Глава Десятая "Учитель и ученик"

      — Ещё раз приношу свои глубочайшие извинения за своё недостойное поведение! — Произнесла рыжеволосая девушка, отвесив очередной поклон до пояса.       — Хех… — Раздалось от седоволосого парня с бледно-чёрными волосами в офицерской форме с шевронами академии и петлицами со звёздами «Гвардии Лейтенанта». Рядом с ним в левой от входной двери у стенки-шкафа, заполненной разными книгами, будто в библиотеке, стоял по стойке смирно мужчина с короткой щетиной и грязно-седыми волосами в своём красно-чёрном полевом комбинезоне с отличительными знаками «Гвардии Подполковника». С правой стороны у дальней стенки с прикрытыми глазами с руками, сложенными на груди стоял Карл в своей белой офицерской рубашке наружу, с расстёгнутыми верхними пуговицами и закатанными рукавами, прильнув спиной к стене кабинета под самым портретом Императора-регента. На них всех отбрасывал тень стоя у панорамного окна с выходом на небольшой балкон огромный прямоходящий медведь в полевых штанах и куртке старого образца с погонами «Гвардии Полковника» на плечах. Выслушивая извинения, он стоял за длинным широким столом, отодвинув в сторону своё кресло и смотрел в окно. Повернув морду через левое плечо, он ещё раз глянул на девушку и произнёс.       — Подними голову. Я искренне надеюсь, что ты говоришь это осознавая свою вину и не допустишь подобного поведения в будущем. В противном случае разговаривать с тобой уже будут совсем по-другому. Скорее всего, лично ректор на заседании спец. комиссии. Оставляю право выбора наказания за твоим командором курса с обязательным отчётом мне лично. Твоё копьё я также изымаю и верну, скорее всего, твоему старшему брату. Всё ясно?! Подполковник? — Глянул он на стоящего смирно мужчину.       — Так точно, господин проректор.       — Курсант? — Строго произнёс он, вновь глянув в глаза Лизе.       — Так точно, господин проректор!       — Тогда, не задерживаю тебя. Остальных, пока попрошу остаться.       — Благодарю.       — Ожидайте нас в коридоре, курсант. — Строго произнёс Клюв, глянув на открывающую дверь кабинета Лизу.       — Слушаюсь, господин лейтенант. — Ответила она и покинула помещение прикрыв за собой дверь.       — Хех… — Выдохнул медведь развернувшись и осуждающе посмотрел на троих офицеров перед ним с высоты своего роста в почти три метра. — Ну, а вы как будете оправдываться?       — В чём оправдываться, господин проректор? — Спросил в ответ Клюв.       — Молчать! — Гаркнул на него медведь. — Здесь я задаю вопросы, лейтенант!       — Понял вас… — Показательно испугавшись, произнёс Клюв.       — Ну спасибо, разреши я тут немного покомандую по случаю возвращения.       — Разрешаю. — Ответил Клюв.       — То тебе подавай оправдания, то заткнись… Не хочу придираться, но ты как раньше не умел вести подобные разговоры, так и сейчас, когда стал проректором.       — Ты вообще заткнись, Грех. С тобой, как обычно, разговор будет отдельный, когда прибудет Зана, которая тебя сюда затащила.       — Хех… — Выдохнул Карл.       — Как вообще вы не заметили, что ваш курсант всюду таскает с собой скрытое оружие, а?! — Вновь повернулся он к Клюву и Коржу. — Великие оружейники, мать вашу! «Третий глаз» на затылке?!       — Если позволите вставить оправдание… — Произнёс Клюв. — На то оно и скрытое оружие, чтобы скрывать его от других, а это… — Глянул он на копьё. — Техника печати авторства самого Йосифа Линкора. Конечно, мне стоило обратить внимание на деревянный кинжал, но оснований для проверки, даже поверхностной, там не было и быть не могло.       — Тогда эта штука должна была быть изъята с большинством личных вещей или же, пусть бы поясняла вам письменно ради какого чёрта ей понадобился деревянный кинжал. Ну ладно ты, Клюв… Но ты, Корж, куда смотрел?! Решил работу по курсу на сына в этот раз спихнуть?! Не выйдет! С тебя пояснительная записка на моё имя и жду отчёта о полной инвентаризации вверенного тебе, курсантского подразделения. По каждому подозрительному предмету, выявленному у курсантов, рапорт о принятом тобой решении, всё понятно?!       — Так точно, господин проректор. — Кивнув, произнёс Корж.       — На этом всё… Валите отсюда, чтоб до вечера глаза мои вас не видели…       — Слушаемся. — Произнесли все трое включая Карла.       — Грех, стоять! Куда на лыжи встал?! Тебя эта команда не касается.       — Хех… — Вновь выдохнул Карл. За дверью, в коридоре стояла Лиза, а чуть вдалеке от неё, стоял Цезарь, который поспешил отвести взгляд едва она появилась в коридоре. Так они и простояли несколько минут, пока дверь вновь не открылась.       — Будто бы и не было этих десяти с лишним лет, Карл… — Раздавалось из-за двери, когда в коридор выходили Корж и Клюв. — Ты понимаешь, что даже зверь за такое время приобретёт жизненную мудрость побольше чем у тебя, а?! Почему даже сейчас ты ведёшь себя как какой-то… — На этом дверь снова закрылась и двое офицеров прошли чуть дальше по коридору.       — Курсант Линкор! — Позвал её Корж. Лиза оторвала взгляд от стоящего в отдалении Цезаря и глянув на командора курса подбежала к двум офицерам.       — Курсант Линкор, по вашему приказу… — Он жестом остановил её.       — Подробную пояснительную записку на моё имя и отдельно на имя проректора. Сегодня заступаешь в наряд на столовую вне очереди. Серж, проконтролируешь. Остальное и воспитательная работа на тебе. — Строго произнёс Корж.       — Слушаюсь. — Кивнул Клюв. — Хех… — Выдохнул он, когда Корж прошёл дальше по коридору, а сам он остался стоять рядом с Лизой. — Вот ведь… Линкор, вот…       — Если мне будет позволено, то я хочу пояснить…       — Отставить! — Гаркнул на неё Клюв ничуть не хуже, чем это делал медведь. — Сейчас твои оправдания не стоят толком нихрена, если ты этого ещё не поняла! — Продолжил он и мельком глянул на Цезаря, встретившись с ним взглядом. — Думаешь я не знаю, что произошло на парковке с тобой и тем парнем? Или, по-твоему, Карлу удалось всё уладить даже без нашего ведома? Как бы не так… На твоём месте, я бы вёл себя тише воды и ниже радаров, но нет же, тебе надо вылезти, вся в брата и отца.       — Я так сильно вас подставила? Мои глубочайшие извинения… — Вновь поклонилась она.       — Да дело не в этом, Линкор… — На выдохе произнёс Клюв вновь почесав затылок. — Такое поведение, в первую очередь вредит тебе. Я хотел тебя видеть командиром взвода, а теперь, когда ты уже накосячила на три расстрела, то этому не бывать, понимаешь?       — Думаю, я бы и без этого отказалась, господин… Я не подхожу для такой роли.       — Никто не подходит… Ну и зря, Линкор, очень зря. Если есть возможность всегда надо стремиться выше и выше, впрочем, забей. Возвращайся в казарму или дождись брата, если хочешь. Своё наказание ты уже поняла?       — Так точно!       — Главное помни, что следующий твой косяк будет уже последним. Даже с твоими связями долго терпеть подобное тут никто не будет. Надеюсь до тебя это дойдёт раньше, чем будет уже поздно. — Развернувшись и направившись дольше по коридору, произнёс Клюв.       — Поняла вас… — Ответила Лиза, вновь поклонившись и резко погрустнев. Собравшись с силами, Цезарь решился подойти к Лизе, но, когда он сделал несколько шагов вперёд, его плеча внезапно коснулась женская рука. Резко обернувшись он увидел улыбнувшуюся ему, молодую женщину с ярко-красными волосами и в больших круглых очках.       — Профессор? — Вопросительно произнёс он и Лиза также обернулась.       — Здравствуйте молодёжь… — Произнесла Зана. — Слышала у вас тут жара. Успели снова накосячить, а?       — Ну… Как сказать. Я, надеюсь, что не успел…       — А ты, Лиза? Чего такая грустная?       — Простите, профессор. Я… Мне пора идти готовиться к наряду вне очереди.       — Вот как… Ну, не смею задерживать. — Прикрыла глаза и поправила очки Зана. Лиза убежала по коридору мимо Цезаря и Заны. Звуки её шагов поглощала красная ковровая дорожка, которой был устелен деревянный пол на этаже руководства Академии.       — А ты чего стоишь тут?       — Медведь вернулся… За каким-то чёртом хочет меня видеть, хотя я в последнем инциденте участия толком не принимал, если не учитывать, что капитан Линкор связал меня «Арестом» не дав выскочить на малую арену.       — Хех… Карл в своём репертуаре. И не «Медведь», а хотя бы командор курса или «Господин Проректор». Не перегибай палку…       — Прошу прощения, профессор. — Кивнул Цезарь.       — Умный мальчик… Ладно, зайду, пожалуй…       — Где только носит, твою покровительницу… — Недовольно произнёс медведь.       — Кто её знает…       — Ты знаешь… — На этом дверь открылась и внутрь заглянула голова с красными волосами, а затем, улыбнувшись, Зана медленно прошла в кабинет.       — Разрешите, господин проректор? — Спросила она и прикрыла двери.       — Легка на помине… — Пробурчал Карл. — Присоединяйся, тут людей еб… — Не успел он договорить, как она с криком «Уиииии» кинулась на шею огромному медведю и начала тереться лицом о мех на его морде.       — Наконец-то ты вернулся… — Она начала гладить его шею и улыбаясь продолжала тереться лицом об его морду. — Я уже скучать начала… Боже, какой же ты пушистый! Кайф… — Произносила она, повиснув на его шее.       — Отпусти… — Скорчив недовольную морду, произнёс медведь.       — Не хоцу… Я слишком давно тебя не видела, и ты слишком пушистый в такой форме. — Продолжала она.       — Так, ну всё, хватит! — Он лапой схватил её за шиворот и будто она ничего не весит, отставил в сторону стенки-шкафа с книгами, пока она руками тянулась к него морде и шее. Чтобы сдерживать её, ему пришлось ещё раз оттолкнуть её и держать, схватив лапой за лицо, пока она пыталась дотянуться до него через это препятствие.       — И это я ещё себя веду незрело? — Пробубнил Карл, глядя на это.       — Зана, немедленно прекрати! Чтоб тебя… — Гаркнул на неё медведь. Резко погрустнев, она убрала лапу со своей головы и прекратила тянуться к нему двумя руками скорчив недовольное лицо.       — Занууууда… — Произнесла она приговор.       — Тц… — Подняв левую лапу он сжал кулак и сцепил зубы. — Не прояснишь мне некоторые детали?       — Например?       — Например, что он тут делает, ещё и на преподавательской должности? — Указав на Карла пальцем, произнёс медведь. — Не смей мне врать и отмазываться… Без тебя тут точно не обошлось!       — Я и не собиралась… — Поправляя очки, произнесла Зана. — У меня на кафедре с весны нет одного преподавателя после окончательного ухода профессора Патрокла на пенсию. Он теперь заведует архивом и не горит желанием вновь преподавать. Брать человека со стороны я не собираюсь и пока Ректор не подтянул кого-то из своих стукачей, я и проявила инициативу, воспользовавшись ситуацией. По-моему, отличный ход, не думаешь? — Подняв руку и показав пальцами знак «V», она прикрыла глаза и улыбнулась, глядя на медведя.       — Ты хоть понимаешь, что ты несёшь и чем тут занята?! Это тебе не игра в монополию, дура! — Рыча, произносил медведь.       — Разве? — Продолжала издеваться она.       — Думай, что говоришь в моём присутствии! Меня так-то тоже можно назвать человеком ректора…       — Ну, справедливости ради, ты не совсем человек… — Начал было Карл.       — Заткнись! — Раздалось от Заны и медведя одновременно.       — Тебя я слишком давно знаю… Ты бы не стал сотрудничать с этим старым паркетным воякой.       — Я поддерживаю его назначение несмотря на его сомнительные для этой должности качества. Этой Академии не повредит усиление дисциплины, а прибытие этого… — Глянул он на Карла. — Это вовсе не признак порядка. Он проклят, и ты это не хуже меня понимаешь… Прошло две недели и смотри, что началось!       — Пусть так, я своего решения не изменю, и ты на это не повлияешь. Ректору также выгодно, чтобы он оставался преподавателем. Вскоре Гектор станет Префектом всего долбанного города с окрестностями. Плюс к этому ещё инцидент с Филиппом дел-Мерукеном не утих. Видел сюжет в новостях? В этом тоже Карла обвинишь? Ректор просчитался со своей жаждой пиара…       — Видел уж… Идиоты… Вернись я чуть раньше, то этого бы не произошло.       — Поздно жалеть… Лучше расскажи где был и что делал? Свалил понимаешь, ни ответа, ни привета…       — Тебя это не касается…       — Занууууда… — Протянула Зана.       — Ладно, чёрт бы с вами двумя, пока вас двое… Надеюсь, хватит ума не подтягивать сюда ещё и Рикки если он ещё жив.       — Он то жив… — Ответил Карл. — Только сам же понимаешь, что он не вернётся.       — Я молюсь на это. Соберись вы трое опять вместе – этой Академии придёт конец. Ладно… Не суть важно. Тебя я услышал… — Кивнул он Зане. — Теперь ты... Участие в Олимпиаде, персональное ученичество для Цезаря? Серьёзно? Чем этот парень заслужил такой интерес? Не спорю, он способный и из него может получится хороший рыцарь, но вероятность подняться до "чисел" у него крайне мала…       — Посмотрим. Это я пока оставлю при себе. Увидите всё на олимпиаде…       — Ну и шут с тобой… Валите отсюда пока я не передумал. Цезарь, заходи! — Выкрикнул медведь, когда дверь открылась. Зана и Карл покинули кабинет, а Цезарь вошёл внутрь.       — Господин проректор, курсант Орбит по вашему… — Медведь махнул лапой, и Цезарь остановил доклад прикрывая дверь.       — Касательно тебя… До меня дошли нехорошие слухи. Неуставные отношения с несовершеннолетней и та драка на парковке во время несения службы вне Академии. Мы тебя теряем, Цезарь?       — Это просто слухи, господин проректор. Я в полном порядке.       — Вот как? Уверен? И на олимпиаду ты не собираешься… И в ученики к Линкору?       — Эээ…       — Он тебе не сказал? Хех… На вот, полюбуйся… Уже пришли бумаги. Осталась только твоя подпись. — Медведь кинул на стол из ящика несколько листов бумаги на которых было распечатано соглашение о персональном ученичестве уже скреплённое печатью Академии и подписанное Карлом.       — Да ладно… — Округлил глаза он, вглядываясь в текст.       — Бумаги твои… Копию я себе уже оставил, мне лично твоя подпись там не горит. Я бы, конечно, отчислил бы тебя к чёртовой матери, но, это ведь всего лишь слухи, да? Мне точно не о чём беспокоиться?       — Уверяю вас… — Произнёс Цезарь.       — Хорошо… Ты умный парень и я тебе верю. Не подведи своего дядю и, если решишь учиться у Линкора… Постарайся не перенимать его худшие качества. Надеюсь ты меня услышал, Цезарь.       — Так точно!              

