1. Тыдыщ!

      "Вся жизнь - сплошное одиночество, но меня это радует!": гласила надпись на холодильнике. Я закончила выводить буквы черным маркером на белоснежной поверхности, в конце отрисовав улыбающееся личико. Родители будут ругать за то, что порчу имущество, но маркер легко смывался водой, а мне нужно было выпустить эмоции.       Месяц назад я потеряла близкого человека. Люблю драматизировать, но единственная лучшая подруга - Мито - недавно уехала в Штаты, её родители твердо решили строить перспективный бизнес. Нас разделял целый океан, но она обещала, что когда-то мы точно встретимся снова - рано или поздно.       Я всю жизнь отлично чувствовала себя наедине с собой, со своими мыслями, но порой случались редкие периоды, когда хотелось выговориться и просто почувствовать себя кому-то нужной, да и социальная адаптация была необходима в жизни. Звучит как хладнокровное рассуждение - так и есть. Порой мне больно это признавать, но я не могла пойти против собственной природы - социум всегда пугал и раздражал меня - но вместе с этим воодушевлял и толкал на изучение нового. Единственным утешением было то, что я жила в Японии - стране во многом закрытых людей, здесь нежелание общения осуждалось меньше, чем в Европе.       Я опустилась на стул и окунулась в воспоминания из детства - первая подруга из младших классов, посиделки с "друзьями" после уроков, поздние прогулки на летних каникулах с Мито. И все эти события редко вызывали во мне приятный трепет. Закрыла глаза и позволила себе провалиться в другие, более близкие мне, эпизоды памяти: яркое солнце, шелест листьев над головой, слабое журчание реки и звук велосипедной цепи. Пару лет назад я наслаждалась жизнью в скромной деревушке, из которой многие ровесники мечтали уехать. Мне никогда не было так хорошо, как там. Дело не в отличном детстве - фермерское хозяйство отца терпело убытки, мы доедали последние крошки со стола, а мать терпела побои мужа-тирана. Но именно тогда я была предоставлена сама себе, не задумываясь о приобретении социальных связей. Только спустя годы пришло осознание в их необходимости, это съедало меня изнутри. Я не умела и не хотела строить дружбу...       Тело машинально дернулось от звуков хлопнувшей двери в коридоре. Мама! Я выбежала ей навстречу, чмокнула в щеку и помогла отнести пакеты с продуктами на кухню. Темные круги под глазами выдавали её усталость, но это никогда не мешало ей дарить мне искреннюю улыбку.       Когда часы показывали приближение полночи, я заваривала две кружки чая. Пар кипятка приятно согревал подушечки пальцев. Половицы затяжно скрипели при каждом шаге по пути к столу. Я придвинула кружку маме. Кухонный свет мягко освещал её немного ссутуленную фигуру.       - Плохая идея пить это на ночь - Мама сделала глоток и тут же подняла на меня сонный, но полный тепла взгляд - Ты заварила мне травы?       Я воодушевленно кивнула. В последнее время она плохо спала, и ромашка как нельзя кстати могла немного помочь ей. Мы говорили на обыденные темы, но кроме как об одноклассниках и учителях мне нечего было рассказать. Это и не требовалось - мы наслаждались семейным воссоединением после тяжелого дня. Перед сном я распахнула форточку в спальне, позволяя летнему ветру и городскому шуму легким потоком проникать внутрь.       - Мам, тебе точно не холодно?       - Джу, успокойся и ложись спать.       Я быстрым шагом прошла к матрасу и рухнула на подушку, надеясь на долгий сон. Сознание безвольно цеплялось за каждый шорох, глаз улавливал свет каждой фары проезжей машины. Но несмотря на это, я быстро уснула.

***

      Мои веки широко раскрылись, когда тело дернулось во сне. В лунном свете я разглядела темное, крупное лицо, прожигающее меня своей пустотой. Это был не человек - что-то иное, эфемерное. Я провела ладонью по силуэту, и она прошла сквозь его возвышающееся надо мной тело. Призрак, которого не стоило бояться, ведь он никогда не причинял мне зла. Снова... Он снова пришёл меня навестить. Безмолвный гость никогда не показывал своего лица просто потому, что его не было. Оттого я уже не испытывала страха разглядеть в нём зловещие клыки и налитые кровью глаза, как в городских легендах.       - Какого хрена? Ты оставишь меня в покое хоть на месяц? - я прошептала это тихо, стараясь не будить спящую рядом маму. Но существо продолжало хранить обет молчания. Воображение каждый раз само дорисовывало несуществующий холодный взгляд и прямой рот призрака на пустом лице, - Ты уже пол года приходишь и будишь меня, черт возьми, посреди ночи! - Продолжала я, переходя на агрессивный шёпот - Если нечего сказать, иди отсюда.       Это было последнее, что я буду помнить на утро.

