Часть 29

Анина жизнь словно рухнула. Она опустилась на стену и смотрела на Олега, который, оказывается, был её отцом. Это было невероятно, она просто не могла в это поверить. В её голове звучали слова Марата о том, насколько они похожи. Она вспомнила, как он говорил о сходстве их черт лица, о том, как они оба улыбаются и даже морщатся одинаково. Она задумалась о том, что ещё может быть общего у них, что она может узнать о своем отце, о своих корнях. Слезы текли по её щекам, она больше не знала, что ей делать. Перед ней стоял биологический отец — человек, которому она рассказывала о своей семье, а в итоге он и есть её семья. Олег смотрел на свою дочь и видел в её глазах пустоту. Она нуждалась во времени, чтобы осознать и принять происходящее. В его голове крутились мысли, как помочь ей справиться с этим непростым переживанием. Он понимал, что её эмоции сейчас находятся в растрепанном состоянии, и ему хотелось обнять её, чтобы дать ей ощущение безопасности. Олег осознавал, что Аня не собирается пускать его к себе в данный момент. Она видела в нем подонка и не была готова слушать его оправдания. Но оттягивать этот момент уже нельзя было. Он обязан был сообщить ей, что он её настоящий отец. Олег прекрасно понимал, что Аня не примет эту новость сразу, но он не мог больше скрывать правду. Олег не мог поступить иначе. Он безмерно любил свою дочь и всегда был готов показать ей, насколько он готов помочь ей в любых обстоятельствах, даже если она сама не просила об этом. Аня всегда отвергала идею о том, что он может быть её отцом, и отказывалась принимать этот факт. Она не желала признавать его как своего отца. Единственным родным человеком, который у неё остался, была её бабушка. Никого другого она не знала и не желала знать. Аня, совершенно забыв о течении времени, не помнит о том, что уже пора идти за Юлькой в садик, ведь она ждет её там. Однако, вместо того чтобы мгновенно отправиться за девочкой, она стоит на месте, усваивая сказанные Олегом слова. Необходимо как можно скорее решить с ним все незавершенные дела и попросить его уйти. Ане надо успеть в садик и забрать Юльку, чтобы не вызвать беспокойство у воспитателей. У неё возникают сомнения и вопросы о том, как она должна относиться к нему и будет ли она поддерживать с ним общение. Этот вопрос занимает особое место в её мыслях. Ведь он уже не просто знакомый, он стал почти другом для неё. Но в конечном счете она узнаёт, что он является её отцом, и это непросто принять. Эта информация вызывает ужас и смешанные чувства. Тилькина ощущала огромную боль, осознавая, что всё это время она доверяла этому человеку и делалась с ним полностью открытой, а он, зная, что является ей отцом, молчал. Внутри неё бушевали горечь и ненависть. Она задавалась вопросом: может быть, он делал это специально? Тилькина, уставшая и обескураженная, ощущала, что её разум начинает плавиться, словно в тумане. Она считала, что жизнь её наконец-то находит свое русло, однако вновь обрушиваются неприятности, словно ливень кирпичей на голову. Непредвиденные трудности и преграды начинают заполнять её дни, словно бесконечная серия испытаний. — Вообще, это получается очень интересно, не так ли? — ноги Ани дрожали, но она всё же продолжала стоять на них, сложив руки на груди. — Но я задаюсь вопросом, с какой целью ты рассказал мне всё это? — Я просто хотел, чтобы ты знала, кем я на самом деле являюсь. Я больше не мог молчать, — произносит Олег. Его голос звучал тихо, но уверенно. — Очень интересно, я задам этот вопрос ещё раз, но ради чего? Мне непонятно, какую цель ты преследовал, рассказывая это. Просто чтобы я была в курсе? — В голосе Ани прозвучали нотки истерики, она до сих пор не может принять это. — Большое спасибо за информацию, папа. Ведь она мне так сильно была нужна! Аня просто не знала, как передать свои эмоции этому человеку. Внутри