И снова молчание

Прошло 17 дней. Солнце начинало греть сильнее, и сейчас беспощадно светило в окно комнаты, обставленной в теплых тонах, преобладала декоративная отделка деревом, это выглядило уютно и богато одновременно : темное тона дерева преобладали в глубине комнаты. Будильник на телефоне "прокричал" уже второй раз, а после благополучно слетел с тумбы, упав на одну из скинутых подушек ночью с кровати. Человек под одеялом что-то промычал, вернее прорычал, заворачиваясь с головой и отворачиваясь от окна. В комнату зашла женщина: темно-синяя юбка-карандаш, такого же цвета пиджак, светлая блузка и высокий конский хвост,она молча прошла и открыла до конца шторы, впуская больше света в комнату. — Минхо-я! Долго планируешь спать? Юноша стянул с головы одеяло и раздражительно глянул на мать. — Учитель Ли, будьте добры, идите на уроки, а я ваш сын поспит ещё 5 минут. — Или часов. Вставай, малыш. — Мам, только попробуй так при ком-то сказать однажды! — Назову. При всём классе назову, если снова получишь выговор, не прошло и месяца, а мне приходится отчитывать тебя, словно ты школьник младшей школы. — Ну, ма. Опять вернемся к тому дню? Забудь. — Ты извинился перед новенькой? Я слышала вашу ругань. — А я то что? Она спасибо сказала, что я прикрыл?! — Сказала, просто кое-кто ушёл, а я слышала их разговор с Мирэ. — Разговор? Вернее шёпот. Мам, ты знаешь откуда она? Странная какая-то, шепчет, смеётся тихонько. — Ну... Я толком и не знаю. Тебе зачем? Понравилась? - выходя из комнаты произнесла женщина. — Учитель Ли, идите на работу, я приду вовремя! Хлопок двери и об неё ударяется подушка и слышится глухой стон от отчаинья. — Привязались со своей новенькой, – парень потянулся, словно кот, вытягивая руки и ноги поочерёдно. – Уроки, как всегда. Спустя час парень сидел в классе и лениво читал учебник по истории. Портфели Со Чанбина и О Хан Бёль были на местах, а вот самих их не было. В голове закрались странные подозрения, но когда Бин зашёл в класс с Хенджином, а следом ввалились и Хан с Енбоком, то от сердца отлегло. Почему-то старший был против того, чтобы они сближались, просто она не тот человек, подходящий для Бина. Со звонком в класс зашли Бёль и Мирэ, вторая постоянно что-то рассказывала, а первая даже слова не вставляла,лишь кивнула и что-то прошептала, когда Мирэ обняла её. — Бёль, ты принесла нитки и спицы? Сегодня первое занятие? – достав пакет из рюкзака сказала Ким — А.. Да. Принесла, – теперь ее можно было слышать, но если напрячь слух, слушая ее, у парня сложилось впечатление, что она стала ещё тише. – Держи. Сегодня всё в силе? — Да! Но... Твой дядя не будет против если мы заедем ко мне? Вещи там взять, масочки, косметику.. — Не будет. Но в класс зашла женщина лет пятидесяти, не дав продолжить раз, и поздоровавшись сразу же делать перекличку. *** После перепалки с Минхо, придя домой, девушка бросив пальто и рюкзак, села за стол, достав из ящика скетчбук и ручку. Её привычка – при стрессе рисовать людей, кого угодно, но рисовать. Это не карандаш и не краски или маркеры, это синяя ручка, которая уже полтора часа выводила силуэт, а потом миндальные глаза, аккуратный нос и губы, где верхняя чуть больше нижней. Ли Минхо. На неё смотрел тот, кто несколько часов назад сорвался на Бёль, а она лишь хотела сказать спасибо, а итоге. Виноваты оба, определённо. Уснула девушка прямо за столом с включённой лампой, на листе бумаги набросан портрет одноклассника, его профиль и силуэт. Почему он? Следующий день, как думала Хан Бёль, обещал быть лучше. Ей хотелось подойти к однокласснику и сказать спасибо, за то что прикрыл её, пусть она до сих пор не понимала для чего и зачем. Уроки шли гладко, правда уже несколько раз в нее летели колкие фразы от Им Юны и ее подружки Минджун. Столовая стала пределом. Уже свыкшейся компанией, которая установилась с первых дней учёбы: Бёль, Мирэ, Феликс, а на