Тест драйв

Взломанный процессор загружает последние данные в системы, когда Даркмун вышел из офлайн режима. Камера кристалла с щелчком захлопнулась. Медленно бот выдернул из разъёма на шее длинный провод и проверил системы. Молодой трёхрежимник сел на платформе. Его чёрные кристаллы на корпусе сверкнули, показывая, что кристальное сердце бота не повредились при взломе и перепрограммировании. Остроконечные формы притягивают взгляд, как и наличие талии. Тонкие, когтистые манипуляторы шоркнули по платформе и расположились на лобной части лицевой пластины. Крылья немного дёрнулись и бот распанул оптику. Всё тело у него было тяжёлым после долгого процесса взлома. Взломать свой собственный мозг было не так легко, как казалось. Разбить массивы собственной информации, убрать защитные системы и залезть в самую глубину кода - всё это отнимает много сил. Винты вентиляции загудели, но вскоре выровнялись и перестали цеплять решётки. Оптика вспыхнула яркими огнями, когда бот наконец активировал системы. На окне программ появились ошибки систем внешнего двигателя в правом сервоприводе. Улучшение системы аварийной трансформации было сложным процессом, но Даркмун прекрасно справлялся. Это не первая модернизация и его отношение было крайне спокойным к этой процедуре. Предстояло ещё затестировать новую программу и бот устало встал с платформы. Ему надоедало изменять свои программы, но это было необходимостью из-за изменения физических характеристик. Код ускорил своё движение и бот спрыгнул с платформы на пол, пружиня в коленных шарнирах. Решив сразу проверить систему, бот выбрал в своих контактах общую линию с братьями по оружию и в тот же время его ведомыми в триаде. Даркмун легонько коснулся боковой части шлема и передал короткое сообщение "встретимся на полигоне через две вспышки (минуты на их языке)" Даркмун направился на улицу, при этом заблокировав вход и предусмотрительно уничтожив отпечатки. Меньше всего он хотел, чтобы его опасные разработки кто-либо нашёл и использовал. Тяжело вздохнув, бот взглянул на прекрасный закат главной звезды и прыгнул в бездну. Трансформировавшись в самолёт, он позволил ветру унести себя на полигон, где его уже ждали два любимых бота *** Вверх, вниз, мёртвая петля. Три истребителя то взмывали в небо в причудливом танце, то пикировали в землю, почти касаясь её. Довести системы до предела, раскалить двигателя от перегрузки было их целью. Чёрный истребитель летел чуть впереди остальных выписывал в небе слова любви к скорости и братьям, что не смотря ни на что согласились подстраховать на случай отказа систем. Холодный вечерний ветер обмывал горячие корпуса со множеством кристаллов. Три стрелки разрезали небо над небольшим аэродромом. Самолёты касались друг друга крыльями в нежном танце. Спустя около часа двигателя перекалились и Даркмун стал снижаться слишком быстро. Программы выдавали множество ошибок и отказов. Удар о землю поднял столб пыли и двое ведомых с огромной скоростью полетели к Даркмуну. Их приземление было мягче и быстрее, так как оба моментально кинулись в туман. От удара весь корпус тёмного бота прошило болью и ошибками. Системы вышли из строя и ненадолго отключились. Когда Даркмун очнулся, то процессор ныл от боли, как и весь корпус. Он огляделся. Около него стояли оба брата и внимательно смотрели на него. Немного погодя, белый бот с кислотно-зелёными полосами на крыльях произнёс: – Что ж, могу сказать, что система экстренной трансформации сработала,... но лекарь нас пристрелит за повреждения корпуса. Самоубийца ты наш. Даркмун улыбнулся. Он чувствовал в голосе ведомого заботу и любовь, даже если тот пытался быть строгим. Братья помогли Даркмуну подняться, на тяжёлых и ноющих серво. Три бота стояли на полигоне в нежных вечерних лучах заходящей звезды...