4. Не время

Вечером следующего дня Агата в ужасном настроении отправилась в подземелья. Она так и не придумала, как помочь друзьям, придется импровизировать. Она зашла в класс и сразу почувствовала на себе тяжелый взгляд профессора. — Здравствуйте. Я-я хотела извиниться. — начала разговор ученица. — Вы? Извиниться? — усмехнулся Снейп. — Да, за Уизли, они действительно недоумки… И, если вы вдруг подумали, что — робко начала котевранка. — С вашими «дружками» мы уже все решили, скажите спасибо своему декану и не старайтесь меня раздобрить. Что я думаю, вас волновать не должно, перестаньте подлизываться. — Нет же! Мне правда стыдно! — Я не намерен это выслушивать. — отрезал Снейп. Подавив свою злость и слова, которые были готовы вырваться изо рта, она выдавила лишь тихое «Извините» и покинула класс. *** — Ну, я спать, Агата! А ты сиди тогда сколько хочешь со своей травологией. — обиженно воскликнула Чжоу и, забросив учебник в угол, поднялась в спальню девочек. Тем временем Нексли сидела на диванчике и уставилась невидящим взглядом на огонь в камине. Она сама не заметила, как тетрадь соскользнула с колен и Морфей принял её в свои обьятья. А ночью снова он. Снова Агата одна. Снова беззащитна. Проснувшись в холодном поту и в слезах, девушка прошмыгнула за дверь, а после и на улицу, ей хотелось прогуляться по Запретному лесу, подышать свежим воздухом. Когтевранке всегда нравилось гулять по запретному лесу после отбоя, пусть это так редко ей удавалось, — тихо, спокойно, можно насладиться природой, подумать, полежать на мокрой траве и почувствовать себя той самой главное героиней типичного маггловского сериала. Но сейчас мысли путались…отец, Чжоу, мама, тетушка, Снейп, бабушка… «Ты недостойна жизни», «Я всегда тебя ненавидел», «Мразь.», душераздирающие крики матери вертелись в голове и раздавались эхом в черепной коробке. Девушка в слезах оперлась на ствол дерева и съехала вниз. Отчаяние в глазах сменилось на всепоглощающую пустоту. Она сидела на мокрой траве, тело брала крупная дрожь, то ли от холода, то ли от страха, слезы лились сами по себе. Никогда еще Агата не чувствовала себя так плохо, так ужасно, она одна, никто не может ей помочь… — Великий Мерлин, Нексли, что вы здесь делаете?! Какого. Черта. Вы. Здесь. Забыли. Запреты в Хогвартсе придуманы для других, для глупых и наивных, да? Вы же не такая! Конечно! Вы не только правила нарушить рады, вы… — грозный голос, звучавший из-за ближайшего дерева, осекся. Застигнутая врасплох, когтевранка молчала. — Отвечайте на вопрос. — Отдыхаю. — Отдыхаете?! От чего, простите? От того, что ничего не делали весь день? Или вам не спится, поэтому нужно нарушать правила школы и подвергать себя опасности?! Чем вам в спальне не отдыхается? Захотелось почувствовать себя особенной, мол, все спят, а я гуляю? Или, моргана подери, вам захотелось поскорее вылететь из Хогвартса? — Вы ничего не знаете! Вам не угрожает каждую ночь собственный мертвый отец, он не пытает и не убивает мать, тоже давно мертвую, она не кричит от боли на ваших глазах, он не пытает и не душит вас, вы не смотрите каждую ночь на мучения любимого человека! — прокричала девушка, давясь слезами. Профессор замолчал. Он ожидал услышать что угодно, но не это и сейчас был тот редкий момент, когда он не знал, как реагировать. Внутри бурлила ярость, ярость на девушку, на ситуацию, на всё, но она смешивалась с…с чем? — Обливи… — взмахнула палочкой волшебница. — Экспеллиармус! — быстро отреагировал Снейп. — Зачем вам это знать? — прошептала обезоруженная Агата. — Немедленно поднимайтесь. Я отведу вас в гостиную вашего факультета. — он пренебрежительно бросил палочку в руки девушке, и, не оглядываясь, пошел в сторону замка, но что-то заставило его обернуться… Нексли встала на ватных ногах, пошатнулась и чуть было не повалилась на землю, но внезапно ее поймала сильная рука профессора. Запах бадьяна, каких-то зелий, дождя… Ей вдруг так захотелось взглянуть в его черные, казалось, бездонные глаза, утонуть в них. Девушка поймала его взгляд. Оба замерли, словно время остановилось. Агата чувствовала биение своего сердца, готового выпрыгнуть из груди и непонятное тепло, разливающееся по телу, на секунду ей показалось, что она не дышит. — Кхм. Вставайте. — нахмурился зельедел. Весь путь до гостиной Когтеврана они молчали, хоть у обоих накопилось столько вопросов. Но, видимо, сейчас было не время их озвучивать.