Часть 3

      Я каждый день ходил в садик, и каждый день общался с Кларой. За всё то время, что я знаю её, я понял что она так же справедлива, и экстраверт. А так же она была ещё и искренней… прям очень искренней. Она всегда говорила, если ей что-то не нравится. Она часто говорила, что ей не нравится когда я горблюсь- хотя я делаю это только тогда, когда во мне расцветает желание убежать. А расцветает оно у меня лишь тогда, когда Клары нет в поле моего зрения… Это странно. Я не знаю, почему это так работает, но вряд ли узнаю, пока не стану старше. Из-за её постоянных замечаний по поводу моей «горбатости», я испытал странное желание. Жнлание стать лучше, чтобы она с улыбкой похвалила меня. И я стал пытаться подавить свой страх. Не получилось. Тогда я просто подавил реакцию своего тела, чтобы чувства внутри меня не были показаны через моё тело. И это сработало. Даже если во мне расцветёт сильнейшее желание сбежать, внешне это не проявится никаким образом. Да и Клара похвалила меня за то, что я стал следить за своей осанкой. В тот момент… Я испытал счастье. Мне было приятно, что мои старания оценили. Хотелось сделать что-то ещё, чтобы меня больше хвалили… Я не уверен, в какой момент так произошло, но на занятиях я старался первее всех отвечать правильно на вопросы по материалу, которые мы проходили, пытался быстрее и лучше всех сделать задание… Я хотел больше похвалы. Но вскоре перестал так сильно стараться: в один момент я понял, сколько бы похвалы не получал, почему-то меня радовала лишь её похвала. Как-то плавно родители ушли на задний план моего мира. В любом случае это ничего не меняет. Я по прежнему любил своих родителей, даже если мать по ощущениям была чересчур мягкой, а отец наоборот: слишком отстранённым и холодным. Я общался с Кларой в садике, потом приходил домой и ложился спать, даже если не сильно хотел этого. Возможно, мне просто было скучно в доме, что я желал вновь побыстрее пропустить очередной день и попасть в садик. А возможно, я просто хотел вновь увидеться с Кларой. Такое вполне возможно, хотя я не полностью понимаю почему. Что я ощущаю к Кларе? Она мне лучший друг? Как сестра? Или я просто люблю её как возлюбленную? В любом случае, как бы я не старался понять, я не мог. Тем более мы с ней всё ещё малы, так что даже если я признаюсь ей в чувствах, которых возможно и нет, она вероятно не поймёт и больше не захочет говорить со мной. А этого я не допустить. Мама каждый раз, когда забирала меня из садика спрашивала: завёл ли я ещё друзей. И её лицо печалилось, когда я говорил нет, а в глазах появлялся страх. Я не понимаю причину её страха. Причину её грусти я могу понять…но страх…это что-то, что я пока не могу понять, даже если буду стараться. А в садике я легко забывал про эти размышления и спокойно играл с Кларой. На прогулке она часто показывала новые места, которые могла найти. Однажды, в последний год в садике мы забрались на большое дерево за территорией детского сада. Я не совсем понимаю, как нам удалось это, но нам было весело. Те воспоминания словно оживают в моей голове

