Несчастная душа.

Папайрус продолжал убегать от разъяренной красной тигрицы, держа Санса и Чару. Кости немного замедляли Фриск, но не так как хотелось бы. Вызвать бластеры и использовать их против нее, он не решался. Несколько костей создали стену, но тигрица - Фриск выхватила одной челюстью, остальные сдвинула мощными лапами, та кость, что была в челюсти, хрустнула и сломалась по полам от мощности челюстей. Папайрус, увидев это, нервно сглотнул. Не хотел, чтобы он оказался в лапах Фриск. Туннель уже был виден, он выглядел как пещера под корнями деревьев. Папайрус поднажал еще больше, это был самый волнующий момент, он должен успеть! И нужно как можно скорее вытаскивать от сюда Чару и Санса. Папайрус сделал их души синими, может это и было грубо, но он швырнул их туда, как можно дальше. И в этот момент Фриск напрыгнула на его спину и повалила на землю. Папайрус повернулся на спину и видел перед собой разъяренную морду тигрицы. Ее тяжелая лапа прижимала его к земле. - Ох, Фриск... ты очень сильная... - Сказал Папайрус. - Может, отпустишь, у меня мало времени. - Никогда! - Страшно воскликнула она. - Ах, и что же мне теперь делать... - Папайрус улыбался ей. - Неужели я повержен? Кстати, образ тигрицы тебе очень идет... он... передает всю твою суть? Фриск рыкнула и вжала его в землю еще сильнее. Папайрус думал, она ему сломает ребра. - Как ты посмел, Папайрус! Своровать их! - Эй, я ничего у тебя не воровал! Это ты своровала их у меня! Фриск, пожалуйста, отпусти нас... По крайней мере, меня. - Еще чего! Я убью тебя! - На самом деле не плохая смерть. - Вздохнул Папайрус. - Быть убитым столь прекрасным существом, знаешь, я могу загадать одно желание перед смертью? Могу ли я увидеть твои настоящие глаза? Ты вечно пугала меня своим обликом, и да, я боялся твоих черных глаз, особенно, когда я видел их во сне. Но я бы хотел увидеть твои настоящие глаза, какой же ты была при жизни? Папайрус увидел как в глазах девушки блеснули слезы. - Ну и при том. - Продолжил Папайрус. - Я же останусь здесь? С тобой? На веки вечные? С такой красивой девушкой. О я рад, я буду очень счастлив. Фриск, я уверен в наших жизнях столько происходило! Мы можем болтать вечностями на пролет и узнавать друг друга как можно лучше и больше. Что ж, я предвкушен. И даже если твоя бархатная лапка сломает мне кости, я буду счастлив. Да, у тебя очень милые острые клычки, которые могут разгрызть мне кости, очень мило... Ну, я готов к своей новой счастливой жизни, я уже вижу, она будет намного лучше прежней. Фриск убрала с него лапу, громко издала рык в лицо и побежала глубоко в лес. Папайрус присел, потер свою грудную клетку и посмотрел как в последний раз мелькнул красный полосатый хвост. Ее было очень жалко. Но надо возвращаться. Скелет устремился к тоннелю, который стал уже заметно меньше и продолжал уменьшаться с каждой секундой. Папайрус, подобрав по пути Санса и Чару за шкирки, побежал дальше. На другой стороне он уже видел спящего себя, видел свою комнату. Он будто бы провалился в свое тело. Он открыл глазницы. Папайрус вообще не чувствовал себя уставшим, рядом в его комнате по тихоньку приходили в себя Чара и Санс, точнее просыпались. - О боже, я еще так ни когда глубоко не спал. - Сказал Санс, потирая свою черепушку. - И я. - Ответила Чара. - А мы в комнате Папайруса? Санс, я не помню, чтобы мы устраивали ночевку. Папайрус? Что происходит? И почему ты такой грязный? Папайрус и вправду был грязный, будто упал в болото, а его оранжевая толстовка была мокрой. Папайрус, обрадовавшись, что с ними все в порядке обнял их крепко и прижал к себе. - Как же я счастлив, что вы живы! - Господи, фу! - Воскликнула Чара, чувствуя болотный запах от Папайруса, и как неприятно мокрая толстовка прилегает к ее телу. - Аааа, Папайрус! - Терпя отвращение, сказал Санс. - Это невыносимо! От тебя прет болтом! И ты весь в тине! Замараешь нас! Папайрус их отпустил. - Ты чего такой грязный? Ты что лунатил? - Спросил недовольно Санс - Ты только посмотри на себя! Тебе срочно нужно постираться! Целиком! И убери тину.. пожалуйста... у меня мурашки на костях от твоего мерзкого вида. - Ахахах, да, обязательно. - Сказал Папайрус. - И все таки, что произошло? - Спросила Чара. - Почему я с Сансом