Пролог. Треснувшая грань времени

Первой пришла боль. Резкая, вспыхнувшая во всём теле сразу, будто меня вырвали из пустоты и без предупреждения вернули обратно. Воздух ворвался в лёгкие жадно, обжигающе, и я закашлялась, судорожно пытаясь вдохнуть глубже. Под ладонями был камень. Холодный. Настоящий. Я жива. Когда я подняла глаза, первым, что я увидела, были знакомые своды и факелы. Хогвартс. Мой дом. Родной и одновременно чужой. Стены, полированные плитки, гобелены - всё это я знала, помнила каждую трещинку, каждый запах старого камня и воска… и всё же что-то было не так. Как будто я попала в знакомую фотографию, которую кто-то слегка изменил. В ней были свои линии и формы, но она не была настоящей. Последнее, что я помнила, - тёмные стволы деревьев, переплетённые корни, влажный мох под ногами и странный артефакт, наполовину утонувший в земле Запретного леса. Он пульсировал, словно имел собственное сердце. Я знала, что не должна была его трогать. Но я дотронулась. Вспышка. Боль. Падение во что похожее на бездну Я приподнялась на локтях, и тогда заметила себя. Грязная. Кровь на руках и ногах от ссадин, которые я не успела почувствовать в лесу. Лёгкая пыль с мха и земли вплеталась в волосы. Плащ был рваный и мокрый, одежда залеплена грязью и жидкой кровью. Мне стало ещё холоднее. — Где… я?.. - выдохнула я. Ответа не последовало. Я сделала шаг - и воздух рядом со мной резко дрогнул. Пространство будто сжалось, свернулось в тугой узел - и с сухим, трескучим хлопком разошлось в стороны. И я оказалась не одна. В нескольких шагах от меня стоял юноша. Высокий. Чёрные волосы аккуратно зачёсаны. Стройная фигура, безупречная осанка. На его лице не было ужаса или паники - лишь мгновенное, едва уловимое удивление, которое он тут же спрятал за холодным спокойствием. Наши взгляды встретились. И у меня внутри всё оборвалось. Я узнала его сразу. Том Марволо Риддл. Будущий Волдеморт. — Вы ранены, - заметил он, осматривая меня. Слово «ранены» звучало мягко для такого как он . Он сделал шаг ко мне. — Вам срочно нужно в Больничное крыло, - добавил он ровным голосом. Я подняла на него мутный взгляд. — Пожалуйста… позовите Дамблдора , - выдохнула я с трудом. - Срочно. Он кивнул и протянул руку, чтобы поддержать меня, но я оттолкнула её, стараясь держать разум в холодной, ровной узде. «Не дай ему прочувствовать твою слабость, хотя не в этом времени…», - думала я. Но шаг за шагом, идя по длинному коридору Хогвартса, я всё сильнее осознавала одно: передо мной главный злодей столетия. Его движения точны и экономны, взгляд оценивающий и холодный. Коридор тянулся вдаль, полированная плитка отражала факельный свет, старые гобелены сливались в мягкую тьму по стенам, и каждая тень, каждый звук казались важными. Он не сказал ни слова, просто шёл рядом, держась на шаг позади, иногда слегка наклоняясь, чтобы помочь мне, если шаг казался слишком тяжёлым. Я старалась не показывать усталость, кровь и грязь на одежде, но внутри всё клокотало: страх, тревога и странное восхищение одновременно. И в этот момент мне стало ясно: это не просто ученик седьмого курса. Это Тот, кто однажды изменит всё. Больничное крыло встретило нас запахом зелий и белизной простыней. Меня уложили на кровать. Кровь и грязь с рук и одежды пачкали простыни, а тело дрожало от усталости и боли. Том стоял рядом, скрестив руки, внимательно наблюдая за мной. — Ваше имя? - спросил он спокойно. Я подняла на него усталый взгляд, полный боли и ужаса от пережитого . Горло было сжато, слова цеплялись за него, как за стену. — П… Пожалуйста… позовите Альбуса Дамблдора - выдохнула я с трудом. - Срочно. Он кивнул, затем шагнул к двери: — Хорошо. Я приведу его. И, оставив меня на кровати, Том вышел, быстро исчезнув в коридоре, чтобы позвать Профессора. Единственного человека , которому я могла здесь доверять Я осталась одна. В крови, грязная, усталая, с дрожащими руками и мыслями, которые невозможно было упорядочить. «Что делать дальше?» - этот вопрос повторялся в голове снова и снова. «Как я вообще оказалась здесь? И смогу ли я выбраться обратно?» Мир казался одновременно знакомым и чужим. И мне оставалось только ждать.