29 (25/8). Безрассудство

      Признаться, Петя Вас основательно накрутила. Дополнив этим собственные размышления, Вы поймали себя на действительно ощутимом чувстве тревоги. Теперь, видимо, Ваша очередь нервничать. В то время как Октябрь, будто зеркальное отражение, обрёл дзеновское спокойствие и постоянное хорошее расположение духа, что только усилило Ваше беспокойство. Вы не можете избавиться от мысли, что он совершит что-нибудь безрассудное.       Высказав ему без обиняков свои опасения и попросив не делать резких движений, пока Тарья не оформит визы для Пети с Лизой, Вы только натолкнулись на непрошибаемую улыбку спокойствия.       - Чего ты переживаешь? - как ни в чём не бывало отвечает он. - Мы с тобой, на самом деле, вступаем в самую спокойную фазу семейной жизни. Я устроился на работу. Гос служба - это стабильность. Зарплата не плохая. Кроме шуток, она нам нужна. То, что я накопил перед поездкой в Торонто, почти кончилось. Ты теперь миссис Смит. Можешь попробовать жизнь домохозяйки, если это тебе интересно. Размеренную, неспешную. В чём-то скучную, но не факт, что это плохо, в определённом контексте. Как минимум, это отдых. Если захочешь завести детей - скажи. Мне порядком надоело пользоваться резинками.       - Фу, как вульгарно! - хмуро парируете Вы, скрывая замешательство.       Сколько шутки в этой его шутке?       - К тому же, - Вы стремительно переходите в атаку, пока он не заметил смущение. - Домашнее хозяйство - нихрена не отдых, засунь себе этот патриархальный ярлык в задницу!       Он улыбается:       - Прости, оговорился. Я имел в виду, что будет меньше причин нервничать. Не парься. Кроме ожидания виз, я бы всё равно не стал ничего делать. Первая задача - сойти за своего. Так что, на время мы - образцовые граждане счастливого общества.       Утром первого рабочего дня Октябрь облачается в строгий костюм с пиджаком и галстуком, который неожиданно оказывается ему к лицу, и с улыбкой образцового мужа уходит на службу. Когда за ним закрывается дверь, Вы, сидя одна в оглушительно тихой квартире, осознаёте, что у Вас впереди не менее двух недель абсолютного безделья.       Походив по дому из угла в угол (на улице всё ещё не прогулочная погода), Вы действительно решаете навести тут порядок. В конце концов, это холостяцкая хата, и за то время, что Вы тут фактически живёте, не раз и не два поднималась рука исправить что-нибудь, что Октябрь довёл до удручающего состояния.       Вымывать всю квартиру Вы, конечно, не стали. Ни к чему такие жертвы. Но кое-что, всё же, подчистили. Например, раковину в ванной, от вида которой порой мутило. Пыль на полках на кухне, слой которой таков, что не стирается вовсе - только размазывается. К тому же, давно пора было систематизировать сушилку для посуды. Того и гляди какое-нибудь блюдце упадёт с вершины этой горы и разобьётся.       Так изо дня в день Вы потихоньку стали приводить квартиру в приятное лично Вам состояние. Октябрь не возражал. Напротив: замечал и хвалил самые явные изменения. Надо признать, у Тарьи достаточно специфический вкус к порядку, и она любит настаивать на том, чтобы вещи лежали по её предпочтению. Здесь, когда ни под кого не надо подстраиваться, Вы вдруг ощутили некую свободу, и даже начали ею наслаждаться. Прикупили пару хозяйственных приспособ, без которых Октябрь каким-то непостижимым образом обходился. Заставили его вызвать мастера и починить стиральную машину, когда он только заикнулся про стирку руками.       Если надоедало хозяйничать, слушали музыку, смотрели фильмы, играли за компьютером (Октябрь накопил любопытную библиотеку игр), страдали творческой хернёй, изобретая ударные из чего угодно. Нормальные барабаны, конечно, взять было неоткуда. Да и нельзя было. Если в Торонто, в собственном доме у Вас порой возникали разногласия с соседями по поводу репетиций Сокрушителей, то уж тут, во многоквартирном человейнике, об это и речи быть не могло. Ещё одна радость, в которой нельзя было себе отказывать - это секс. Октябрь, вернувший себе хорошее настроение, с радостью оказывался в постели по каждому приемлемому поводу.       