в твоей комнате? И чего ты грязный спать залез? - Не знаю. - Счастливо пожал плечами Папайрус. Впрочем, Чара и Санс сами не замечали, что были слегка "в болоте" еще до того как Папайрус их обнял. В целом день хорошо прошел, весело. Папайрус стирал себя и свои вещи и все не мог поверить, он что действительно лунатил, шлялся по болоту, а потом вернулся домой? Или как же через сон его грязные вещи перенеслись в реальность? Загадка. Но Папайрус уже ни о чем не волновался, он понимал, что Чаре и Сансу ничего не грозит. Но также думал о Фриск. Как она там? Он хотел бы вернуться к ней. И вернулся. Папайрус шел по лесу, искал Фриск, но искать долго не пришлось. Девушка сидела спиной к нему на повяленном дереве. И что то подсказывало, что Фриск плакала. Он также знал, что она не знала о его присутствии. В грудине Папайруса все больно сжалось. Он осторожно подошел к ней, он уже был совсем близко. Но стоило ему едва коснуться ее спинки, девушка раздраженно вскочила и зло посмотрела на него. - Зачем ты пришел сюда?! - Сказала Фриск, из ее чистых глаз текли слезы. - Фриск... ты плачешь. - Разумеется плачу, дебил! И все из-за тебя! Черт, Папайрус, хватит мучать меня, убирайся прочь! Я была готова сделать все, чтобы ты меня ненавидел! И я сама хотела бы тебя ненавидеть, но не могу! Я просто не могу! Уходи от сюда! - Нет, Фриск, я от тебя не уйду. - Папайрус подошел к ней поближе. - Я же знаю, ты любишь меня. - Ты мое лишнее напоминание о том, что я с собой сделала! Да, Папайрус, я убийца и самоубийца! Я убила принца и обрекла его на жизнь в растении, и убила себя! Мне было хорошо до тех пор, пока Чара не побеспокоила меня, и я не увидела тебя! Знал бы ты, какого это, быть рядом и любить и знать, что о твоем существовании даже не догадываются! Мое сердце... оно с тех пор болит с того самого дня. Я не могу найти покоя, Папайрус. Я не могу смотреть как тебя обнимают, как ты радуешься с другими, смеешься. Ты не представляешь, как я мечтаю о жалкой секунде, чтобы я оказалась живой, и ты просто хотя бы посмотрел на меня... посмотрел этим своим безучастным взглядом. Эта бы секунда подарила бы мне покой на всегда. Папайрус подходил к ней и протянул к ней руки, чтобы обнять ее. Но Фриск не давалась. - Не трогай меня! Но Папайрус ее обнял и крепко прижал к себе. Фриск сразу почувствовал себя обессильной в его руках. - Фриск, не прогоняй меня. По крайней мере, я тебя так просто не оставлю. Меня не волнует то, что ты сделала в прошлом. Ах, если бы я только знал, какая девушка любит меня... Папайрус приблизил к Фриск лицо. - Я сделала и тебя несчастным тоже... - Все хорошо, Фриск, главное, что я все равно могу быть с тобой, не смотря ни на что. Папайрус поцеловал ее так, будто изголодался по ней. Будто только ее и ждал всю свою жизнь. Фриск крепко вцепилась в его толстовку своими ручками. - Если бы я увидел тебя, то влюбился бы сразу же. Впрочем, оно так и произошло. - Прошептал он и снова припал к ее губам. - Папайрус, я люблю тебя... я не хочу тебя отпускать. - Мы с тобой обязательно увидимся еще раз. Теперь я знаю, что ты со мной всегда и ни когда не покидаешь меня. Папайрус целовал ее щеки, лицо, в уголки губ. Фриск наслаждалась и сама отвечала ему поцелуями. - У тебя очень красивые глаза. - Сказал Папайрус, улыбаясь. - И мне кажется, я уже давно их знаю, твой взгляд. Фриск краснела, она чувствовала снова себя живой, как внутри все наполняется радостью и любовью. - Папайрус, я расскажу тебе секрет. - Сказала Фриск. - Когда ты покинул подземелье, я с тех пор живу в Сноудине в твоей комнате. Приходи туда, когда в следующий раз ляжешь спать. - Обещаю, что приду. - Папайрус поцеловал ее руку и прижал к своей груди. - Я без ума счастлива, как же я счастлива... Папайрусу всю ночь напролет снилось, как он был вместе с этой прекрасной девушкой. Она теперь по доброму смотрела на него, они игрались, общались, говорили о том как любят друг друга, когда Папайрус почувствовал, что скоро проснется, то он обнял Фриск крепко к себе и долго не отпускал, пока она полностью не растворилась в его руках. Папайрус проснулся счастливый, отдохнувший и полный сил, он улыбался, каждый раз вспоминая этот чудесный сон. Ему не терпелось увидеться с ней как можно скорее.