Глава 7

⟨Разговоры ни о чём меня весьма утомляют. Может куда-то уйти?⟩ — Текахика-чан, а Вы что думаете? — Думаю это всё было заранее спланировано кем-то. Очень умело, — лицо, выражающее крайнюю задумчивость, было выбрано в качестве новой «маски». Но девушка и в самом деле задумалась, только не на тему разговора. Пока её собеседницы переключились на Кью, она могла подумать о своём. ⟨Если так подумать, то я не справляюсь с тем объёмом работы, который добровольно-принудительно оказался взвален на мои плечи. Я уже не могу так мастерски менять личности. Боюсь, что если не перестану, то они смешаются воедино и заменят мою истинную личность. Правда, если следовать моему плану, то уже совсем скоро я смогу раскрыть свою личност. Но, на роль моего святого я не нашла лучшего претендента, чем Осаму Дазая, придётся сделать его им.⟩ Поезд остановился, давая понять, что они прибыли. Наоми и Харуно вышли на перрон, и обменялись парой фраз с Ацуши, после того как она услышала от Наоми: — О, точно, позволь я тебе кое-кого представлю. Мы в поезде познакомились. Текахика положила руку на плечо Кюсаку и, скользнув ладонью к спине подтолкнула его вперёд. Мальчик послушно направился к Ацуши и как бы случайно врезался в него, хотя по правде говоря на случайность это не походило вообще. Слегка съёжившийся, он пошёл дальше, но не пройдя и пары тройки метров остановился, и развернув голову посмотрел на Ацуши с холодящей душу улыбкой. Накадзима дёрнулся, но оно и не удивительно, такую кровожадную улыбку увидеть на детском невинном лице зрелище не для слабонервных. — Птич...ка в... клет...ке... — напевал слова Кью, пока с его правой руки начинала стекать кровь. Он развернулся всем туловещем в сторону куда буквально несколько мгновений назад была направлена лишь его голова, и подняв правую руку в сторону примерно на 90°, другой резко подтянул рукав куртки, и членам Детективного Агенства предстала ещё более жуткая картина: многочисленные порезы, куски лезвий торчащих из изодранной до жути кожи, и дополняли картину многочисленные и местами неумело наложенные бинты, — когда же, о, когда же... ты... упорх...нёшь? Улыбка на "лице" куклы стала самодовольным, хищным оскалом. — Кто стоит прямо перед тобой? — после заданного вопроса, кукла разразилась смехом. Он не был ласков, мил или добр, нет, всего этого в подобной ситуации даже не следовало ожидать. Смех был будто бы неистественным, слегка бешеным, сковывающих душу и заставляющим впадать в отчаянье. Кукла взмыла в воздух и зависла над головой Юмено. Она всё также продолжала заливаться смехом, но спустя непродолжительный отрезок времени её смех стал тише, а после и вовсе затих. Это не предвещало ничего хорошего, можно сказать "затишье перед бурей", ведь кукла начала рвать себе голову на пополам и смеяться пуще прежнего. Текахика почуствовала сильно-ментальное воздействие со стороны. ⟨Меня выбрали в качестве жертвы? Ну хотя бы попытались. Против меня идти конечно бесполезно, тем более когда я поднакопила сил, так что.⟩ Тихий щелчёк пальцев и целью стал уже Ацуши, стоявший дальше всех от Теки. А его ментальный барьер был настолько слаб, что и мгновения не прошло, как он потерял своё "я". ⟨Чёрт! Дурная это привычка для использования способности, щёлкая пальцами. Я ведь и без этого могу, а теперь даже в таких ситуациях щёлкаю пальцами, надо отвыкать.⟩ Взгляд Ацуши приобрёл пустоту, хотя вернее сказать потерял жизнь. Он был затуманен, а из самих глазных яблок текла кровь. Наверняка не приятные ощущения. Он схватил Кирако за шею поднял над землёй и, держа обеими руками начал душить, давя большими пальцами на определённые точки. На лице Чуи появилась улыбка, в общем-то она не могла сказать, что такое ей было не по душе, но и назвать это шоу чем-то без чего она жить не может и готова смотреть на это 24/7, тоже. Порой иногда развеяться, посмотрев на муки других не так уж и плохо. — Ацуши-кун?! — Наоми была напугана и её голос дрожал, впрочем не только он, саму девушку так же пробивала дрожь. ⟨Весь настрой своими переживаниями испортила⟩, — недовольно выдохнув и слегка