***

      За завтраком мы, как всегда, не спеша потягивали горячие напитки.       - Когда приедет папа?       - Надеюсь, не скоро. Но вахта закончится через месяц.       Я тихо ругнулась. Единственные счастливые моменты случались, когда отца не было дома. Не хотелось снова видеть его безбожно пьяным, только работа спасала его от вредной тяги к спиртному.         Телевизионная коробка с самого утра разрывалась от новостей о тысячах жертв демона. Я в сотой попытке переключала каналы, как вдруг рука мамы мягко остановила меня.       Ведущий на экране читал следующее: "Страшная бойня произошла на улицах города. Неизвестный до сих пор демон воздействует на сознание граждан, будьте осторожны и сохраняйте бдительность! А сейчас, прямой репортаж с места событий!".       Камера снимала десятки убитых тел. Они не были ранены режущим или огнестрельным оружием - это было похоже на массовый, добровольный уход из жизни. Оператор успевает зафиксировать кадр летящей с балкона парочки. Я внимательно вглядываюсь в их лица перед судьбоносным моментом - они не отражают ничего, кроме предсмертного смирения и полного безразличия.       - О Господи! Никакой школы сегодня! - воскликнула мама, явно не замечая странное поведение жертв на экране. Конечно, я тоже боялась стать добычей демонов, но спокойнее реагировала на происходящее в Токио - эти твари пару лет назад стали обыденностью для мира, и людям приходилось уживаться с этим безумием, порой даже заключая контракты со многими из них.       - Ты тоже оставайся дома, - Возмутилась я.       - Не могу, начальник голову оторвет потом.       Я прыснула от смеха. Маме проще пережить нападение демона, нежели получить выговор от начальства.       - Хотя бы такси до работы вызови, а то я переживать буду...

***

      Закатные лучи оранжевым оттенком стелились на поверхности стола. Карандаш под наклоном выводил иероглифы. Я сосредоточенно заполняла условие задачи в школьную тетрадь. Уличный шум машин не отвлекал меня от важного дела. Спина зудела от попыток сохранить осанку. Скоро вечер, и в голове невольно начинали крутиться идеи для ужина.       Я отпустила карандаш и потянула затекшие руки вверх. Обыденные дела ещё не закончены, поэтому пришлось подняться со стула и пройти на кухню. Холодильник не был забит продуктами, но даже тут можно было найти из чего приготовить более-менее питательный ужин. Большую часть родительской зарплаты съедала аренда квартиры и коммунальные услуги, и я ждала момента выпуска из школы, чтобы найти даже малейший заработок. Но сейчас я уверенно крошила овощи и довольствовалась минимальным хозяйственным вкладом. Притом, если получу высшее образование, смогу найти престижную работу, но опять же, без связей будет сложно продвинуться в карьере. Тьфу, и снова я думаю о связях, как же это осточертело...        Тыдыщ!       От чрезвычайно громкого, резкого звука я инстинктивно закрываю глаза и чувствую, как множество маленьких лезвий пролетают по моей коже. Снова моргаю и провожу пальцами по щеке. Кровь. Пол усыпан осколками стекла, а у проёма окна возвышается тощая, но высокая фигура парня. Бензопила, что заменяла его голову, заставила меня ощутить смесь испуга со страхом в крови. Тело парня было усеяно свежими ранами, грудь беспокойно вздымалась, а руки трепетно, но крепко держали темноволосую незнакомку в объятиях.       - Человек... Бензопила! - Я не замечаю, как машинально встаю из-за стола и начинаю пятиться в сторону двери.       - Помоги... Ей... - Он с усилием издал хриплую просьбу и приземлился на колени. Тело девушки с грохотом упало на осколки, а голова-бензопила обессиленно опустилась вниз.

***

      Митака Аса видела многое - убийства, смерть, жестокость. Это, конечно, пугало её, но ни один из этих страхов не сравнится с последними событиями в её жизни. Перед глазами стояла четкая картина настоящего демона. Не одного из тех, с которыми каждый день расправлялось Токийское бюро охотников, а настоящего, властного и желающего именно их смерти. Именно эта целенаправленность пугала её больше всего. И как ни к черту она оказалась в эпицентре, хотя сама должна была покончить с бензопилой.       - Черт! - Она наконец открыла глаза. Резкая боль пронеслась в затылке, когда она попыталась поднять голову.       - Лежать! - Вскрикнула я и мягким, резким движением руки уложила её обратно на подушку. Незнакомка зашипела и начала слабо сопротивляться. Черные волосы влажными прядями беспорядочно лежали на подушке,  затылок в несколько слоев был обмотан бинтами, а некогда аккуратная и выглаженная школьная форма теперь больше походила на одежду разнорабочего. Её рука бесцеремонно схватила меня за светлую футболку, оставляя выраженные кровавые пятна на ткани.       - Где этот говнюк? - Процедила она сквозь зубы. Я сразу поняла, о ком она говорит, но не понимала почему так грубо...       - Он же спас тебя - закончила я вслух свою мысль.       - В гробу я видала таких спасителей! -  Её голос становился более яростным, - Еще раз спрашиваю - где он?       Мне не хотелось играть с огнем, пусть даже с таким ослабшим. Не испытывая судьбу, я немым жестом указала на ванную в коридоре. Когда девушка преодолела расстояние от матраса до заветной комнаты немного прихрамывающим, но полным уверенности шагом, там никого не обнаружилось. Мелкие капли из-под крана ритмично нарушали недолгую тишину.       - Видимо, сбежал, - я неуверенно потерла заднюю часть шеи. Наши взгляды синхронно метнулись в сторону разбитого окна.