Часть 1

Назойливый звон будильника снова заставил вскочить с кровати и повалиться на пол, из-за запутавшихся ног в одеяле. Больно ударяясь локтем, Аня вскакивает, с испугом озираясь на миниатюрные часы, стоящие на тумбе. Красивые, но звенят так громко, что уши глохнут. Папа из Франции привез недели, может, две назад. Она с шипением потирает локоть, сводя брови к переносице. До начала занятий оставалось всего ничего, а ей еще и до остановки добежать нужно было, чтобы на автобус успеть. Иначе придется идти пешком до самой школы. — Доброе утро, доченька. Умудрилась же ты весь дом на уши поставить с самого утра! — посмеиваясь, переступил порог комнаты мужчина лет сорока. — Андрей даже заволновался. — Добро. Андрей уже тут?! — Аня резко поднимает глаза на мужчину, вскакивая с места. Проскользнув в ванную комнату, ответа она так и не услышала, кроме как тихого смешка с кухни. Наспех умывшись и почистив зубы, она рванула обратно в комнату, выискивая в собравшейся куче одежды на стуле свою рубашку. Здесь обязательно нужно будет убраться, но не сегодня. И не завтра… Рубашка была мятая до ужаса, но вариантов как таковых и не было. Имелась идея опоздать, но Андрея подставлять не охота. Завязывая последнюю косу каштановых волос, Аня натягивала поношенные ботинки из замши. Андрея уже давно не удивлял ее внешний вид, пока другие не переставали вздыхать, стоило девчонке деловито (или развалисто) пройти мимо. Дочь уважаемого космонавта, Дмитрия Майорова, схожа с местными оборванцами. Каков же позор. Усмехаясь своим мыслям, он открыл дверь подруге и вышел за ней следом. — Анна, опять шапку забыла! — кричал отец в след. — Я опаздываю, пап! — быстро прилетает в ответ вместе с дверным хлопком. Улица встретила ребят сильными морозами, заставляющими кончики пальцев содрогаться в холоде и сильнее закутываться в дубленку. Аня почти сразу пожалела, что отказалась от шапки в пользу времени, больше пряча нос в вороте куртки. Андрей пытался впихнуть ей свой головной убор, но та уперто отказывалась. Порой ее упрямство раздражает. Подходя к остановке, ребята повстречали пацана, убегающего от таких же хулиганов, которых он любезно крыл благим матом. Быстро смекнув, что тут не безопасно, ребята забрались в подъехавший транспорт, усаживаясь рядом со знакомым Андрея. — Ну и идиот, — фыркает Аня, выглядывая в окно, чтобы осмотреть общую обстановку. — Ох боже, он идет сюда… В автобус этот пацан все-таки залетел, но с раной на голове, кровь из которой сочилась без остановки. Он прошел дальше, не оборачиваясь на ребят, пока Майорова провожала его то ли заинтересованным, то ли недовольным взглядом. Они лишь на секунду встретились взглядами, прежде чем он отвернулся. Вскоре автобус тронулся, и тогда раненный боец по своей доброте душевной решил польстить ребят своим визитом. — Деньги есть? — спросил он грубо, ударяя ладонью по сиденью. Андрей ухватил подругу за руку, уволакивая к себе поближе, дабы ей не досталось. Тот, что толстый, в испуге поднял глаза на парня, который в наглую расселся на местах, где до этого сидели ребята. Так вальяжно, раскинув руки по обе стороны на спинки сидений и не очень прилично раздвинув ноги. Наглости у него не отнимать. — А тебе что с этого? — возражает Аня, за что в ухо ей прилетели тихие возмущения от Андрея, но она пропускает их мимо, продолжая бороться за копейки, которых у нее даже не было. — Да даже будь они у меня, копейки бы тебе не дала, хулиган, — с особой брезгливостью добавила она в конце. — Аня, хватит… — Нюрка, значит, — выдохнул пацан, размеренным шагом подходя в плотную к девчонке, но та не отступила. — За словами следи, иначе головой поплатишься. — А ты, поди, девчонок бьешь? — нахмурила она брови. Пацан смерил ее взглядом, на что Аня лишь больше задрала голову, выдергивая руку из хватки Андрея, который безнадежно пытался спасти подругу от неприятностей. Парень не знал, что ей ответить. «Да, бью»? Но ведь это не правда. «Тебя это не касается»? Тоже странно звучит, мол, вроде да, а вроде нет. Фыркнув, он просто отворачивается от нее, демонстративно делая вид, что потерял всякий интерес. — Говорите, нет у вас денег, верно? — растягивая слова, обернулся он к мальчикам. — Тогда попрыгайте. Если что зазвенит, пропишу по фанере. Согласны? — Хорошо, — ответил Андрей, даже бровью не поведя. — Ты идиот? — Аня гневно дергает его за рукав. — Ясно, нет у тебя ничего, — парень переводит взгляд на пухляша. — Ты? Толстый замялся. Он едва заметно провел пальцем по карману куртки, в котором лежали монетки, не зная, что ему делать. Не прыгнет, его ударят, прыгнет — ударят. Где в этом всем золотая середина? С полным напряжением в лице он слабо подпрыгнул, надеясь на лучший исход, но удача сегодня была не на его стороне. — Врать не хорошо… — мотал головой хулиган, смотря на толстого, который трясущимися руками доставал тридцать копеек. — Деньги у невинных тоже забирать не хорошо, — в очередной раз вставила свои пять копеек Аня. — Не думал, что они могут быть у него последние? — Значит так… Ты, — указал хулиган на Андрея, игнорируя слова Ани, — бьешь ему в челюсть, согласен? Если нет, то тогда бью тебя я. — Я не согласен, — ответил Андрей, готовясь к удару, коего не последовало. Но только лишь потому что его вовремя схватила Аня, быстро выбегая из остановившегося автобуса. Напоследок она обернулась, показывая бандиту язык.