другой стороне стола сидели Хёнджин, Джисон и Минхо. Новые подруги, держа рис со свининой, кимчи и апельсиновый сок на подносах, шли к своему столику, Бёль рассказывала о её впечатлении на смотре в театральный кружок и, улыбаясь, кивала, а ее подруга успевала жестикулировать руками и не уронить еду. Мирэ первой увидела интересную картину, за стол к парням садились Юна и Минджун, на их места, о чем Мирэ и сказала. — И что с того? Найдите другие. Я буду сидеть там, где хочу. Феликс удивлённо посмотрел на одноклассницу: — Юна-я, Мирэ права, они заняли места давно, пусть сидят тут. Им Юна посмотрела на младшего по возрасту, она была старше его на месяц, а потому вспомнив это, закатила глаза и кивнула. — Хорошо, – она потянула подругу и выйдя из стола, пропустила Мирэ и Бёль, предварительно толкнув вторую так, что с ее подноса посыпались металлические палочки. – Ой, прости. Но Хан Бёль ничего не ответила, а лишь присела, поднимая приборы, дабы отнести на мойку и взять другие, но почувствовала, как по волосам полилась липкая и сладкая жидкость. Резко поднявшись, девушка ошарашенно смотрела на одноклассницу. — Зачем? – прошептала новенькая и поняла, что свидетелем этого стала вся старшая школа. — Рука дрогнула. — Рука дрогнула?! – из-за стола вскочил Джисон и ударил рукой по столу. – Ты же специально взяла и вылила на нее сок! Ты хоть.. — Успокойся. – Минхо взял парня за руку и посадил младшего,встав сам. – Мирэ, помоги Бёль избавиться от сока на голове, Хан предупредит учителя, что вы задержитесь по уважительной причине. А блузка... Хёнджин, продолжая есть, протянул Мирэ бомбер. — Пусть наденет, а то пятна видно будет, завтра принесёшь. Стоя в туалете у раковин, подсушивая бумажными полотенцами волосы подруги, Мирэ бурчала, словно старая бабушка, осуждая и говоря, как неправильно получилось. — А вообще они... Дуры. Бёль усмехнулась. — Мирэ, дуры, это просто мягко сказано. Но всё хорошо, я... — Тише , всё нормально. — Я благодарна тебе и парням. Не думала, что мы сдружимся. Она старалась дышать ровно, не нервничать, но получалось плохо и из-за этого речь прерывалась и та замолкала. Сейчас в голове ничего не укладывалось, почему с ней так поступили? — Это из-за меня, – словно прочитав ее мысли, произнесла Ким. – ты не виновата. Просто ее сестра Им Юри, она была моей лучшей подругой, хотя перед ее смертью мы и отдалились. Юна не любила меня, так как я не отношусь к чеболям, а они да и поэтому ей не нравилось, что младшая двойняшка не с ней, а со мной. Ревность наверное. А сейчас... Она думает, что я легко променяла Юри на тебя, но Бёль, это не так. Юри всегда будет мне дорога, но мне хочется найти ещё друзей и однажды возможно я бы хотела называть лучшей подругой тебя, потому что Юри хотела всегда, чтобы все были счастливы. — Она была очень... Доброй, да? — Слишком доброй. Юна вообще другая. На перемене Бёль отдала Хенджину бомбер, сложенный в пакете, а тот улыбнулся и заправил каштановую прядь волос ей за ухо, от чего девушка слегка улыбнулась и наклонила голову, скрывая порозовевшие щеки. — Хван, дуй сюда, Чан написал, сегодня встреча. Парень отвлёкся от новенькой и хмыкнул, а после кинул мягкое "прости" и ушёл к другу. Мирэ вывела из ступора подругу сразу же, шлепнув слегка по плечу. — Эй, чего зависла? Хёнджин понравился тебе? Он считается принцем школы. Скоро матч по фулболу, он капитан сборной, представь? Все девчонки виснут на нём. — А ты? – прошептала, улыбнувшись Бёль. — Что я? А.. Я не знаю. — И я не знаю. Дружный смех и девушки расселись по местам, так как в класс зашёл учитель математики . Его все звали учитель, а фамилию принципиально не присоединяли. Учитель Ан. Почему-то дети не любили его , а кто-то даже боялся. — Сегодня выученный урок, я надеюсь, ответит Ин Ен Сон. Енсон, прошу к доске. Бледная светловолосая девушка низкого роста вышла к доске, взяв мел и начав записывать