***

— Хей, Уил! — Заговорчески зашептала рыжеволосая, заставляя отвлечься от игры в песочнице. Я посмотрел на неё, чуть наклонив голову на бок. Обычно, она так говорит только когда найдёт интересную вещь. Но мы буквально облазили все территории для прогулки, так что даже удивительно, что она нашла что-то. — Что нашла? — Спросил я, вставая с колен и отряхивая штаны от песка. Зима, как и в предыдущие зимы, прошла достаточно быстро без всяких экстремальных холодов, и так же быстро наступила весна. Потому я был в штанах, футболке и в кроссовках. Клара же была одета в светлое платье, что казалось очень подходящим под её цвет волос, и кеды серого цвета. — Там не закрыли территорию детского сада, пошли быстрее пока не закрыли! Можно прогуляться на улице, без взрослых, представляешь?! — Она схватила меня за запястье и буквально побежала в сторону выхода. Я побежал за ней, на ходу оглядываясь на воспитателя- она опять с кем-то говорила. Взрослые часто могут быть такими некомпетентными? Впрочем, это даже нам на руку сейчас. Клара была быстрой и выносливой, я же не таким быстрым, и успевал за ней лишь из-за того что она тащила меня. А на футболе отказывалась играть со всеми остальными, говоря: «Я не такая уж и выносливая». Ей скорее было просто лень, и теперь я точно уверовал в эту теорию. Вскоре, мы прибежали до открытых ворот садика. Клара буквально излучала довольство собой, пока я переводил дыхание. Всё таки, это слишком для меня — Уил, пошли, сокрее, у нас не так много времени! — Клара вновь потащила меня. Рыжеволосая сразу же побежала куда-то, а я был вынужден следовать за ней. Я не понимаю, куда она меня ведёт, но умышленный вред она не причинит, я знал это. Я плохо запоминал маршрут, но помню как мы пару раз пробежали через дорогу, а потом куда-то сворачивали, поворачивали. И через время, перед мной и Кларой предстало большое дерево. Ну… По нашим меркам большое. — Правда круто? — Девочка посмотрела на меня с улыбкой. Я вновь бросил взгляд на дерево. Оно было красивым, несомненно. Вроде как это был дуб? Или что-то похожее на него — Круто… Давай залезем наверх? — Предложил я, подходя ближе к дереву. На секунду, я заметил в изумрудных глазах удивление, которое быстро сменилось весёлым смешком — Я и сама хотела предложить! — Она тоже подошла к дереву. Мы оба смотрели на величественное дерево, думая как забраться наверх. В итоге, один вариант нашёлся: я подсаживаю Клару, чтобы она смогла зацепиться за первые ветки и залезла на них, а потом помогла забраться и мне. Мы так и сделали. А потом было совсем легко забираться. Через пару минут мы были высоко… Даже страшновато от перспективы упасть и разбиться. Но я чувствовал лишь веселье, как и моя спутница. Мы смотрели на небо, на птиц. Это было так интересно. А ещё… Клара была красивой. В сочетании с зеленой дуба, и красивым голубым небом- это создавало словно произведение искусства. Казалось, я чувствовал внутри своей груди что-то приятное… По ощущениям щёки чуть покраснели. Но совсем незаметно, так что никто не заметит, если не будет вглядываться. — Уил… — От размышлений меня оторвал голос Клары. Задумчивый, как никогда ранее. Я склонил голову не бок, глядя на неё. Она вздохнула, и продолжила — Я не просто так показала тебе это место. Я хотела, чтобы у тебя были хоть какие-то воспоминания обо мне когда я уеду — Стой… Ты уезжаешь? Как далеко? — Не удержавшись задал я вопрос, получив от неё грустный вздох. — В другую страну, с родителями к родственникам. Она называется Россия. И я уеду жить туда. Так что, возможно мы больше не увидимся… Завтра мой последний день в садике. Давай завтра проведём его тут, просто веселясь как в последний раз? — Я слушал её. Внутри что-то болезненно сжималось. Мне придётся отпустить её… Как бы я не старался, как бы не тянулся к этому лучу света...всё напрасно. Вместо слов я просто обнял её. Она обняла меня в ответ. Нам обоим было грустно расставаться. Всё таки, мы хорошо сдружились за всё это время, которое мы провели вместе.

***

Помню провели мы там долго… Что нас даже стали искать воспитатели. В итоге нашли, за уши притащили в садик и наругали. Но это было не страшно… Вечером меня должна была забрать мама. Она не пришла. Я сам пошёл домой, думая, почему она не забрала меня…