***

— Андрей, с чем ты так долго возишься? Мы временем не богаты… — Аня ходит кругами рядом с гардеробом, шумно вздыхая. Занятия закончились, в планах у ребят было прогуляться немного, прежде чем разойтись по домам. — Ты не видела мой шарф? — резко спрашивает Андрей, тормозя подругу. — Тот, что у тебя в руке? — закатывая глаза, отвечает Аня. Андрей, недоуменно нахмурившись, опускает взгляд на свои руки. Шарф бездельно висит на его предплечье, немного пошатываясь от движений. Аня тихо смеется, невольно вызывая улыбку и у друга. — Пойдем скорее, растяпа, — откашливаясь, говорила Аня. Уже подходя к выходу, ребята столкнулись с преподавательницей по английскому. Улыбка, которая расплылась по лицу женщины, ничего хорошего не обещала. Аня натянула на себя ответную улыбку, сжимая руку Андрея и чувствуя, как их прогулка накрывается медным тазом. — Васильев, Майорова, hello. How do you do? — Hello, I'm fine, and you, Флюра Габдуловна? — ответил Андрей. — Здрасьте, — шмыгнула носом Аня. — Пойдемте, провожу вас, одного ученика надо будет подтянуть. А ты, Майорова, отвечать тебе на английском нужно, иностранцы тебе «привет» в ответ не скажут, — строго, но с ноткой юмора говорит женщина, ведя из по коридору. Аня, плетясь за ее спиной, пародирует женщину, от чего Андрей кусает губу до боли, чтобы улыбка не поползла на лицо. — Я с ними тогда разговаривать не буду, не сильна я в английском. — Майорова, не я же по границам разъезжаю. Ее тоже тогда подтянешь, понял? — открывая двери в кабинет, сказала учительница. — Эй, Марат, пришли к тебе! Ребята тут же застыли в проходе. Улыбки с их лиц мгновенно спали, когда к ребятам обернулся парень, которого оба надеялись больше не встретить, боясь последствий за случившееся. — Нюрка? Здравствуй, — сказал хулиган, в очередной раз нахально ухмыляясь.