закатив глаза, Нимроша сверилась со временем и начала действовать. Она рванула к Накаджиме и немудрёным действием рук высвободила девушку. Ещё пара мгновений, и руки Ацуши были скрещены за спиной и крепко связаны паракордом. Послышался приглушённый звук бега. Вот он, тот ради кого всё было затеяно, Дазай Осаму личной персоной. Прибывший впал в лёгкое недоумение от увиденного. Услышав дикий смех под скамейкой, быстро схватил куклу и использовал на ней свою способность, оставив от неё лишь "прах". Он решил сразу же разобраться с личностью таинственной девушки, что держала его подопечного, но его план был разрушен голосом Юмено. — Новые друзья Дазай-сана такие слабаки. Они так легко сломались. Ну ничего, я буду спасать Дазай-сана до самого конца, — Кью уже стоял в поезде. — Какая честь. — Спасибо, что приглядываете за мной. Я разрушу всё на свете и заставлю вас испытать самую сильную боль, которую только можно представить. — Это слово было вчера, когда люди гибли толпами, лишь чтобы запечатать тебя. Но в следующий раз одной тюрьмой дело не ограничится. Я вырежу твоё сердце. — До следующие встречи, Дазай-сан, — Кюсаку уехал на тронушемся поезде. — Прошу прощения за это, — Текахика привлекла к себе внимание и указала на всё ещё связанного Ацуши. Тот что-то тихо бормотал, и на его глаза наворачивались слёзы. — Кстати об этом, не могли бы Вы отпустить его и представиться. — Я конечно понимаю тяжёлое время, так не лучше ли тебе первому представиться? Хотя в этом и особой нужды нет, — начала буквально рассуждать в слух Чуя. — Дазай Осаму. Текахика на секунду замерла. Она не ожидала, что он так легко ответит ей. ⟨Что-то здесь не так. Знать он ничего не может, неоткуда. Подозревает? Я ведь не в облике Текахики, а абсалютно в банальном, так сказать "масовке". Что же...⟩, — она развязала Ацуши, и тот упал на колени, находясь всё в том же состоянии. — В общем, как я и сказала это не важно, есть разговор к тебе. Тебе его не избежать, даже не пытайся. Весьма удивлённый взгляд Осаму давал понять всё без слов, и дабы убедиться что всё безопасно, она решила проверить все ли усыплены. Пока Дазай обменивался угрозами с Юмено, Тека усыпила Кирако, Наоми, да и остальных людей на станции тоже. В сознании оставались лишь: сама Текахика, Осаму и Ацуши, который был в столь плохом состоянии, что ничего не видел и не слышал. — Видишь ли, лучше тебя кандидатуры я не нашла. — Кандидатуры на что? — Стать моим святым. — Чего? — Ох... Как с вами людьми сложно, — щелчёк пальцев и перед Дазаем стоит Нимроша в истинном облике. — П-погоди, девушка меняющая внешность?! — Это одна из моих личностей в этом мире. Я богиня, прибывшая на землю искать себе святого, — нагло врала Нимроша. Пожалуй не все слова были ложью, так как чистую ложь раскрыть легче, чем смешанную с правдой. — Можешь ли ты ответить на мои вопросы? ⟨Какое невежество, к богу на "ты"!⟩ — Три. Не больше. — Чуя Текахика, также твой облик? — Хех, верно подмечено. — Какую выгоду я получу, став твоим святым? — Ты станешь правителем всего мира. Сможешь контролировать кого, что и когда захочешь. Ну, и любая твоя месть будет исполнена в идеальном виде, — то что это случиться уже после совершения ее мести, Нимроша благополучно умолчала. — По каким параметрам ты подбирала человека? — Умный, хитрый, коварный, мстительный, изворотливый, с весьма интересной способностью и недурной внешностью. — И как давно? — Нет-нет-нет, три вопроса себя исчерпали. Дальше я буду лишь ждать твоего ответа. У тебя три дня на размышления. Можешь пока о другом не думать, я об этом позабочусь. Нимроша уже об этом позаботилась. Все события будто поставили на паузу, всё вдруг резко отложили свои дела на несколько дней и решили заняться чем-то другим. По правде, очень мощное вмешательство, но пара тройка дней сильно не повредит миру. Щелчёк и она исчезает, оставляя Дазая задуматься над сказанным ею. Вот только Осаму был не единственным, кто всерьёз задумался. Человек чьи волосы были темнее ночи и глаза цвета аметиста, затаился и наблюдал за происходящим. Он был прав, ему стоило проследить.