Часть 2

С удовольствием потянувшись, Дмитрий открыл глаза, просыпаясь, но тут же пожалел об этом. Вместо стандартного номера в отеле, куда он вчера заселился на время гастролей, он находился в роскошном пентхаусе! В небоскребе! По ощущениям полуголый. В одной кровати с неким мужиком! Его похитили? Накачали наркотой, из-за чего у него отшибло память? Он теперь постельная игрушка кого-то богатея? Или он внезапно решил, что ему жизненно необходимо найти бар и наклюкаться там до отшибу мозгов, а потом быть затащенным в постель неким миллиардером с рублевки?! Недоумение сменилось шоком, когда, чуть шевельнувшись, Чеботарев понял, что и тело ощущается несколько странно: более подтянутым, мускулистым. И с несколькими стяжками на теле — шрамами, которые мужчина не видел, но чувствовал прекрасно. «Какой кошмар», — подумал Дима, повнимательнее приглядываясь к обстановке и прикидывая возможные пути отступления, попутно ища зацепки, которые прояснили бы ему ситуацию. Досмотрелся до того, что решил, что находится в съемочном павильоне, где была создана обстановка кабинета Сергея Разумовского из фильма «Майор Гром: Чумной Доктор», где ему посчастливилось сниматься. Только вот вместо хромакея в панорамных окнах открывался вид на залив и город внизу. Да и предметы антиквариата, хотя какой антиквариат, настоящие музейные ценности, покоящиеся под стеклянными витринами, не выглядели фальшивкой. Пораженный догадкой, Чеботарёв присмотрелся к лежащему перед собой мужчине и понял, что если его предположение верно, то он крупно попал. Эти рыжие, неровно обрезанные и несколько лохматые волосы могли принадлежать только одному человеку, обитающему в таком месте — самому Сергею Разумовскому. Вряд ли крайне социофобная личность допустила до своей постели первого встречного поперечного, да и шрамам на его теле взяться в таком количестве неоткуда, значит… Он стал Олегом Волковым?! ~~~ Люба проснулась под привычный гул проезжающих по улице машин, и недовольно сощурившись, посмотрела в сторону часов на прикроватной тумбочке. Но часов там не было. Как и тумбочки. Отделка видимой стены тоже была незнакома, и актриса испугалась. Не бывает такого, чтоб за одну ночь дизайн ее квартиры изменился, да еще и без ведома хозяйки! Осторожно перевернувшись на спину, она огляделась и подтвердила свои худшие опасения: квартира явно ее. Светлая, оформленная в стиле хайтек, и с лежащими повсюду атрибутами для съемки и записи звука, она явно не принадлежала Аксеновой! Похищена каким-нибудь больным ублюдком-сталкером? Испугавшись, девушка вскочила из кровати и облегченно выдохнула, не обнаружив на себе цепей или других фиксаторов. Окна оказались незапертыми и выходящими на оживленную улочку на уровне третьего этажа, что очень порадовало актрису. Крадучись, она вышла из спальни и начала обходить новую территорию. На удивление квартира оказалась пустой, и Люба была единственным живым существом в ней. Краем глаза она заметила сбоку от себя движение и тут же развернулась к нему, готовая встретить опасность лицом к лицу, но… Это оказалось всего лишь зеркало, в котором отражалась… Явно не она. Из него растеряно на нее таращилась ни кто иная как Юля Пчелкина! Не веря своим глазам, она зацепила пальцами пару прядей на голове и, вытянув их из хвоста, обнаружила вместо своего родного, с трудом отвоеванного у гримеров темного, ярко-красный цвет волос! Все стало на свои места: она неизвестным образом попала в свою героиню. ~~~ В несколько другом месте и времени некая божественная сущность отходила от жесточайшего похмелья: накануне его товарищ, зазвав на чай, заставил посмотреть вместе с ним новомодный человеческий фильм про какого-то земного полицейского, который ловил программиста с огнеметами. Фильм, что называется, «зашел», слово за слово, чай закончился, а впечатления нет, так что в след за чаем с пиццей в ход пошло сначала пиво, потом вино, а под конец они, кажется, мешали водку с текилой и ромом и поджигали все это адским пламенем, выпивая за канонность такого пейринга, как некий «сероволк». Кажется, после этого они решили что-то сделать и кому-то помочь, но проспиртованные мозги отказывались выдавать информацию, и сущность махнула на тревогу рукой, отправляясь на поиски божественного, и в прямом и в переносном смысле, рассола.