полку так, что она отскочила в дальнюю стену. – Блять! Хотелось разрушать. Лисс принялась бить стену, разбивая кулаки в кровь. Она остановилась лишь тогда, когда почувствовала слезы на своих щеках. Они закрывали ей обзор и смазывали картинку перед глазами. «Чудовище». «Все из-за тебя!» Лисс схватилась за грудь, каждый вздох приносил боль. «Нет. Я не хочу, не хочу чувствовать это! Ли, помоги мне!» Лисс вытерла рукой слезы и увидела образ Лики рядом с собой. Он был как настоящий, но Лисс не хотела признаваться себе в том, что образы из головы стали реальными. Видение было слишком живым. «Ты не нужна мне». Лика сделала шаг к «сестре» и Лисс отвернулась к зеркалу в прихожей. Она увидела свое отражение и вздрогнула. Слишком бледное лицо, мешки под глазами. Лисс не узнала себя. Она была жалкой и слабой. Девушка ударила кулаком в свое отражение и оно треснуло паутиной по всей поверхности. В кожу воткнулось несколько мелких стеклышек и на пол со звоном упали пара более крупных осколков. Лисс наклонилась подобрать их, но ноги задрожали и она осела на пол, прислонившись к стеклу спиной. Девушка посмотрела на свою разбитую руку. Сжала в кулак, выпрямила снова. «Не чувствую. Я ничего не чувствую». Лисс усмехнулась. Накатившая усталость нисколько не сочеталась с мыслями, что перемешивались в голове, как в блендере. «Ты не нужна мне». Лисс подняла с пола крупный осколок и посмотрела на свой глаз в отражении. Темно-зеленый, как хвойный сумрачный лес. Безэмоциональный. Лисс вспомнила глаза Моники. Да, очень похожи. Раздался звонок в дверь и Лисс вздрогнула, повернув голову в сторону звука. Рука с осколком казалась слишком тяжелой и упала, задевая кожу на левом предплечье. Лисс почувствовала сырость и запах крови. – Лисс? – из-за двери послышался голос Кайла. Он звучал как сквозь дымку. Девушка открыла рот, но не смогла произнести и звука. Раздался настойчивый стук в дверь. Она повернула голову и увидела свою руку, из которой пульсирующими струйками вытекала кровь. «Надо остановить» – подумала она, но мысль быстро ушла. «Так хочется спать». Лисс сидела и думала о том, что если она уснет, то все закончится. Ей не будет больно от ссоры с Ликой, от отказа от таблеток, от осуждения окружающих. Просто уснет… Раздался оглушительный грохот от распахнувшейся входной двери. Кайл немного замешкался, а потом увидел Лисс и упал перед ней на колени. – Лисс! – он взял ее лицо в ладони и девушка увидела в его глазах беспокойство и волнение. – Нет, не закрывай глаза. Девушка почувствовала его энергию в своем теле, но она не задерживалась там. Тепло разгоралось в ее груди и сразу гасло, словно где-то в теле образовалась протечка. Руки парня исчезла с лица и Лисс почувствовала давление вокруг своего порезанного запястья. – Лисс, слушай меня, – Кайл вернул ладони на лицо и девушка почувствовала влагу на коже. – Тебе нельзя спать. Лисс открыла рот, чтобы ответить ему, но голос пропал. Безумно захотелось потрогать его мягкие волосы и убрать из глаз грусть и тревогу. Губы дрогнули в слабой улыбке и из полуопущенных век потекли горячие слезы. Силы стремительно покидали девушку и веки становились все тяжелее, закрывая обзор. – Нет, Лисс! – Кайл притянул свое лицо ближе и поцеловал девушку в сухие прохладные губы. Вдыхая в нее свою энергию он старался удержать ускользающую жизнь. Лисс не почувствовала его губы, не было боли и мыслей. Глаза закрылись и девушка провалилась во тьму.