1. Рюкзак

      Странное это чувство: потерять то, чего не имел. Возможно, что-то подобное ощущает человек в запущенном случае кризиса среднего возраста: "слишком стар" для всего того, что мог бы сделать в молодости, но не сделал. Благо, Вам рановато об таком размышлять, но и причина странного чувства потери постоянно ускользает от Вас.       Этим утром Вы проснулись, уверенно встали с кровати и прямо в исподнем взялись вытаскивать из глубин шкафа свой походный рюкзак. Только держа его в руках, осознали, что делаете. Потребовалась ещё пара секунд, чтобы действительно проснуться. Во сне Вы спешили куда-то с отъездом. Собрать вещи, ничего не забыть - вот, что не на шутку встревожило Вас. Бросив рюкзак на пол, Вы отправились в ванную приводить себя и мысли в порядок. Тарья куда-то делась, так что завтрак прошёл в гнетущей тишине. Днём, на работе, просматривая списки должников, Вы внезапно поняли, что должны сделать.       По адресу, указанному в базе, находится весьма печального образа дом. Даже будь он не так запущен, селиться в нём - серьёзный вызов для мужественного человека. Одно из окон и вовсе выходит строго в стену соседнего дома - большая "удача" для жильца. Вы уверено стучите в дверь, стараясь разогнать осеннюю хандру, буквально висящую в воздухе. Дверь открывает весьма отталкивающая личность: неухоженная, не выспавшаяся и презирающая мироздание готесса. Девушка в бесформенной чёрной хламиде, с растрёпанными чёрными же волосами смотрит так, будто желает Вам смерти просто по причине Вашего существования, однако... она чем-то кажется Вам знакомой. Чувство дежа вю снова пробегает мурашками по спине. Это необъяснимо вселяет уверенность.       - Чего надо? - приветствует Вас хозяйка.       Вы называете имя, как записано в базе, но она непонимающе приподнимает бровь. Вы терпеливо разъясняете:       - Мужчина среднего возраста, среднего роста, среднего... вообще средней внешности. Живёт тут. Он задолжал нашему прокаты диски.       - А, этот хрен... Съехал. Сорян, сестрёнка.       Вы хмуритесь.       - Давно?       Она честно пытается вспомнить. Усилия отражаются на лице.       - Да хрен знает, мы не особо общались. Неделю его уже точно не видать. Слушай, я тут не домоправительница, или типа того. Все вопросы к владельцу.       Её учтивости хватает хотя бы на то, чтобы написать Вам адрес на клочке засаленной бумажки.       Истинный хозяин живёт в доме получше, но разговор с ним оказывается ещё менее приятным. Мерзенький домовладелец, со свойственной своему образу педантичностью, точно сообщает Вам, что искомая личность заселилась в октябре, выселилась неделю назад, честно расплатившись с накопленными долгами, и на почве депрессии вернулась домой. Он даже сообщает Вам, откуда именно этот человек приехал: из-за границы, хотя название страны не говорит Вам ничего, кроме смутных воспоминаний школьной географии.       Вы возвращаетесь домой в некоторой прострации. Закрыв за собой входную дверь, потерянно прислоняетесь к ней.       - Октябрь, значит, да? Всего полтора месяца ты протянул в наших краях... Слабак.       Улыбнувшись своим мыслям, Вы направляетесь собирать рюкзак. Родина Октября - малопонятная Вам страна. Приходится пошататься по Интернету, чтобы обновить свои знания и хотя бы чуть-чуть представить, что там может ждать. Вы даже присмотрели билеты на самолёт. Да, лететь придётся буквально на другой конец света. И потому собраться в такой поход - задача не шуточная. Сколько комплектов одежды взять? Там холодно? Минимальный набор посуды и маленькую кастрюльку взять с собой или купить там? Так, а что там будет с жильём? Утюг? Да не, бред, в мятом походите. Если снимать комнату, то, наверно, ещё постельное бельё нужно будет купить или что-то такое. Тяжело будет без набора шампуней и кремов, который Вы копили все эти годы. Надо будет взять с собой какой-нибудь один - привычный. Хрен знает, что там можно будет купить, а что нет. А! Аптечка, точно! С этим особо внимательно.       К вечеру Ваша комната напоминает поле боя: в этой кучке вещи "первого" приоритета; в этой - "второй" приоритет; вот здесь - вещи, которые не очень нужны, но пригодятся, если поездка затянется; а насчёт этого свитера вы ещё не решили. Ну и ключевое: предстоит ещё ритуал упихивания всего в рюкзак, который и покажет, что действительно нужно взять, а что оставить.       Выжатая, как лимон, Вы выползаете на кухню и бахаетесь за обеденный стол. Тарья, размешивая "вечерний" кофе с молоком, садится напротив и озабоченно вглядывается в Вашу усталую физиономию.       - Яичница есть, будешь? - Спрашивает она с материнской заботой. - С беконом.       Вы киваете с таким видом, что ей приходится самой оформить Вам ужин, хотя она явно надеялась на Вашу самостоятельность.       Тарья, в целом, в курсе, чем Вы занимались пол дня, но почему-то не лезла под руку всё это время. Сейчас же, видимо, настал подходящий момент.       - Так, - начала она. - Давай ещё раз. Этот твой... как, прости? Октябрь? Приехал из-за границы, ты точно знаешь откуда, и именно поэтому на полном серьёзе собираешься ехать за ним. Для того, чтобы... что? Вытрясти с него штраф за просрочку? Я ничего не упустила?       Вы как раз жуёте и не можете ответить, но это, всё равно, риторический вопрос. Вы киваете.       Тарья в искреннем замешательстве трёт руками лицо, затем смотрит на Вас, как на умалишённую.       - Слушай, я честно надеялась, что, когда это проговорю, ты засмеёшься и скажешь, что я - дура - всё напутала. Даже не знаю, с чего начать. Почему людей вокруг тебя вдруг начали называть месяцами? Что за ересь? Это у тебя психоз от расставания с Апрелем? Октябрь - типа, полная противоположность? Серьёзно?       - Да нет же! Просто он приехал в октябре, вот и всё.       Вы говорите это уверенно, а сами при этом понимаете, что Тарья права. Почему Октябрь? И почему Вы уверены, что так правильно?       - Ладно, это не самое странное... - Терья теряется в попытке подобрать слова и, будучи не в силах, срывается на крик: - Женщина! Ты в своём, вообще, уме? Ты куда собралась лететь? Туда вообще с нашим паспортом пускают? Это ж, б%&$#, жопа мира! Ты как... Как вообще до этого дошла? Ты как там жить будешь? Нет, погодь... это тоже не важно... Зачем ты туда едешь? Кто этот Октябрь тебе?       Кусочек бекона замирает на ваших зубах. Действительно... Кто этот Октябрь Вам?       - Искра, - уверенно говорите Вы, пряча замешательство под мрачностью.       Тарья, не понимая, поднимает бровь.       - С ним искрило, - объясняете Вы.       Теперь Тарья выглядит совсем потерянной - смирилась с кончиной Вашего рассудка.       - Вы уже целовались? - спрашивает она мёртвым голосом.       - Нет, - следует Ваше заявление, но вдруг кажется, что Вы что-то напутали. - Или да... Нет, не целовались. Мы виделись один раз на работе...       - Подруга, ты здорова? - Голос Тарьи вдруг становится искренне заботливым. Она перегибается через стол, чтобы положить руку Вам на лоб и заглянуть в глаза. По правде говоря, Вы действительно чувствуете себя неважно. - Температуры вроде нет. Ты хорошо себя чувствуешь?       - Нет... Я... кажется, просто устала. Сейчас доем и прилягу... - Ваш голос дрожит.       - Это хорошая идея, поддерживаю. Выспись! Уверенна, утром одна из нас поймёт, что бредила. Даже если это буду я - уже хорошо. Хоть начну тебя понимать.       После ужина Вы лежите на кровати, свалив "вещи второго приоритета" на пол.       Действительно, что это было? Какая поездка? Зачем? Что не так с этим Октябрём? Что не так с Вами? Объективно: одна искра, в которой Вы, казалось, уже разуверились; и совершенно глупый вопрос долга перед прокатом, ради которого и по телефону-то звонить не обязательно было. Вы серьёзно собрались ради этого лететь в другую, незнакомую страну? Нет, ну не ради долга, конечно! Ради искры? Нет, серьёзно. Даже если бы это была искра, даже если могла бы проскочить какая-то романтика, она же, очевидно, была только с Вашей стороны. Ну, серьёзно! А если Вам показалось, и он к Вам равнодушен? Он же с депрессией уехал, какая там искра? А если Вам показалось, и это Вы к нему равнодушны? И первая же встреча это покажет. То есть, смоделируем: Вы прилетели за хренову-тучу-километров в чужую строну; нашли жильё, не ночуете под забором; чудом нашли среднего-во-всём человека, чьё лицо едва можете вспомнить; и что теперь? Он Вас может вообще не помнить. Для него Ваш визит - это визит сумасшедшего, очевидно сбежавшего из психушки и путающего людей. Вы даже улыбаетесь этой мысли - настолько она бредовая.       Повернувшись набок, Вы приходите в себя. Да. Глупость, конечно. Наваждение. Вы просто устали. Выспитесь, и утром всё встанет на свои места. Рюкзак можно будет запихнуть обратно в шкаф. А, говоря об искрах, вообще-то, в кафешке, куда Вы порой заходите, недавно появился новый бармен. Широкие плечи, крепкая задница, и посматривает на Вас не без интереса. Куда более реалистичный шанс выбить искры, чем...       Вы засыпаете, теряя мысль.