неё кипела такая ярость и отвращение, что просто словами не передать. Эти слова, которые она произнесла, показались немного странными. Ведь она всегда называла его Олегом, а теперь вдруг «папа». Но, вероятно, это было скорее иронично, чем на самом деле. Может быть, она просто хотела пошутить или выразить свою неожиданность. — Ань, я осознаю, что для тебя это является неожиданностью, однако тебе необходимо принять эту информацию. Независимо от того, как ты себя чувствуешь, я всё равно являюсь твоим отцом, и я готов оказывать тебе поддержку, быть рядом с тобой, — Олег стремился выразить свою точку зрения. Он искренне готов был поддерживать её в трудную минуту, оставаться рядом и оказывать помощь. Всё это было для него важным и неотъемлемым. — Ого, вот это да, ты типа готов поддержать меня, когда всё плохо? Ну надо же! — она с иронией поаплодировала. — Ну-ка, расскажи, дорогой, а ты где пропадал, когда мне было чертовски тяжело, когда я так страдала, что еле дышала? Почему тебя не было рядом, когда я в ужасе не могла найти выход из запутанной ситуации, а? Все слова, произнесенные с горечью и скрытыми слезами, были лишь маской, защищающей от боли. Внутри она хотела разрыдаться, ей хотелось отпустить эмоции и позволить себе быть слабой. Но рядом с ним она не могла себе позволить проявить такую слабость, которая казалась бы неспособностью контролировать свои чувства. — Папа, а где ты пропадал, когда мама выбрала наркотики вместо своей дочки? Где ты был, когда она оставляла меня одну в пустой квартире? Где ты, черт возьми, скрывался, когда мне так не хватало отца? — её голос дрожал от боли. — Почему ты решил появиться только теперь, когда мне уже двадцать? — Ань, понимаешь, там всё очень сложно… — Олег поджал губы и задумчиво посмотрел вдаль. — Понять не могу, — бросила она, отворачиваясь и прикрывая глаза. Она ощущала глубокое желание освободиться от того, что происходило внутри неё в данный момент. Все эти эмоции и переживания уже довели её до изнеможения, и она больше не желала испытывать это. Почему нельзя просто жить спокойно, без боли и страданий? Почему жизнь такая сложная и несправедливая? Она задавала себе эти вопросы, ища ответы, которые могли бы пролить свет на ситуацию. — Ой, представь, это всё равно что подружиться с малышом, обещать ему гору шоколада, а потом оставить его одного под мостом в холоде и сказать: «Извини, приятель, но тебя обманули». И вот он стоит, плачет, понимая, что его облапошили. — она вздохнула, протерла слезу, что скатилась по её щеке. — Вот в подростковом возрасте мне и папа был нужен, а не теперь, когда все мои раны уже затянулись. Аня медленно поворачивается к своему отцу и встречает его взглядом. Её стеклянные глаза пристально смотрят на него, словно проникая в его душу. В этот момент она осознает, насколько они на самом деле похожи друг на друга. — Ань, пожалуйста, давай проведем спокойный разговор, и я постараюсь тебе всё объяснить. Если хочешь, мы можем пригласить Полину Филипповну, чтобы она помогла нам разобраться в ситуации. На самом деле всё не так, как ты представляешь. — Ты даже мою бабушку в эту историю втянул? Какой же ты отвратительный, я тебя ненавижу! — выдохнула Аня, пробегая рукой по своему лицу. — Меня больше всего удивляет, почему бабушка ничего не рассказала мне об этом… Пожалуйста, уходи из моего дома и больше никогда не приходи сюда. — Анечка, я постараюсь тебе сейчас всё подробно объяснить, — сказал Олег, подходя к Анне и взяв её за руку. Однако Аня резко вырвала свою ладонь из его руки, отказываясь от любого контакта с ним. Она не хотела иметь с ним ничего общего. — Я не хочу видеть тебя здесь! Убирайся прочь! — бросила она, резко распахнув дверь. И прежде чем он успел хоть слово промолвить, она уже вытолкала его за порог и хлопнула дверью так, что от неожиданности можно было и нос прищемить. Олег