Сломанный старт

Свет ударил в глаза резко, болезненно. Не тёплый, не солнечный — жёсткий, белый, как лампа в больнице. Я дёрнулась. — Что… — голос сорвался. Голова гудела. Внутри было пусто, как после бессонной ночи. Мысли цеплялись друг за друга, но не складывались. И вдруг — вспышка. Край крыши. Холодный ветер. Шаг. Тишина. Меня будто обожгло изнутри. — Нет… Я резко села — и сразу поняла, что не чувствую пола. Подо мной ничего не было. Ни поверхности, ни опоры. Пустота. Чёрная, глухая. Передо мной висело что-то серое. Прямоугольник. Полупрозрачный. Я замерла. — Пожалуйста… только не это. Я моргнула. Раз. Два. Окно не исчезло. Текст проявился медленно, будто кто-то печатал его прямо передо мной. Здравствуйте. Ваша жизнь завершена. У меня сжалось горло. Это было написано спокойно. Без эмоций. Как уведомление о доставке. — Нет… — прошептала я. — Нет, нет, нет. Сознание сохранено. Подготовка к перерождению… Я попыталась вдохнуть глубже — получилось плохо. Воздух был, но грудь будто не слушалась. — Я не… я не соглашалась… Выбор мира перерождения: Harry Potter Времена: 1938–1945 Ключевая фигура: Том Марволо Риддл Слова знакомые. Слишком знакомые. И от этого стало только хуже. — Подождите… это же… — я запнулась. — Это же не просто «магия». Это война. Экран не реагировал. Создание персонажа. Память прошлой жизни: сохранена. В голове словно щёлкнуло. Значит, я буду помнить. Всё. Падение. Страх. Последнюю секунду. Меня затрясло. Магический потенциал: обнаружен. — Я не хочу потенциал, — выдохнула я. — Я хочу обратно. Происхождение: Маглорождённая. Старт уровня «выживание». Перед глазами мелькнули сцены из книг. Презрение. Шёпот за спиной. Опасность.Тем более во времена его Полукровка. Чистокровный род (официально вымерший). Я смотрела на последнюю строку дольше всего. Вымерший. Никто не ждёт. Никто не знает. Это звучало… безопаснее. Пальцы дрожали, хотя я их не видела. — Если уж… если уж меня всё равно отправят… Я мысленно выбрала. Подтверждено. Магические способности. Только один пункт остался активным. Начальная окклюменция. Я смотрела на него долго. Если я окажусь рядом с Риддлом… Если он когда-нибудь попробует залезть в голову… Экран на мгновение потемнел. Редактор внешности активирован. — Зачем?.. — прошептала я. Передо мной появился силуэт. Пустой. Без лица. Возраст на старте: новорождённая. В груди что-то болезненно сжалось. — Я… снова ребёнок? Пол: женский. Заблокировано. Всё заблокировано. Я медленно начала менять черты. Не из тщеславия. Скорее — чтобы почувствовать хоть какой-то контроль. Не слишком милое лицо. Не слишком заметное. Та, на которую не смотрят лишний раз. Глаза — тёмно-серые. Спокойные. Чтобы никто не видел, насколько внутри всё дрожит. Волосы — тёмные. Ничего кричащего. Кожа — обычная. Маленькая родинка под глазом. Почему — не знаю. Просто чтобы убедиться, что это правда я. Что это не полностью чужой человек. Внешность зафиксирована. Изменения невозможны. — Конечно, — тихо сказала я. Финальный статус… Строки плыли перед глазами. Перерождение начнётся через: 3… Меня накрыла паника. — Подождите. Я не готова. 2… — Я не знаю, что делать. 1… Свет разорвал темноту. Тело сжалось в точку. Холод. Давление. Шум. А потом — резкое тепло. Чужие руки. Я закричала. Это вышло само. Резкий вдох — и звук, над которым я вообще не имела контроля. Грудь жгло. Лёгкие будто впервые поняли, что должны работать. Меня быстро вытерли чем-то тёплым и жёстким. Неаккуратно. Спина неприятно щипала. — Всё, всё… — короткий голос. Сухой. Меня перевернули. Голова болталась — я не могла её удержать. Шея не слушалась. Паника накатила мгновенно. Я попыталась вдохнуть глубже — получилось только рвано. Маленькое тело не справлялось с тем, сколько в голове было мыслей. Слишком много ощущений. Холодный воздух. Яркий свет. Чужие руки. Громкие звуки. Это перегружало. Меня положили на чью-то грудь. Кожа тёплая, влажная. Сердце бьётся быстро. Женщина тяжело дышит. Запах — пот, кровь, что-то металлическое. Я замерла. Глаза открывались с трудом. Всё размыто. Только пятна света и тени. Я попыталась пошевелить рукой. Получилось слабо. Дёргано. Без координации. Это было хуже всего. Не боль. А отсутствие контроля. Я знаю, как двигаться. Я знаю, как говорить. Я знаю, как думать. я знаю я знаю я знаю Но тело не умеет. Горло снова сжалось, и я издала тихий всхлип. Голоса рядом стали тише. Не паника. Обычная усталость. — Нормально всё. — Маленькая совсем… Я не чувствовала ничего «магического». Никаких вибраций, вспышек, силы. Просто тяжесть в теле и странная пустота в конечностях. Мысли начали путаться. Слишком быстрые для этого мозга. И тогда я просто перестала пытаться думать сразу обо всём. Просто инстинкт — сузить фокус. Дыхание. Сердце под щекой. Тепло. Остальное — потом. Шум в голове стал менее давящим. Я не успокоилась полностью. Но перестала задыхаться от собственных мыслей. Меня укутали плотнее. Ткань царапала щёку. Женщина смотрела на меня странно — будто проверяла, всё ли в порядке. Без улыбки. Слишком устала для этого. Мужчина рядом переминался с ноги на ногу. Первые дни прошли кпк в тумане. Я спала. Ела. Снова спала. Сознание то включалось, то выключалось. Взрослые мысли не держались долго — мозг младенца быстро уставал. Иногда я пыталась анализировать происходящее, но через минуту проваливалась в тяжёлый, бесконтрольный сон. Тело жило своим графиком. Голод — резко, до крика. Мокро — неприятно, но терпимо. Холодно — сразу протест. Память прошлой жизни никуда не делась. Но она будто лежала на дальнем плане. Я не могла часами размышлять, строить стратегии или паниковать — банально не хватало ресурса. Иногда это даже спасало. Пять месяцев спустя Я уже держала голову. Не идеально — шея всё ещё быстро уставала — но она больше не болталась беспомощно. Мир стал чётче. Комната — небольшая, с низким потолком и узким окном. Обои местами отходили. Сквозняк чувствовался даже летом. Это был не богатый дом, но и не полная разруха. Я научилась различать шаги. Тяжёлые — это он. Быстрые, лёгкие — она. Их имена я уже слышала много раз, но пока не связывала окончательно с реальностью. Просто звуки, которые часто повторяются. Тело стало послушнее. Я могла переворачиваться на живот. Могла тянуться к предметам — чаще всего промахивалась, но прогресс был заметен. Самым странным было сочетание двух уровней восприятия. Снаружи — обычный ребёнок пяти месяцев. Внутри — взрослое понимание, но ограниченное возможностями мозга. Я уже не пыталась постоянно анализировать всё вокруг. Это было бесполезно и утомительно. Вместо этого я наблюдала. Слушала разговоры. Запоминала интонации. Взрослые не говорили ни о чём необычном. Никаких упоминаний о магии, странностях, «особом ребёнке». Просто бытовые темы — деньги, работа, усталость. Это было даже… успокаивающе.