32 (25/12). В клочья

      В тот раз вы решили ничего больше с Петей не обсуждать. Чувства у неё вконец растрепались, и тому могло быть вполне физиологическое объяснение. Так что разумно было подождать пару дней. Тем более, Октябрю потребовалось время, чтобы убедиться, что "выбранный" Петей заключённый - именно тот мужчина, о котором рассказывал пьяный коллега. И, да, оказалось, что это именно он. Несмотря на первоначальное отрицание, Октябрь, видимо, сам уже начал допускать, что это и есть Олень. Теперь образовалась новая задача: понять, как "праведный" гос служащий погряз во взятках. Октября это тревожило, будто личная обида. Он стремился доказать (то ли Пете, то ли себе), что это невозможно. И стремился так же рьяно, как Петя отстаивала обратное.       Вскоре вы снова, уже будто на работу, идёте в берлогу Пети.       - Нам нужно поднять всю возможную историю того, что произошло с ним в головном офисе, - настаивает Октябрь.       - И как, например? - со скепсисом, но без издёвки спрашивает Петя.       - Переписка, проекты, отзывы, характеристики - всё, что есть в базах!       Петя задумывается так, будто он сказала, что-то адекватное.       - Не торопимся ли мы? - вставляете Вы. - Не разумнее ли было бы постараться перевести тебя самого в головной офис?       Октябрь мотает головой:       - Долго.       - Спешка не лучший друг при работе под прикрытием.       - Нет, Супермикки, в этот раз Окутагава прав, - включается Петя. - У вас не то, что полугода нет, у вас каждый месяц на счету! Ты должна понимать, что все те хаки и хитрости, какими мы обвязали вашу гос службу - всё это шито белыми нитками и рассчитано на дурачков. Первая же серьёзная проверка выявит все наши махинации, и в самом лучшем случае мы просто уйдём ни с чем. Лучший сценарий: побыстрее всё закончить, уволить вас и подчистить хвосты. Я очень хотел бы, чтобы вся наша деятельность печаталась на бумагах. Тогда их можно было бы пропустить через шредер - в клочья, так, чтобы потом никто не собрал. Но мы так сделать не можем. Мы оставляем следы на каждом шагу. И чем дольше мы это делаем, тем проще нас будет выследить. Таковы пороки цифрового рабства. Но... у него есть и преимущества. И ты сама всё поймёшь, если мой план удастся.       Петя выводит на один из мониторов схему второго этажа центрального офиса депутатского корпуса. Вы начали понимать, что уже можно запутаться во всех этих офисах: где "головной", а где "центральный". Но эту схему Вы легко узнаёте. Сюда Вы ходили за базами отдела кадров. Вот почему Петя так задумчива и не ругается с Октябрём: у неё уже готов план.       - Слушайте. Один из парней, которых я предупредил на основании спёртых баз данных, прежде сам работал админом в депутатском корпусе. Он проявил благодарность и слил кое-какую информацию. Есть у них одна спорная процессуальная норма: новые пользователи в систему добавляются скопом раз в день на основании собранных за прошлый день заявлений. Причём пользователи с админским доступом обрабатываются так же. Понятно, что там нужна пачка разрешений, но и это уже есть.       Петя выкладывает перед вами листок бумаги с реквизитами пользователя, набором печатей и подписей.       - Подделка грубовата, - признаёт она, - но, по словам нашего информатора, должно прокатить. Говоря о бумажках, - усмехается Петя, тыкая пальцем в документ. - Заявка подаётся вот так, на физическом носителе. Как только нашего пользователя создадут, я получу прямой доступ к их сети. Подчищу кое-что, пересоздам пользователя, в общем, дальше перестрахуюсь - моя кухня. Игра стоит свеч, поскольку такой объём данных, о каком говорит Октябрь, мы не выкачаем ни через какой адаптер. Да и базы, что ты спёрла, Супермикки, через месяц устареют до бесполезности. Прямой доступ - то, что нам нужно. Соль, как вы понимаете, в том, что бумажку нужно физически доставить в приёмную сисадминов и совершенно незаметно впихнуть в стопку корреспонденции.       Петя тыкает пальцем в нужную комнату на схеме, затем выводит на второй монитор более подробную зарисовку комнаты и показывает, где лежит корреспонденция.       - Так, погоди, - хмуро переспрашивает Октябрь. - Ты же говорил, что подсеть центрального офиса изолирована. Про какой прямой доступ речь?       Петя улыбается:       - Внимательный какой... Оказывается, ленивые жопы админы сделали себе лазейку, чтобы подключаться из дома к этой якобы изолированной подсети. Это тоже инфа от благодарного товарища. Собственно, вся беготня с паролями мне нужна именно для подключения этому их хаку. В ином случае я бы справился традиционными методами. Короче, если вопросов больше нет. Дело в этот раз будет сложным. Идёшь, понятно, ты, Супермикки.       Третий раз. Тут уж в пору вспомнить, что самые страшные ошибки совершаются, когда опасные действия превращаются в рутину, и внимание усыпляется. Вы постараетесь этого не допускать.       