осознавал, что в настоящий момент невозможно установить контакт с Аней. Она не готова к разговору. Ей требуется время, чтобы осознать всё происходящее. И Олег готов предоставить ей это необходимое время для саморефлексии и принятия решения. Тилькина, с тяжелыми жалобными стонами, плавно скользила вниз по стене, пальцы сжимали грудь, словно пытаясь удержать бурлящие эмоции, которые захлестывали её. В глазах неутолимым потоком текли слезы, и казалось, что они никогда не иссякнут. Её дыхание было глубоким и неровным, словно она задыхалась от внутренней боли. В её доме не было никого, чтобы кто-то оказал ей помощь и поддержку. И вот, в этот момент, когда ей была наиболее нужна помощь, она ощущала, что уже не в силах справиться сама. Аня сжала зубы и собралась с духом, чтобы изо всех сил закричать, наполнив всю квартиру громким звуком, который казалось, что даже все бабушки в подъезде испугались и ошалели от такого неожиданного вопля. Шатенка сильно ударила кулаком по стене, не зная, как справиться с ощущаемой болью внутри её души. Она пыталась найти выход из этой ситуации, но всё ещё ощущала сильный дискомфорт и неуверенность в своих действиях. — Нет-нет-нет! — она словно выкрикивала это в пустоту, надеясь, что её крик дойдёт до чьих-то ушей. Однако вокруг царила тишина. — Я не хочу! Аня, вспомнила, что она собиралась идти за Юлькой в садик. Она быстро надела на себя свою любимую куртку, удобные сапоги и поспешила выйти из квартиры, тщательно закрыв за собой дверь. Все эти мысли о проклятом Олеге полностью вылетели из головы, ведь главное сейчас было успеть к Юльке. Аня надеялась, что Юлька не расстроится из-за её опоздания и они проведут вместе замечательное время, как всегда. В данный момент она собирается забрать Юлю из детского сада и отправиться в видеосалон к пацанам. Её целью является передать им свою историю о том, что с ней произошло. *** — Ой, Анечка, ты же мне боль причиняешь! — воскликнула Юлька, сильно тянув за рукав Ани. Тилькина неустанно продолжала идти, не обращая внимания на окружающее. Она быстро волокла младшую за собой, даже не замечая, что та испытывает боль и с трудом удерживается на шагу. — Аня! — Юля снова громко позвала её. — Достаточно уже! — Пожалуйста, будь тише! — попросила Аня, пытаясь успокоить Юльку. — Мы скоро придем. — Куда мы идем? — спросила Юлька с некоторым недовольством. — Мы идем к Андрею и остальным, — ответила Аня, взяв Юльку на руки, чтобы она не начала кричать. — Просто пожалуйста, будь потише. В голове Ани царила полная путаница, и ей очень хотелось немного тишины. Она нуждалась в этом. После непродолжительного времени Аня и Юля подошла к порогу видеосалона с намерением войти внутрь, однако в этот момент Ирина Сергеевна отделилась от сопутствующих ей лиц, поскольку её внимание привлекли Юлия и Анна. — Здравствуй, Аня, — приветливо обратилась к ней инспектор, улыбаясь. — Здравствуйте, — приветствовала Аня, не слишком настроенная на разговоры, но всё же готовая немного пообщаться. — Есть что-то, что вам нужно? Простите, я очень тороплюсь. — Да, я просто хотела узнать, как у тебя дела и как продвигается ваше опекунство, — Ирина Сергеевна бросила взгляд на улыбающуюся Юльку, искренне интересуясь. — В общем, я довольно неплохо справляюсь с этой задачей. Иногда моя бабушка оказывает мне помощь, что очень приятно. — Мне с Аней всегда весело, — воскликнула Юля с радостью. — Это, безусловно, самое главное, — добавила Ирина Сергеевна, заметив, что с Аней что-то не так. У неё были красные глаза, а тушь стекала, словно она недавно плакала. — Ань, что-то случилось? — Ирина Сергеевна с любопытством вглядывалась в глаза Анны, стремясь разгадать их тайны. — Откуда у вас такие мысли? — Просто у тебя красные глаза, и тушь размазалась, — Ирина Сергеевна аккуратно убрала размазанную тушь, — глаза действительно красные. — Это всё из-за