Когда Вы сочли, что пора бы подстричься, потащили с собой Лизу в парикмахерскую, дабы не рисковать с автопереводчиком. Меж делом вам удалось просто поговорить, посплетничать, как полагается подругам. Сперва Лиза, будучи в курсе ваших приключений, вторя Пете, попыталась убедить Вас бросить всё это, пока не поздно, но потом заметила, как спокойно Вы на всё это реагируете, и решила сдаться, сочтя, что Вам виднее. В результате разговор перешёл на более бытовые темы. Она рассказала, как дела в её тусовке, как её достала учёба, и многое многое другое.       С её подачи Вам удалось выбраться на подпольную репетицию подпольной группы в каком-то Богом забытом гаражном кооперативе. Серьёзно. Это место выглядело как жуткие трущобы, только жили здесь не люди, а автомобили. Потому первых было очень мало, но в остальном - очень неуютное место. Ребята располагались в одном из гаражных боксов. Вы оценили фундаментальную работу по звукоизоляции, которую они провели. Конечно, снаружи было слышно, что кто-то репетирует, но ни мотив, ни уж тем более текст песен уловить было нельзя. Предельно разумная предосторожность. Даже притом, что изнутри гараж напоминал камеру дурдома.       Ребята играли паршиво, но после творчества "Бобомбы" и "Сокрушителей" Вас уже невозможно ничем расстроить. Главное, что в перерыве Вас пустили за барабанную установку! Ощущение было таким, будто Вы встретились со старым другом после долгой, очень долгой разлуки. Вы начали играть. Ритм, вибрации, удары палочек, всплеск эмоций... Ненависть, обида! %&учая система!!! Почему Вы должны сидеть здесь и рисковать своей шеей, когда могли бы тусить в Торонто с Октябрём и Тарьей?! Почему Лиза и эти талантливые ребята должны прятаться в камере психушки вместо того, чтобы выступать в каком-нибудь прокуренном клубе?! Почему девицы не могут намалевать лица чёрным, покрасить волосы в синий, затянуть тела в кожаные наряды и пройтись по центру города в берцах на платформе?! Почему Петя не может быть собой?! По какому праву эти уроды вообще лезут в Вашу жизнь?! Не пойти ли им на...       Вы завершаете композицию лёгкой затихающей дробью чуть раньше, чем хотели бы. Нужно знать меру и не порвать случайно чужие барабаны. Но... это было терапевтично. На душе полегчало.       Придя в себя, Вы понимаете, что парень с басом всё это время подыгрывал Вам. Остальные музыканты уважительно кивают, а Лиза едва не прыгает от восторга. Её глаза блестят, ни то от радости, ни то из-за слёз.       Расстаётесь Вы с музыкантами в очень приподнятом настроении. Даже языковой барьер не мешает вам выразить взаимную приязнь. А на следующий день Лиза появляется у Вас дома с тем этническим барабаном, на котором Вы играли на памятной тусовке на новогодних праздниках. Поскольку барабан всё равно ничейный, ребята решили отдать его Вам. Жизнь внезапно стала лучше.       Октябрь, кстати, заметил, что Вы поправили причёску.       И вообще, с ним стало очень легко общаться. Куда-то пропали все тяжёлые вздохи и печальные взгляды. На работе он, конечно, уставал, но не так, чтобы терять интерес к вашим вечерним посиделкам. Он делился тем, что произошло за день (не только из стратегических соображений), искренне радовался Вашим успехам в борьбе с бездельем и вообще, казался счастливым человеком. Вы даже грешным делом начали думать, что ему, всего навсего, нужно было найти работу. Но дело, конечно, в другом. Он получил цель. Конкретную осязаемую цель. Такие вещи всегда подтягивают. Так что, играть в "семейную жизнь" у вас двоих получалось очень даже хорошо.       Но, кому, как не Вам, понимать, что всё это счастье, каким бы искренним оно не казалось, лишь верхний слой - красивая обёртка.       Пожалуй, самое безрассудное - это беззаботность, с которой вы вдвоём тратите время. Хотя прыжок в пропасть уже совершён, и вы в свободном падении...