***

      Утро воскресения у Цезаря началось за час до официального подъёма. Его аккуратно разбудил дневальный из числа суточного наряда и с удивлённым лицом сообщил приказ от Карла. Ему следовало выйти на зарядку пораньше и ко времени подъёма уже быть в тренировочной форме на малой арене. Сперва он отнёсся к этому скептически и чуть было не послал, разбудившего в далёкое пешее путешествие, но получив записку, написанную почерком Карла, который он уже наблюдал в журнале, Цезарь протёр глаза и только поблагодарил дневального, отпустив его обратно на пост.       «Документы, как подпишешь, закинь в Архив профессору Патроклу.» — Пост скриптумом было указано в записке, которую, по дороге в туалет, Цезарь помял и выкинул в урну, но, указание решил выполнить. В любом случае сегодня, как и вчера занятий нет. Хотя зарядку он должен был провести, с этим, по необходимости, справиться и суточный наряд. На выходных обычно зарядку никто не проводит или имитируют её проведение в случае требований командиров курсов, которые редко контролируют этот процесс лично. Его курс был одним из таких вот «несчастливых» под руководством медведя, который требовал проводить зарядку ежедневно. Решив не изобретать велосипед, он вышел на обычную для третьего курса шестикилометровую пробежку. После размялся у казармы и направился на тренировочную площадку, где пробежал круг по полосе препятствий и закончил зарядку парой десятков подтягиваний со спрыгиванием и тремя отжиманиями после каждого подтягивания. Выполнив один из вариантов утренней зарядки, который ему нравился больше остальных, Цезарь направился вниз со спорт площадки на малую арену. Карл появился спустя десять минут и окликнул Цезаря помахав рукой, медленно спускаясь вниз по лестнице под звуки громкоговорителей, оповещающих об утреннем подъёме.       — Йоу! — Раздалось от Карла, после чего он, смачно зевнув, вышел на середину арены, где стоял Цезарь с обрадованным выражением лица.       — Вот уж не думал, что вы внезапно передумаете, касательно моего у вас обучения. Вот так сразу тренировка навыков?       — М? — Театрально подняв вверх левую бровь, произнёс Карл, шагая вперёд в своём спортивном костюме и разминая суставы на ходу. — Обучение, навыки… Ты, по-моему, что-то перепутал. Да, я действительно приказал подготовить бумаги на персональное ученичество, но, я ни разу тебе ничего не обещал и не улыбайся так… Гарантирую, что это тебе ни разу не понравиться. У меня свои цели насчёт всего этого, но раз уж по ходу дела ты путаешься под ногами, попробую извлечь из этого пользу. — Ухмыльнулся Карл.       — Идеально… — Пробубнил Цезарь. — Вот ещё немного потренироваться и будет почти вежливо. — Попытался подколоть его Цезарь.       — Смейся-смейся, пока можешь, пацан. — Произнёс в ответ Карл. — Такое отношение обязательно приблизит тебя к твоей цели стать сильнее.       — Простите…       — Бог простит или нет… Плевать. Для начала, пожалуй, побуду хорошим наставником и проявлю интерес… Возможно, у тебя есть какие-то вопросы, просьбы, пожелания, предложения? Не стесняйся…       — Есть вопрос… Командор курса упомянул, что от моего имени вы подали заявку на участие в Олимпиаде.       — Ага… — Подтвердил Карл.       — Насколько я знаю, то, олимпийские команды утверждаются руководством Академии и отбираются из клубов по соответствующим дисциплинам.       — Это если бы тебя туда отправляли от Академии. Не делай преждевременных выводов. Кроме пяти военно-магических Академий, правом на подачу кандидата на участие в Олимпиаде обладают ещё и великие дворянские дома. Я поговорил с Заной и теперь ты будешь представлять на олимпиаде дом Индэмионов. — На этом Цезарь округлил глаза.       — Это… Вы ведь сейчас пошутили?       — Это ты у нас – рядовой шутник… Зарегистрировать тебя кандидатом мы обязаны заранее. К сроку мы едва-едва успели, но отправишься ты туда или нет, мы решим позже.       — Нет, это… Это ошибка! — Выкрикнул Цезарь. — Я и представлять великий дворянский дом?! Если я облажаюсь, то, это будет позорище для этого рода! Мне и так проблем по жизни хватает, прошу, отзовите мою кандидатуру! Я и близко не достоин такой чести…       — Замолчи! — Выкрикнул Карл. — Достоин или нет, решать здесь мне и Зане, раз уж она подставляет шею за тебя. Роду Индэмион плевать на олимпиаду и её результаты. Они уже третью пропускают… Не думаю, что они заметят нашу маленькую шалость, а если и заметят, то… Ну… Скажем так, бывали косяки и похуже. Вали всё на меня, как-нибудь отмажемся…       — Как-нибудь? Вы в своём уме? Как можно так легкомысленно к этому относиться?!       — Кроме тебя, тут никто лёгких путей не ищет… Говорил же, что тебе это не понравиться.       — Никому не понравятся подобные подставы!       — Ну как же тогда ты собираешься доказывать свою силу?!       — А я и не собираюсь никому ничего доказывать кроме вас и Лизы! Ну и в дальнейшем проявлять себя как-то ещё, кроме как на выпускных испытаниях и на будущей службе! Я вам не клоун для выступления на потеху толпе!       — Хех… И почему всё так сложно? Мне говорили, что ты умный, но сейчас я начинаю в этом сомневаться… Слушай меня сюда и в оба уха… Первое! Каков сейчас твой статус?       — Статус?       — Да… Общественный статус и положение во многом определяет твои возможности и права, а также обязанности.       — Мои права и обязанности определяет закон. Я прекрасно понимаю, что дворянином мне не быть, а значит и надрываться ради мнимых наград и признания нет смысла.       — Ошибаешься, мой гордый южный дружище… — Произносил Карл. — Ты же хотел доказать, что достоин быть с Лизой или уже сдался, а? По закону, вы с ней сейчас в относительно равном положении. Ты и она оба курсанты Академии, разве только она несовершеннолетняя и пока это так, я и Гектор можем вполне официально и по закону, запретить тебе находиться радом с ней. Признайся, думал ведь послать нас всех куда подальше, когда ей исполниться шестнадцать?       — Не буду врать, такие мысли пробегали…       — Глупые мысли… Учитывая, что Гектор сейчас кандидат в префекты целого города, на территории которого, кстати находится и эта Академия, то, тебе были бы обеспечены большие проблемы. Судя по татуировкам ты точно должен, кое-что знать про обратною сторону жизни.       — Признаться я думал, что вне южных помоек жизнь немного другая…       — Аристократическая грызня порой ничем не отличается от бандитских разборок, только понятия другие и выглядит все изысканней и приличнее. — Ответил Карл. — Думаешь эти двое на парковке появились так вовремя без причины?       — Вы хотите сказать… — Округлил глаза Цезарь.       — Они пришли за тобой, но выследили тебя из-за связей с Лизой, сам догадаешься, кто мог им дать такую информацию?       — Вы?       — Почти… Впрочем, это уже не важно… Хочешь жить долго, развивай чуйку и дедукцию. То, что они не убили Лизу сразу и даже толком не ранили её когда она им мешала убить тебя, о чём-то должно было тебе сказать.       — И какой смысл вам сдавать сейчас своего брата?! Разве вы с ним не заодно?!       — Об этом я и говорил в начале. Раз уж ты путаешься под ногами, то, надо извлекать из этого пользу. Ты хорошо себя проявил в том столкновении и похоже на то, что ты действительно её любишь. Поверь, несмотря на все мои заскоки, я всё понимаю куда лучше, чем ты можешь себе представить. Хочешь, чтобы Гектор прекратил вставлять тебе палки в колёса? Доказывать что-то такому жлобу как он бесполезно. Он свой ход сделал, теперь тебе следует подготовить и сделать свой. Насыпать ему на нос перца, пока в конец не охренел.       — Мне его на дуэль, что ли вызвать?       — Ха-ха-ха… Я бы заплатил, чтобы на это посмотреть, но, нет… Ты просто умрёшь собачьей смертью. Ты ведь этого не хочешь? — Цезарь помотал головой. — Значит, нужно воспользоваться тем, что тебе был дан шанс выжить и стать сильнее, чтобы в случае очередной подставы надеяться не на удачу, а на собственные силы. Ты в любой момент должен быть готов ко всему, только тогда я смогу доверить тебе сестру.       — И причём тут Олимпиада?       — Если вернуться к статусу, то, в сравнении с дочерью дворянина и младшей сестрой Префекта, ты – никто! Он раздавит тебя, и никто даже не почешется. За тебя никто не отомстит и последствий для него не будет. А вот покушение на Героя Олимпиады и представителя Индэмионов, а там возможно и почётного рыцаря… Согласись, это меняет дело, нет?       — Может и так, но мне проще надрать вашему Гектору задницу лично.       — Как вариант… — Пожал плечами Карл. — Но с Олимпиадой будет проще…       — Там собираются сильнейшие молодые маги со всех концов Империи. Филипп тоже будет там и у него все шансы стать Героем. Его считают равным вам в прошлом.       — Думаешь нет способа одолеть его?       — Наверняка есть и не один, но, сомневаюсь, что я на это способен… Сейчас уж точно нет.       — Это правда. Поэтому переходим ко второму… Ты – слабак! — С этими словами Карл ткнул Цезарю пальцем в грудь. — Ты настолько слаб, что мне сейчас даже учить тебя нечему. Любой реально полезный для тебя навык или заклинание ты будешь осваивать слишком долго и в твоём исполнении это будет слишком неэффективно.       — Вот как… И что же мне тогда поможет выиграть Олимпиаду?       — Если обычные карты выпали хреновые, а такое бывает, то, ходить надо с козырей.       — Как будто у меня они есть…       — Есть, уж поверь. Я бы не стал тратить время, если бы ты был совсем безнадёжен. Я собираюсь раскрыть твой… Врождённый талант. — На этом Цезарь вновь округлил глаза.       — Врождённый талант? Издеваетесь?! По статистике врождённым магическим талантом обладает лишь один маг из десяти и из них ещё один из десяти способен раскрыть его в достаточной степени, чтобы он был ему полезен. Мне просто не может так повезти… — Сжав кулаки и свесив голову, произнёс Цезарь.       — Хех… Хренового ты о себе мнения. Уж поверь, с вероятностью в девять из десяти, ты обладаешь уникальным и редчайшим врождённым талантом, который превосходит даже таланты пяти великих дворянских домов.       — А остальные десять процентов…       — Ну… Я тоже имею право на ошибку… — Почесал затылок Карл. — Если переживёшь пробуждение, то, сам всё поймёшь.       — Переживу?       — Да… — Кивнул он, назидательно подняв вверх указательный палец. — Об этом на вашем факультете не рассказывают, это ближе к медицине и теории магии. Пробуждение врождённого таланта, знаешь ли, штука очень и очень неприятная. В случае с теми, в чьём роду не было сильных магов и талант пробуждается впервые – это ещё и смертельно опасно. Хуже этого только вторичное пробуждение, но это… Лучше даже не начинать… — Махнул он рукой.       — Если мой талант ещё не пробудился, то, откуда вы вообще знаете, что он у меня есть?       — Хех… Помнишь, что с тобой произошло в той битве на парковке под мостом? Как ты разнёс колонну? Как получил ранение и тебя вырубило?       — Честно говоря, то, последние минуты той стычки как в тумане. Да и остальное помню только какими-то яркими рывками. — Нахмурившись произносил Цезарь. — Я думаю, это от того, что меня крепко по голове жахнуло.       — Нет. Тогда, ты вошёл в первую фазу пробуждения врождённого таланта. Это было высвобождение… Ты тогда реально чуть концы не отдал, а противник, думая, что убьёт тебя очень сильно тебе помог тем выстрелом. — Ухмыльнулся Карл. — Если бы он не взорвал твою магию, то, ты бы наверняка прямо там бы и сгорел в течении пары минут от собственной силы.       — Сгорел?       — Ага… На первом этапе твоя манна сгорает на поддержание способности твоего таланта бесконтрольно. Крайне часто это приводит к… Печальным последствиям. Это не всегда смерть… Хуже, когда возникают неизлечимые травмы.       — Я начинаю вспоминать. Я же тогда просто резервы манны сжигал, чтобы стать сильнее и собирал её в одну точку для удара. Это не может быть врождённым талантом…       — Да? Ну тогда… Попробуй это прямо сейчас повторить.       — Повторить? Сейчас? Но…       — Никаких оправданий. Если это твой обычный навык, то ты должен уметь повторить его в любой момент! Давай…       — Ну ладно… — Цезарь напрягся изо всех сил, предельно сконцентрировался, выставив руки вперёд, будто удерживая перед собой ядро. Между его ладоней начала мерцать манна, а от локтей до пальцев полупрозрачными кольцами пробегали её едва видимые потоки. Воздух между ладонями начал отдавать жаром и заметно дрожать. Он зажмурился и напрягся ещё сильнее, но это не принесло результата, кроме того, что он смог выдавить из себя ещё больше манны. Это придало ему некоторое подобие ауры «Гордость», когда манна начала распространяться вокруг него закручивая и прогревая воздух. Когда он открыл глаза на пару секунд его зрачки засветились белым светом и между ладонями возник крохотный белый огонёк, который почти сразу пропал со вспышкой и отбросил Цезаря на метр назад. Он едва не потерял равновесие, но смог устоять на ногах.       — Ататаа… — Зажмурился он от сильной боли махая руками. — Ладони будто… Чёрт, больно…       — От и оно… — Сложив руки на груди, произнёс Карл. — В том бою, ты не просто смог собрать манну в ударную сферу. Ты сделал это дважды и было это весьма эффектно, судя по описанию. Сейчас ты не сможешь это повторить. Довести себя до такого состояния без внешнего толчка… Почти невозможно. Да и после того раза прошло слишком мало времени для второй попытки пробуждения. Но, можешь не сомневаться, если сейчас будешь настаивать, то, точно отбросишь коньки.       — Вот как? И что же мне делать?!       — Я бы ответил в рифму, но… Мне уже лень над тобой издеваться. Сейчас ты слишком слаб, чтобы это пережить. Тебе нужно стать сильнее, причём в короткие сроки…       — Об этом я и спрашиваю.       — Для начала… Видел я твою эту попытку зарядки… Скажи, ты отдаёшь себе отчёт, что ограничивая себя нормативами Академии тебе свой уровень никогда не повысить?       — Но если тренироваться усиленно, то это только во вред пойдёт. Слышали про накопленную усталость или истощение? Да и без дополнительного питания усиленные тренировки – это такая себе идея…       — Ну так и питайся усиленно… В чём проблема?       — Шутите? Я не могу себе позволить ничего кроме небольших вкусняшек на стипендию. Остальное уходит на бытовые расходы.       — Ну… Теперь у тебя такой проблемы нет. Сегодня проверишь свой счёт. Три тысячи кредитов я тебе уже скинул к твоим двадцати семи. Итого целых три тысячи двадцать семь кредитов. Ты теперь настоящий богач, по студенческим меркам…       — Чего?! Три тысячи?! Это же десять моих стипендий!       — Теперь будешь завсегдатаем платной столовой и буфета. Готовь желудок, жрать тебе придётся много. Нормативы тоже увеличивай, как минимум в полтора раза для твоей обычной зарядке и вбей себе в голову, что теперь тебе следует её делать два раза в день и ещё, вот… Взял тебе на неделю. — Карл Кинул ему небольшую закрытую пластиковую бутылочку с таблетками. — Это обычные витамины, даже в академии в свободном доступе. Тебе следует жрать по две таблетки три раза в день. Ну… В первую неделю давай по одной пока… — Махнул он рукой. — Вот это… Он передал ему в руку уже стеклянную неподписанную баночку с таблетками. —Это уже редкость… Такие даже в городе хрен достанешь, почти наркота и для тебя очень дорого. Жрать один раз в день перед сном. Не перепутаешь?       — Нет… — Нахмурился Цезарь.       — Как закончатся, вторые можешь уже и не жрать… Это одноразовый курс. На выходных также запишись на дополнительные занятия по рукопашному бою. Реакцию и уклонение тебе тоже следует подтянуть, да и над скоростью поработаешь. На официальных занятиях налегай на силовые приёмы… На этом, в целом, всё.       — Всё? И это должно мне помочь?       — Через месяц посмотрим на результат, а там будет видно. Олимпиада пройдёт перед новым годом. До неё у нас два месяца… Времени полно. Месяц, чтобы сделать твою тушку сильнее. Пара дней на полное пробуждение врождённого таланта и ещё почти месяц на подготовку к Олимпиаде. Ну или к дуэли с Гектором… Выбор за тобой. — Улыбнулся Карл и развернувшись, направился к выходу с малой арены.       — Вы и в правду пока не собираетесь ничему меня учить?!       — Говорю же… В этом нет смысла, только время тратить. А ну да… — Повернулся он и начал идти к выходу спиной вперёд. — Воды теперь тоже пей раза в два больше нормы. Обязательно, а иначе сгоришь очень быстро.       — Тц… И как я на это подписался? — Сжимая в руках таблетки, произнёс Цезарь.       — Цезарь! Вот ты где! — Окликнула его с верхнего яруса низкорослая девушка с его взвода. — У казармы уже все построились. Ты идёшь на завтрак?! Долго нам лучше не стоять, медведь всё ещё где-то на территории, если увидит, что мы тут хернёй страдаем, то, проблем потом до конца дней конца не видать будет!       — Д-да… — Повернулся он и побежал к ближайшей лестнице в её сторону. — Уже бегу!              

***

      Воскресные ночи в центральном районе города были очень тихими. Все заведения заканчивали работу на пару часов раньше перед открытием понедельника. Большинство посетителей, понимая, что следующий день – рабочий старались оказаться дома пораньше, как и работники вечерних или суточных смен воскресения. Жилые дома также были редкостью и встречались в соотношении один-два на пару кварталов. Центр небольшого города уже давненько стал местом отдыха или работы, а вот отдельные районы стали полностью жилыми. В середине ночи, проезжающий мимо площадей по дорогам общего пользования транспорт, как общественный, так и личный был ещё большей редкостью, чем случайный прохожий. Ехать через центр города куда-либо было пыткой, в связи с тем, что этот район состоял из целых трёх крупных площадей, одного небольшого парка и окружающих его улиц и небольшими участками на один два дома между ними и пару элитных жилых кварталов на южной окраине центра. Чёрный грузовой микроавтобус без положенных опознавательных знаков с полностью отключенным освещением уверенно ехал через центр в сторону парка, к этим самым жилым окраинам. Водитель не превышал скоростной режим и вообще никуда не торопился. Внезапно остановившись недалеко от открытых ворот парковой аллеи, где на ночь включали освещение из транспорта вышел водитель и ещё один крепкий парень в жилете разгрузке и комбинезоне военного образца без опознавательных знаков. На обоих крепких мужчинах были надеты балаклавы и открыв задние двери они вытащили оттуда тело третьего мужчины, который был весь в крови в одетый в грязно-зелёную спортивную куртку. Его глаза были закрыты, однако, выкинув него на обочину дороги как кусок мяса, они услышали его стон.       — Жив ещё? — Произнёс один из них.       — Забей. Добивать приказа не было. С такими ранами сам подохнет. Если бы шеф хотел убить, то, убил бы, ты же его слышал.       — Слышал, но этот уёбок убил Арика…       — Да, славный был малый, но он сам подставился под удар. Хрен с ним… Долго тут лучше не стоять!       — Твоя правда… — Ответил второй закрывая задние двери и поспешив обратно в кабину. Транспорт спешно уехал, не включая световых сигналов. Выброшенный мужчина со стоном перевернулся на живот и продолжая истекать кровью, он, размазывая её по асфальту с трудом встал на четвереньки, а потом на колени в небольшую лужу собственной крови. Кровь текла из его носа. Он отхаркивал её изо рта со слабым кашлем, морщась от боли, но больше всего крови вытекало из сквозной раны в его животе. Некогда белая футболка под разорванной курткой полностью окрасилась в красный и прилипла к раненному телу. За минуту передвижения на четвереньках он дополз до фонарного столба. Его глаза всё ещё были закрыты и будто не чувствуя света, он, напрягаясь изо всех сил, обхватив столб, попытался встать на ноги и у него получилось. Откашлявшись и сплюнув ещё кровь, он улыбнулся и побрел вперёд с побледневшим лицом и сильно шатаясь. Ноги едва слушались его. В любой момент он мог упасть и больше не встать, но, он передвигал их очень аккуратно. Чтобы устоять на ногах, он отклонился вправо и случайно забрёл в парк на аллею. За ним тянулся след из алых капель крови. Вытянув руку вперёд, он шёл словно зомби, шатаясь и издавая стон от боли.       «Чёрт… Кто бы мог подумать, что всё закончиться именно так.» — Пронеслось у него в голове.       «Я думал, что подохну подобным образом, но… Хотя, думаю это должно было произойти гораздо раньше. Жаль только, что я так и не смог выбить из этого ублюдка остаток дерьма, но… Ты ведь сможешь, а?» — Обращался он к тому, кого рядом не было.       «Конечно сможешь… Ты ведь… Ты всегда доделывал всё за мной. Всегда выручал. Поэтому я не мог рассказать тебе всё… Мне стоило недюжинных усилий обмануть твою чуйку, сукин ты сын… Я хотел хоть раз… Арррх…» — Сморщился он от боли и схватившись за рану резко остановился.       «Хоть раз… Сам всё исправить, но вот он я. Вечно худший ученик… Я впервые попытался убрать дерьмо за собой и вот она моя награда. Жаль я не мог видеть его рожу… Впрочем… Плевать…» — Он согнулся и потянулся рукой в сторону. Случайно коснувшись парковой скамьи, он улыбнулся.       «Скамейка? От оно как… Хорошее место, чтобы отдохнуть. Наверное… Я, пожалуй, немного вздремну, Карл. Ты иди дальше, а я передохну и потом всё сделаю, как надо.» — Подумал он, аккуратно сев на скамейку и запрокинул голову с закрытыми глазами на спинку.       «Холодно…» — Пронеслась мысль в голове, и он почувствовал, как окончательно проваливается в сон.              

***

      Выйдя из дома перед самым рассветом, девушка размялась в небольшом дворике у входа в свой двухэтажный частный дом и перепрыгнув трёхметровый забор с пиками эффектным боковым сальто ухмыльнулась, приземлившись на ноги.       — Ха… Это было даже легче чем вчера. Скоро я догоню тебя в ловкости… — Произнесла она и побежала по обочине пустой дороги. Пробежав в сторону парка около километра и слушая музыку в наушниках, она заметила следы крови, глядя под ноги и резко затормозила, вытаскивая наушники. Присев и присмотревшись она поняла, что это и в самом деле кровь. Вместе с обтягивающими лосинами, подчёркивающими её стройную фигуру, девушка носила пояс-разгрузку где ей удобно было хранить плеер в специальном чехле, нож, подсумок с аптечкой, фонарик и шокер, который она тут же достала из специального чехла сконцентрировавшись на своих чувствах, как учили на уроках самообороны. Попробовав направить немного манны в оружие, которое сняла с предохранителя, она удовлетворённо кивнула своим мыслям, убедившись, что оно исправно автоматически преобразовывает её манну в электричество, чего она не умела делать сама. По следам из крови, она вышла к окровавленному фонарному столбу, а позже заметила размазанную кровь на парковых воротах. Солнце начало вступать в свои права и вскоре на улицах будет весьма оживлённо. Мимо, по дороге уже проехала первая машина, напугав её. Сглотнув и пройдя за ворота, она продолжила идти вдоль кровавых следов пока не увидела вдалеке откинувшегося на спинке лавки мужчину в порванной и окровавленной одежде. Подбежав к нему, она тут же спрятала шокер, понимая, что рядом никого нет и коснувшись его шеи, проверила пульс. Прикрыв глаза, она вздрогнула и убрала руку.       — Живой… Господи боже… — Глянула она на его сквозное ранение. — Это же… Взяв фонарик, она попыталась осмотреть его, как учили на практике в больнице. Раздвинув его веки, она отпрянула от него и уронила фонарик в лужу крови. В его глазах были лишь совсем небольшие обугленные камешки. — Какого чёрта?! — Из-за того, что она пошевелила его тело, оно упало на саму скамью. — Чёрт… Что мне с вами делать? — Она начала оглядываться по сторонам в поисках ближайшего патруля, но рядом никого не было. Открыв аптечку, она достала всё необходимое для оказания минимальной помощи. — Только не вздумайте мне тут помирать…