холода, не беспокойтесь, — Анна шмыгнула носом и улыбнулась, — у меня всегда такая реакция на мороз, это нормально. В холодное время года мои глаза часто краснеют, но это не причиняет мне дискомфорта. Я привыкла к этому и знаю, что это просто реакция моего организма на низкие температуры. — Это действительно странно, не так ли? — неожиданно заметила Ирина Сергеевна, что Аня что-то скрывает. — Если ты хочешь, я могу выслушать и помочь. — Ну, а чем именно вы сможете мне помочь? Вы собираетесь отделить моего отца от меня? Спасибо, но я сама справлюсь, — резко ответила Аня. Юля молча стояла и внимательно наблюдала за происходящим. Она постаралась не вмешиваться в разговор, но её любопытство не давало ей покоя. — Что? Какой отец? — непонимающе спросила Ирина, широко раскрытыми глазами смотря на Тилькину. Её голос звучал смущенно и немного насторожено, ведь эта неожиданная информация полностью сбила с толку. — Помните Олега? Вот оказывается, он мой папаша! Ну кто бы мог подумать, а? — шатенка с иронией на лице усмехается. — Теперь понятно, почему он всё время находился рядом с тобой… — Ирина задумалась на секундочку. Всё встало на свои места. — Ирина Сергеевна, извините, но сейчас у меня нет времени, давайте поговорим в следующий раз. До свидания. — Сказала Аня, попрощавшись. Затем она открыла дверь и вошла в помещение. Внутри было тихо и спокойно. — Так, а у тебя на самом деле появился отец? — с детским любопытством спросила Юля. — Ох, ну, сказать «отец» это, пожалуй, немного преувеличение, — вздохнула она с тяжестью в голосе, — но если быть точными и основываться на фактах, то да, можно сказать, что он появился. — Я считаю, что тебе стоит обязательно обсудить это с ним! Ведь он твой отец, — с улыбкой на лице уверенно говорит девочка, настаивая на своем мнении перед своей старшей сестрой. — Но вся ситуация не настолько проста, Юлька, — она обращается к своей младшей сестре, стараясь объяснить ей сложность положения, — Лучше не углубляться в эту тему, тебе ещё рано говорить об этих вопросах. — Ладно, — Юлька вытаращила нижнюю губу, подчиняясь Тилькиной. *** — Андрюша! — девочка радостно подбегает к своему брату, обнимая его сильнее, чем обычно. — Привет, Юлька, — Андрей нежно поднимает сестру на руки, — как прошел день в садике? — Все было замечательно! Мы так весело провели время, только сна не хотелось. — Ничего страшного! — радостно восклицает Тая, — Сон всегда полезен. — А мне не нравится дневной сон, — недовольно бурчит Юля. В это время Аня приходит к Адидасу и обнимает его, ощущая, что что-то не так. Он понимает, что с ней что-то происходит. Она ведет себя странно. — Анют, что случилось? — Вова целует её в лоб и спрашивает, — Расскажи мне. — Ой, Вова, я даже не знаю, как объяснить, — она прижимается к его груди и тихо вздыхает. — А, у Ани появился папа! — внезапно объявила Юля, — они с тетей Ирой обсуждали его. — Что? — Тая раскрыла глаза. — Папа? — даже Андрей был удивлен. — Аня, — позвал её Адидас, — откуда и когда? — А где остальные? — Аня решила проигнорировать услышанное и сделать вид, что ничего не произошло. — Они скоро придут, — ответила Тая, приближаясь к своей подруге, — Можешь рассказать мне больше о своем отце? — А что тут рассказывать? — Аня отошла от Вовы, оглядывая всех, — Вы же все хорошо знаете этого человека. — Кто он? Можешь сказать его имя? — Пальто сложил руки на груди. — Олег, — девушка скользнула вдоль стены, закрывая лицо руками, — Он пришел ко мне и сказал, что он мой отец. — Олег?! — в один голос спросили Тая и Андрей. — Так значит, Маратик был прав, — спокойно проговорил Вова. — В чем? — резко спросила Анна, вставая на ноги. — В том, что он твой батя, — спокойно ответил Вова, словно не видя в этом ничего плохого, но и ничего хорошего. — Да, кстати, Марат говорил, что вы очень сильно похожи, как будто родственники, — сказала Тая, наблюдая