теорию и её доказательство, которое девушка плохо заучила. — Ин Со Ен. Хотите злитесь на меня, хотите нет - я ставлю вам незачет. Джисон вскочил с места и поклонился. — Учитель! Дайте ей ещё шанс! Пожалуйста! Ее родители ждут хороших оценок, пожалуйста. Математик надвинул очки и вздохнул. — А как класс, что думает класс? Большинство начало просить дать шанс, но итог : девушка, кусая ногти, села за парту, надев капюшон от толстовки. — Это не ей, а родителям нужны оценки, поэтому и не старается. А вот надо задуматься нужна ли она.. Что ж, опустим этот момент. Из-за вас, Ин Со Ен, мы провели весь урок в объяснении прошлой темы. Ин Со Ен исчезла из класса после уроков так быстро, что никто не вспомнил когда. Собирая вещи, Бёль думала о прошедшем дне, когда за руку кто-то взял, переплетая пальцы, что не просто удивило, а заставило вздрогнуть. — Это я. Хван Хёнджин. Бёль обернулась и смутилась – вновь. — Сегодня тренировка по футболу, если хочешь посмотреть - посмотри, приходи. — Я... Сзади резко встал Минхо и, взяв сумку, ушёл, хлопнув дверью. — Хёнджин, прости, у меня занятия. — Я... Не хотел, если обидел.. Прости. — Всё... Хорошо. Мне нужно идти на занятия. — Да, я понимаю. Ты это, не слушай других, общайся с кем хочешь и как хочешь. «Я кажусь ему настолько слабой, что тискается, как с ребенком? Или жто называется заботой? » Сегодня, из-за малого количества в кружке, они сидели в средней школе, в том классе, окна которого выходила на злосчастную крышу. Мирэ вызала варежки, быстро и ловко, а Бёль, постоянно погружаясь в мысли, вязала шарф красного цвета. Себе? Нет, просто вязала, когда раздался визг девочки из средней школы, все резко помчались к окну, а преподавательница, сидевшая с ними охнула. Хан Бёль смогла пробраться к окну, сердце застучало бешено и дыхание перехватило. На земле лежала девушка - Ин Со Ен. Вечером в форуме школы появятся сообщения о самоубийстве девушки, а окружающие учебные заведения назовут "школой самоубийц". А в голове у девушки будет стять образ черного силуэта, который после услышанного визга, скроется с крыши, но прибежав туда, девушка не обнаружит ничего, кроме стеклянной линзы. — Ученица, что ты забыла на крыше? – сотрудник полиции хмуро смотря, поправил фуражку – Нечего здесь шастать, а то еще второго "полета" не хватало. — Простите. — Ты что-то нашла здесь, ученица? — Нет, ничего, – положив в карман промямлила Бёль — О Хан Бёль! Занятия закончились, почему ты еще здесь? – хватая за руку ученицу, словно с волнением кричала учитель Ли – Не вертись здесь, мешаешь сотрудникам. Идём, пора домой. Девушка молча шла за учительницей, ее руку та сжимала крепко и то и дело оглядывалась по сторонам. — Нашла что-то? Я видела – ты что-то в карман спрятала. Хан Бёль? — Я... Я хотела отдать полицейскому, честно, просто... Там была линза рядом с ограждением.. Кусочек линзы, - переходя на неслышный шёпот произнесла Бёль, понимая, что до этого говорила на одном тоне с преподавательницей. — Не отдавай. Бесполезно. Прошлый раз было также. Нашли, замяли и потеряли. Ин Со Ен не первая и боюсь не последняя... Ступай домой, тебя наверное ждут. — Учитель Ли, почему? — Я бы тоде хотела знать, девочка, но лучше не вертись там. Считай, что это совет на будущее. *** — Ин Соен, почему ты сделала это? — Я только думала об этом, но не хотела. Это не я. Это он. — Кто он? Соен уходила от нее, в итоге ее толкает черный силуэт и слышен ее крик. — Соен! – вскрикивает девушка и просыпается,рещко,садясь на кровати, она прокашливается. Голос, которым она вскрикнула, больно ударил по памяти – раньше она могла также звонко говорить, а сейчас лишь кричит в кошмарах. Рядом спала Мирэ, которая осталась с ночевой, спала крепко не думая ни о чем. Встав с кровати, обходя разбросанные подушки, Бёль прошла в ванную комнату и умылась. Она смотрела в зеркало и тяжело дышала. «Ну что, О Хан Бёль, ты влипла»