Всё как обычно: вздох, поддерживающая близость Октября, смена фото, зелёный сигнал, вперёд!       Снова выходной. В офисе тихо и мало людей. С одной стороны это хорошо. Есть шанс, что в приёмной никого не будет, и Вы сможете легко подсунуть заявку. С другой стороны: что делать, если там не будет никакой корреспонденции, что в выходной вполне возможно? Положить в лоток одинокий контрафактный документ и надеяться, что никто не сочтёт это подозрительным? Но, будем решать проблемы по мере поступления.       Охранник на месте и даже не в телефоне, но всё равно не обращает на Вас особого внимания. В вестибюле пусто, но на лестнице встречается пара людей, беседующих о чем-то на ходу. Второй этаж. Дверь приёмной отдела системного администрирования. Закрыта. В том смысле, что внутрь нельзя заглянуть из коридора. Очень жаль. Вы приоткрываете дверь и заглядываете, будто что-то ищите. За столом работает миловидная девица в "субботнем" прикиде, то есть одета свободней, чем следовало бы на гос службе. Сотрудникам явно делают скидки по дресс-коду на выходных. Вы улыбаетесь, приветственно киваете и закрываете дверь - типа, ошиблись. Теперь нужно выждать. Расчёт простой: Вы специально пришли за несколько минут до обеденного перерыва. Октябрь говорит, что на обед никто ничего не закрывает, поскольку кто-то обедает на рабочем месте, а кто-то и вовсе не обедает. Но кто-то (и Вы надеетесь, что презентабельная молодая девушка относится к таким) уходит в нормальную столовую не менее, чем на пол часа.       Так и есть. Через пару минут девица с сумочкой на плече выходит из приёмной. Заметив и узнав Вас, болтающуюся по коридору (прятаться тут негде), она с обезоруживающей улыбкой подходит и что-то спрашивает на своём языке. Вы повторяете зазубренную фразу про "программа адаптация", на что девушка сперва кивает и собирается уже уходить, но вдруг картинно бьёт себя по голове - типа, вспомнила о чём-то, и достаёт из кармана телефон. Да, она запускает ту же программу перевода, какой Вы сами пользуетесь.       Что ж они все такие заботливые и внимательные, когда не надо?       - Я могу Вам чем-то помочь? - спрашивает девушка через переводчик.       - Нет, нет, благодарю, - отвечаете Вы, стараясь звучать естественно. - Я жду товарища, и мне нужен был отдел кадров.       - Он дальше по коридору.       - Да, я уже нашла. Благодарю Вас! Дождусь друга, и пойдём вместе.       Удовлетворённая Вашим ответом, он кивает с улыбкой и, наконец, удаляется.       Вы тяжело вздыхаете и входите в приёмную.       Тишина, никого нет. В пластиковом лотке для входящей корреспонденции лежит несколько бумажек. Хотя бы капелька удачи! Вы уже раскрываете свою папку, которую носили в руках всё это время. Внутри увесистая стопка ненужных бумажек, найденных дома у Октября, и собственно заявка Пети. Но в этот момент открывается другая дверь, ведущая не в коридор, а вглубь офисных помещений, и в приёмную входит - кто бы Вы думали - молодой очкастый парень, с которым Вы чуть не столкнулись в прошлый раз! Он видит Вас и тут же расплывается в радостной улыбке, будто давнишний хороший знакомый.       - Здравствуйте! Какая приятная встреча! Как у Вас дела? Вы к нам за паролем?       Вообще, можно было догадаться. Вы столкнулись с ним в конце именно этого коридора. Логично, что он работает здесь. Однако, встреча застала Вас врасплох, и потребовалось пара секунд, чтобы сообразить, что вообще говорить-то. Остаётся надеяться, что он не заметил этой заминки.       - Ах, здравствуйте! - выдавливаете Вы из себя как можно менее наигранно. - Нет, не за паролем. Во всяком случае, пока. Я снова в отдел кадров. Вот, - потрясаете увесистой папкой. - Теперь ничего не забыла.       И тут Вы понимаете, что ретироваться, и в третий(!) раз заходить в приёмную будет уже сильно подозрительно.       - Но, знаете, - поспешно продолжаете Вы, не позволяя ему задать следующий вопрос. - В этот раз, кажется, Вы можете мне помочь. Видите ли, я напортачила в своих чертежах. Правка мелкая, но все ушли на обед, и я не могу никого найти. Не будет ли у Вас стёрки, линейки и чёрной гелиевой ручки?       - Гелиевой? - деловито переспрашивает парень. Затем просматривает ручки на столе приёмной. - Нет, гелиевой тут нету... Стёрку и линейку точно найду, а вот ручку... Спрошу у товарищей, подождите минутку!       И он скрывается за своей дверью, откровенно преисполненный тем, что может оказаться Вам полезным.       Вы тут же выхватываете заявку, аккуратно но быстро прячете её среди прочей входящей корреспонденции и пулей вылетаете из приёмной, пока очкарик не вернулся.       В целом, успех. И косяки Ваши снова можно классифицировать, как ничтожно малые. Однако, Вы разделяете озвученное Петей желание пропустить этот день через шредер.