за реакцией Анны. — вот, оказался прав. — Господи, каким образом он вообще появился? Я жила спокойно, не трогая никого, а вот он! Внезапно появился, черт возьми, — Аня, с горечью в голосе, выражает свои мысли. — Ну, Анечка, успокойся, всё будет хорошо, — Тая подошла к своей подруге и обняла её за плечи, — Хотя я не хочу ничего плохого говорить, но если он появился в твоей жизни, значит, это должно быть так. Он не просто так появился. — Я не хочу слышать ни слова о нем! Он бросил меня еще до моего рождения, — презрительно фыркнула Тилькина, — и сейчас я должна броситься в его объятия и забыть обо всём? — Ты никому ничего не должна, — отвечает Вова, пристально смотря в глаза, — просто забудь о нём, словно его и не существовало никогда. Ты только заполняешь свою голову этим ненужным бредом. — Как мне не думать об этом? Он всегда будет появляться, чтобы поговорить со мной. — И кто подскажет Ане, что делать в такой ситуации? Только она сама сможет помочь себе. — Я говорю тебе, забей на него, поняла? — Суворов подошел к ней, смахнув слезу с её лица. — Хочешь жвачку? — Хочу, — Аня отступила и пристроилась у стены, словно она теряла силу. — Вот, возьми, — с улыбкой он передал ей жевательную резинку. Аня внимательно развернула жвачку и аккуратно поместила её в свой рот, начав жевать с удовольствием. Рядом с ней стал Адидас, и она прижала свою голову к его плечу, наслаждаясь ощущением спокойствия и умиротворения. — Вы такие милые вместе, — с улыбкой заметила Тая, наблюдая за этой парой, — Просто идеально подходите друг другу. — Как и ты с Турбо, — добавил Васильев. — Что? — Аня внезапно открыла глаза, — Между вами что-то есть?! — Ничего нет, — с злобой взглянула Тая на Андрея и дала ему подзатыльник, — Просто кто-то любит болтать языком. — Так, Юля, пойдем, я тебе там мультики включу, — предложил Андрей, заметив, что Юля стоит у окна. — Пойдем! — согласилась она. — Тая, — но Тилькина не собиралась отступать от этой темы. — Что? — Что у вас с Турбо? — Ничего. — Ты врешь. — Не вру. — Ты врешь! — Да нет же! — А ну-ка, цыц, раскудахтались оно мне тут, — Володя прервал это противостояние двух замечательных девушек, — Аня, они сами разберутся, это их отношения. — Да нет у нас никаких отношений! — возмутилась Карпова, топнув ногой. — Я образно говорю, — Адидас достал ещё одну жвачку из кармана, — Успокой свои нервы. — Спасибо, — сказала девушка, принимая жевательную резинку из его рук. — У нас ничего нет, это просто на заметку, Аня. — О боже, — прокатила глазами Тилькина, — тогда я спрошу у Турбо. — Спрашивай! — Вот и собираюсь спросить! — Ну, спрашивай! — Тихо! Почему вы такие неугомонные? — Вова закрыл рукой рот Ани, чтобы она замолчала. — Ха-ха! — рассмеялась Тая, глядя на выражение лица Ани. — Сейчас я тебе закрою рот, у меня вторая рука свободна, — бросил взгляд на Карпову. — Или вызову Турбо. — Идите вы к черту! — крикнула Тая, уходя к Андрею и Юле. — Ну что, успокоилась? — с усмешкой спросил Вова, аккуратно убирая свою руку. — Да, успокоилась, — ответила Аня, продолжая медленно жевать жвачку. — Мертвого доведёт! — Ну ладно, всё, Анют, — Суворов легко поцеловал её в висок. — Если захочет, сама расскажет. — Хорошо, хорошо, — вздохнула Тилькина, — Я больше не буду лезть. У меня и так уже хватает проблем. — Не волнуйся, решим твои проблемы, — с уверенностью сказал Вова, замечая, что Аня огорчена из-за отца. Он обещал сделать всё, что в его силах, чтобы она перестала об этом беспокоиться. *** — Аня, как ты справляешься с Юлей и Андреем? Ты не чувствуешь усталости от них? — интересуется Светлана Михайловна, съедая яблоко, которое принесла Аня. — Всё хорошо, мне несложно заботиться о них, — улыбается Тилькина, — на самом деле, мне даже нравится. — О, это прекрасно, — Светлана берет за её руку, гладя, — спасибо тебе, Аня, ты такая замечательная, что согласилась взять