***

— Я дома! Мама, папа? — Сказал я, заходя домой и закрывая за собой дверь. Если отца вполне могли задержать на работе, то вот насчёт мамы я не уверен. Её редко задерживали, и в 4 она обычно дома. Она не могла забыть про меня… Разве что могла уснуть. Она всё-таки не молода, ей нужно больше спать. Разувшись, я прошёл вперёд и завернул за угол прихожей, где уже был коридор. Дверь в родительскую комнату была закрыта, а такое было только в том случае если находящийся внутри человек спал. Подумав, я подошёл к двери и стал тянуть на себя: стоит разбудить маму, а то ведь она так вест вечер проспит. Дверь открывалась на подозрение слишком тяжело, так не было раньше. Как только дверь приоткрылась, в мой нос ударил запах чего-то… железного. Я остановился. Моргнув, я пытался понять, отчего внутри такой очень сильный запах. Приоткрыв дверь чуть сильнее я аккуратно протиснулся в комнату. Было темно, словно в комнате наступила ночь. Но я видел очертания отца, что сидел на полу. — Папа? Почему тут так пахнет… И почему так темно? — Я задавал вопросы, подходя аккуратно ближе. Отец не реагировал. Запах становился сильнее. Хотелось блевануть от него, но я терпел. Нельзя пачкать полы, ни в коем случае, это ведь лишняя работа маме по уборке в доме. Со временем глаза стали привыкать к темноте и я видел всё больше. Лучше бы не видел. — МАМА?! — Я впервые ощутил самый настоящий ужас. Отшатнувшись, я с широко открытыми глазами глядел на тело мамы, рядом с которым сидел отец. Кажется, я видел на её лице выражение ужаса. Но самое страшное… Часть её головы была словно расколота…на полу рядом была кровь. Много крови… Что произошло?.. Видимо, мой крик всё-таки заставил отца прийти в себя. Резко, он подскочил, и за секунду оказался рядом со мной, а я увидел что он держал. Тесак… В запёкшейся крови. И его руки тоже в крови… Резко, я ощутил его свободную руку на своём горле. Он резко поднял меня в воздух держа за шею. В груди ужас становится лишь сильнее и отчётливее. — ОТПУСТИ, ПАПА! Пожалуйста!... — Громко прохрипел я, чувствуя как он сдавливает мою шею. Схватив его руку, которой он держал меня, я пытался разжать его хватку. Чтобы вздознуть… Чтобы он не сломал мою шею. Вмиг, я с грохотом оказался на полу- он кинул меня на пол, после чего поставил нож к моему горлу. — Итак… Сейчас, ты как послушный сын, забудешь всё что ты видел, и будешь слушаться если я тебе что-то скажу, а не то ты закончишь как эта тварь. Ты меня понял? — Я ощутимо вздрогнул. Почему его голос звучит так…? Так фанатично, словно он маньяк… На глазах стали появляться слёзы, немного затуманив моё зрение пеленой слёз — Почему… Зачем ты?.. — Прошептал я, не в силах отвести взгляд с опасного предмета около моей шеи. Внезапно он другой рукой схватил меня ща подбородок и поднял мою голову, вынуждая смотреть на него. — Эта сука всегда была не более чем мусором. Даже тебя воспитать по нормальному не смогла. Всегда говорила про то, что у теья психологические проблемы, и тетя стоит сдать в психиатрическую больницу… Я не выдержал и убил её. А теперь, блять, отвечай, тебе понятно или нет?! — Внезапно, он отпустил и убрал тесак, лишь для того чтоьы с гневом закончить предложение и пнуть меня в живот, что я даже отлетел к стене, ударившись спиной. Слёзы потекли из глаз. Я не мог их контролировать. — Понятно…– Еле выдавил я из себя эти слова, как внезапно он схватил меня за руку и потащил к выходу из комнаты, без особого труда открыв дверь. В коридоре было светло… Солнце было в зените, но не спешило садиться. Я взглянул на отца. Его одежда была пропитана кровью, и успела засохнуть… Как долго он сидел там, после убийства мамы?.. — Собирайся — Резко он отпустил меня, и я взглянул на него. Слёзы стекали по моим щекам. Это выглядит наверняка жалко. –… Куда? — Спросил я, не понимая своего родителя. Резко он с рыком ударил тесаком по стене — Собирайся, сука, живо! А не то я вскрою тебе живот, и скормлю тебе твои собственные органы! — Он уставился на меня. Раньше его взгляд был холоден, но теперь выражал лишь злость и безумие. Сжав руки в кулаки, я кивнул и быстро кинулся к себе в комнату. В моей голове не было и единой мысли о том чтобы попытаться сопротивляться или убежать. Мне всего 6… Почти 7. Что я могу?

***

Закончив собираться он усадил меня в машину, успев переодеться в другую одежду и взять другие свои вещи… Он поджёг дом, и сейчас, он едет куда-то. А я сижу на заднем сидении, поджав ноги к животу, и перебираю свои воспоминания. Что я мог сделать чтобы изменить происходящее? Ничего. Я бессилен. И это вызывало лишь большую боль… Прости меня, Клара, видимо мы не сможем провести время вместе, как планировали на дереае