детей под свою опеку. — Да не стоит благодарности, на самом деле мне несложно, — Аня с удовольствием следит за ними, они уже стали для неё как родные брат и сестра. Тилькина с особой тщательностью следит за каждым шагом Андрея, чтобы не повторилась ситуация, подобная той, что произошла с Мишей. Она берет на себя огромную ответственность за обоих детей, стремясь обеспечить им надлежащее попечение и заботу. Аня полностью осознает, что ей была поручена забота о детях, и она несет на себе обязанность заботиться о них и защищать их от любых опасностей. Однажды Аня столкнулась с потерей человека, которого она безумно ценила. Этот опыт заставил её ценить каждого ещё больше, в том числе и Юлю и Андрея. Аня прилагает все усилия, чтобы заботиться о них и предотвращать возможные неприятности, особенно касающиеся Андрея. Её главная цель — сохранить их безопасность и счастье, поэтому она не жалеет сил и времени, чтобы быть рядом и поддерживать их во всем. Она стремится создать комфортную и надежную обстановку, где они могут чувствовать себя защищенными и любимыми. — Светлана Михайловна, скажите, а когда вы предполагаете, что вас выписывать будут? — интересуется Аня. — Ох, Анечка, думаю, что это произойдет примерно через месяц или два, — отвечает Светлана Михайловна. — Я сама уже очень хочу покинуть эту больницу и вернуться к своим детям. Жить здесь, среди этих четырех стен, меня уже достало. Но мне приходится оставаться здесь, чтобы полностью выздороветь. — В любом случае, врачи делают всё возможное, чтобы вам помочь, если, конечно, они не сделают из вас овоща, — уверяет Анечка. — Но если что-то пойдет не так, не стесняйтесь говорить мне. Я поговорю с медсестрами и вашим лечащим врачом. — Хорошо, Анечка, как скажешь, — радостно улыбается Светлана Михайловна. — Ань, у меня есть ещё один вопрос к тебе… — Да, конечно, я вас внимательно слушаю, — Тилькина замечает, что Светлана Михайловна хочет обсудить что-то серьезное. — Андрей больше не занимается тем, чем раньше, когда я уехала в больницу? — Светлана задала вопрос, и в её глазах промелькнуло некоторое огорчение, будто эта тема вызывала у нее дискомфорт и она старалась её избегать. — Что именно вы имеете в виду? — Ну, его криминальные дела, — Светлана Михайловна положила яблоко на столик и нервно поигрывала пальцами. — Ах, вы о том… да, конечно, он перестал. Он ходит в школу, ведет нормальную жизнь, у него всё хорошо теперь, — Аня постаралась успокоить женщину, потому что понимала, что ей сейчас и так не легко. Конечно, Аня не стала бы говорить о том, что парни открыли видеосалон, когда мама Васильевых находится в больнице. К тому же, её сын тоже участвует в этом. Она не хотела говорить об этом, потому что это могло негативно сказаться на её здоровье. — Слава Богу, что он взялся за ум и решил помочь, — облегченно вздохнула Светлана Михайловна. — Анечка, будь добра, проследи за ним, чтобы он не попал в новую передрягу. — Конечно, я буду следить за ним, — сжав губы в тонкую линию, ответила Аня, глядя на Светлану. *** — Бабушка, пожалуйста, дай мне ответ. Почему ты никогда не говорила мне об этом? Я всегда думала, что ты так реагировала на него только потому, что он был старым знакомым Марины и у него были какие-то негативные связи с ней, — Аня старалась сдержать свои эмоции, — Но я даже не предполагала, что он мой отец! — Анюта, успокойся! — Полина Филипповна закрывает дверь кухни. — Ночь на дворе, а ты кричишь, словно петухи на рассвете. — Я имею абсолютное право на это! Когда я узнала такую информацию, все самые громкие петухи были бы в шоке, — произнесла Тилькина, сев на стул и скрестив руки на груди, — Я требую получить объяснения. — Ну что? Олег сам хотел рассказать тебе об этом, поэтому он и сказал, — ответила бабушка, — Кроме того, я считаю, что ты должна быть в курсе. Даже если у тебя мать непутевая, то хотя бы отец должен быть хорошим! — Он тоже ничем не отличается! Он бросил меня ещё до моего рождения и ушел, — сказала Аня, злость начиная захлестывать её, она начала стучать по столу. — Успокойся, я тебе говорю! Полина Филипповна, конечно, ожидала такой реакции от внучки, но она была слишком неадекватной. — Всё не так, как ты себе представляешь. Тебе просто нужно выслушать своего отца, вот и всё. — У меня нет отца, — сказала она, вставая со стула и прошипевая сквозь зубы, — У меня вообще нет родителей, понятно? — Нюта, но так говорить нельзя! — Спокойной ночи, — сказала Тилькина, выходя из кухни и громко хлопнув дверью. — Господи… — Полина Филипповна приготовила себе чашку зеленого чая, чтобы успокоиться. И всё же женщина надеется, что Аня поговорит со своим отцом. Ей так нужна родительская любовь, даже сейчас. Возможно, в будущем они найдут общий язык и смогут исправить свои отношения. *** В этот прекрасный день, когда всё казалось спокойным и безмятежным, неожиданно наступили несчастья. Все началось с того, что Аня оказалась в гостях у Суворовых, чтобы отметить день рождения Кирилла. Однако, этот день был особенным ещё и для папы Марата и Вовы, так как у них тоже был день рождения. Конечно же, Кирилл не мог не пригласить Аню к себе в гости, ведь она была для них как часть семьи. Встреча Кирилла с Маратом была полна радости и эмоций. Они так долго не видели своего сына и скучали по нему. Но, к счастью, Марат почувствовал, что его родители искренне любят его и желают ему только самого лучшего. Маратик, в своем общении с близкими, упоминал, что пребывание с Аней приносит ему удовольствие и он счастлив. Он высоко ценил заботу, которую она оказывала ему, и это не могло не отразиться на отношении Диляры и Кирилла к этой ситуации. Они видели, как ответственно Аня относится к Маратику, и это убеждало их в том, что это лучшее решение для всех. Аня была напугана и беспокоилась о том, что произошло. Она не могла понять, почему никто не рассказывал ей ничего о случившемся, ни Турбо, ни Зима. Турбо имел рану на голове, из которой текла кровь, и Аня старалась не надоедать ему вопросами об этом. — Неужели никто не скажет ни слова? Где Айгуль и Тая? Они же были с вами в видеосалоне, — нервы Ани были на пределе. — Пожалуйста, не молчите! — Домбытовские приходили, одного даже узнал, — бросил Валера, — свистнули видак, и вот, Айгуль с Таей увели, а я даже пикнуть не успел, словно молотом по голове получил… Нужно этим мразям устроить переполох, заразам! — Чё, Айгуль тоже с ними? — Марат с недоумением оглядел всех. — Вован, давай жги резину, надо наших девчонок выручать, блин! — Слышал я про этого Желтого, — отозвался Вова, крепко держа в руках свой блокнот, — Парень, вроде, ничего такой, ща разберемся. — Вов! — воскликнул Марат, громко разнося свой голос по всей комнате. — Нам нужно немедленно спасти их, пока ещё не произошло ничего ужасного! — Подожди! Попробуем найти мирное решение, а не прибегать к насилию, как ты предлагаешь, — возразил ему Вова. — Марат прав, — поддержала Аня, взглядом охватывая всех парней в комнате. — Мы не можем просто оставить их в беде. — Не вмешивайся в это, Аня, — рявкнул на неё Адидас. — Ты лучше оставайся дома и не высовывайся никуда, поняла? — Как это не высовываться? — с недоумением спросила Аня, — Мои подруги в лапах у этих Домбытовских, которые могут с ними что хочешь вытворять, а я что, должна сидеть, рот на замок и ничего не делать? Да ни за что на свете! — Анет, давай без паники, ладно? Слушай, Вова по делу говорит — тебе там совсем не место. Мы всё под контролем держим, Айгуль с Таей в порядке будут, обещаю. — Вахит подошел к Ане, пытаясь её успокоить. — Ну что ты, я тоже пойду туда! — Чё, прям так, прикрутить тебя к верёвочке и посадить рядом с Дилярой, чтобы ты ни шагу не ступила? Слушай-ка лучше нас, целее останешься, — сквозь зубы пробормотал Турбо, едва терпя боль. — Ты ж как пороховая бочка, взорваться можешь от малейшей искры. Ну вот представь, что-то с тобой случится, Тая же меня потом замучает вопросами, не оставит в покое! — Я в порядке буду! — Аня нахмурилась и сжала кулачки. — Ну, Марат, хоть пару слов! — Ох, Ань, ну ты знаешь, ты мне как родная, но вот тут я за ребят. Это не место для девчонок, им там делать совершенно нечего, — Марат развел руками, словно показывая, что тут уж ничего не поделаешь. — Итак, вы подразумеваете, что я больше не являюсь частью этой группировки? — Причем здесь это. Мы пытаемся объяснить тебе на русском языке, что тебе там не нужно присутствовать ни при каких обстоятельствах. Это дело пацанов, понятно? Я не хочу, чтобы с тобой произошло то же самое, что с Ералашем. — Вот именно, — проговорил Валера, прижимая руку к ране на своей голове. — Ты уже претерпела множество неприятностей. Неужели тебе нужно напоминать, как ты лежала в больнице? — Вы же сами говорили, что этот Желтый парень нормальный, и я считаю, что он не сделает мне ничего плохого! — Аня настаивала на своем мнении, но парни настоятельно отказывались взять её с собой. — Я сейчас уверенно смогу привязать тебя и оставить здесь, — Адидас уже был на грани нервного срыва. — Дорогая, пожалуйста, успокойся. Вова нежно поцеловал её в лоб, прижимая к себе. — Я обещаю, всё будет хорошо, мы приведем девочек в полной сохранности, ничего им не случится, — Вова был уверен в своих словах, но не предвидел, к чему это приведет. — Я думаю, мы справимся с Вахитом. — Что ты имеешь в виду? — Валера недоуменно спрашивает. — Ты хочешь сказать, что ты не собираешься брать нас с собой? — Не буду. — говорит Адидас, бросая взгляд на двух парней. — Ты же знаешь, как ты любишь поднять шум, а нам это сейчас как раз и не нужно. А ты, малой, ещё зелёный для таких дел, так что лучше оставайтесь дома с Аней, понятно? Тилькина быстро отошла от Вовы, готовясь покинуть комнату. Никто не имел понятия, что она задумала. — Куда ты собираешься? — осторожно спросил Вахит, спрятав руки в карманы. — А… я пойду помогу Диляре с уборкой стола, — сказала Аня, но её слова были полны лжи. — И если что-то произойдет с Айгулей и Таей, я готова содрать с вас три шкуры. И, сделав последний шаг в сторону двери, она покидает комнату, оставляя парней наедине. В то же время, Адидас начинает размышлять о том, что пора связаться с Жёлтым и организовать встречу. Аня, суетясь и ощущая себя в некоторой спешке, направилась в просторную и уютную прихожую, чтобы как можно быстрее одеться и покинуть дом. — Аня, куда ты собираешься? — с тревогой и некоторым беспокойством в голосе спросила Диляра, обращаясь к своей подруге. — Диля, мне необходимо покинуть это место, но не волнуйся, — спокойно и уверенно ответила Аня, пока она аккуратно и тщательно застегивала свои стильные сапоги, и, обращаясь к Диляре, добавила, — Всё будет хорошо. Аня с теплотой обняла Диляру, словно пытаясь запечатлеть этот момент в своей памяти, зная, что это может быть последнее общение, которое им предоставлено. — До свидания, Кирилл! — прошептала Тилькина, выходя из комнаты и осторожно спускаясь по ступенькам лестницы. Аня знала точное местоположение домбытовских и осознавала их потенциальную опасность. Ей требовалось как можно быстрее добраться туда, чтобы предотвратить возможные неприятности с девочками. В случае необходимости, она была готова пожертвовать собой, лишь бы спасти их. Тая подробно рассказывала об этих домбытовских и не представляла их в лучшем свете. Аня, как всегда, поступила по-своему, не прислушиваясь ни к Вове, ни к Зиме, ни к Марату, ни к Турбо. Она стремилась действовать самостоятельно, не желая ждать, когда они начнут обсуждать ситуацию. Аня должна была помочь им сама. Однако Аня даже не предполагала, какие последствия могут возникнуть в результате её вмешательства.