Поворот

      Спускаясь в подземелье, в форме, друзья шли рядом. Остановившись, шатенка глянула на парня.       — Уверен, что он нам расскажет всё? Я никогда не видела Эрена таким замкнутым… — нотка сомнения проскакивала в её голосе.       Осторожно Арлет взял подругу детства за руку. Его цвета чистого неба глаза смотрели в её серые, в которых отражалась сталь.       — Мы должны с ним поговорить, Ханжи добилась чтобы нас пустили в камеру и всего на полчаса. Это наш шанс узнать, что скрывает Эрен. — встал к девушке вплотную, соприкасаясь лбами, обжигали рваным дыханием уста друг друга.       Сильно волнуясь, Микаса обняла блондина и тот крепко прижал её к себе. Они стояли одни и никто не знал о такой близости. Даже Эрен не подозревал, насколько его хамское отношение сближало верных друзей детства.       — Идём, — решительно сказала Микаса и кивнув ей, Арлет шёл следом.       В сырой камере Йегер сверлил обоих ледяным взглядом. Он знал, как оба переживали за него и для него самого они были тупым скотом. Рабами, беспрекословно исполняющими любой приказ. Все попытки разговорить его не дали результат. Когда разочарованные друзья уходили, Эрен бросил им в спину.       — Решили крутить роман у меня за спиной? Можете не притворяться, я итак всё знаю. — его голос был холоден и, встретившись с голубыми очами Армина, в которых скапливались слёзы от страха, сверкнули огнём ненависти.       Поражённая Микаса уставилась на него а Арлет шагнул вперёд.       — Что ты такое несёшь? Мы единственные твои близкие люди! — выпалил Армин уже плача но Эрен был непробиваем.       Взяв товарища за руку и потянув на себя, Аккерман как бы защищала его.       — Эрен… Думай, что говоришь. — ответила она колеблясь, так как не могла и просто боялась повысить на почти родного человека голос.       Рядом с Йегером обоим находиться было страшно. Мало он стал откровенно холоден к ним, так ещё обвинял в измене. Покинув камеру, отойдя достаточно далеко, пара остановилась. Взорвавшись, юноша с медовыми волосами ревел в плечо Микасе, комкая рукава. Она не знала, как его успокоить и, нежно лаская спину, просто жалела. Так они ушли ни с чем и подавленные. ***       — Да как ты смеешь так говорить о Микасе!!! — не контролируя ярость, Армин с силой сжимая кулак, ударил Эрена по лицу.       Йегер высказал бывшим друзьям всё, что думал о них на самом деле. Микаса была в сильном шоке, её сердце было разбито. Армин, который казался слабым и плакал хуже девчонки, неожиданно встал за неё и первый раз в жизни поднял руку на Эрена. В детстве бывало Микаса сама метелела Йегера, ставя таким образом на место. Вступалась за Армина и обычно защищала обоих. Сейчас всё перевернулось. Девушка стояла в ступоре, на её глазах любимый брат избивал до полусмерти лучшего друга. Когда всё закончилось, Микаса помогла встать Армину, который был весь в крови и сильно избит. Он ревел и крепко обнял подругу.       — Я ведь прав. Ты послушная рабыня, которая не может ослушаться господина. Он жалкий и никчёмный слизень, девчонка. Вы всего лишь тупой скот. — и Эрен был прав, его слова резали душу.       Аккерман трясло, её сердце впервые было разбито, слёзы единственного оставшегося друга обжигали плоть.       — Микаса… Пожалуйста… — всхлипнул мальчишка, которого всего трясло и ужас переполнял через край.       — Я с тобой, не бойся. — шепнула она ему, не сводя глаз с злого Эрена, что холодно смотрел на них.       Встав на дрожащих ногах и прижимая к себе Арлета, девушка продолжала смотреть в изумрудные глаза уже врага. Подойдя к ним, Эрен кулаком нанёс сильный удар рыдавшему по почке и отвернулся. Он был холоден. Холоден и спокоен. Будь на то воля, она бы давно порвала его за насилие и унижение лучшего друга, но не могла! Ещё крепче прижав к себе Армина, не знала как защитить его от сводного брата? Микаса не могла поднять на Эрена руку, хоть была самой сильной из них.       — Не бросай меня, мне страшно! — в ужасе хрипел с кровью ей на ухо Арлет а она ничего не могла поделать.       — Тише Армин, я с тобой… — ничего кроме как успокоить его Микаса не могла сделать.       Они ковыляли вдвоём. Опущенные, раздавленные. Закрытые в комнате, на одной постели хныкали в объятиях друг друга. Такого предательства никто не ждал от Эрена. Не смотря на его жестокость, они по прежнему любили его и до конца не верили сказанным словам. Через шесть лет после Гула Земли.       Они стояли у могилы Эрена Йегера. Стояли, нежно обнимая друг друга. Армин стал выше, но по прежнему был ниже Микасы. Он прижимался к ней и горячие слёзы текли неустанно.       — Эрен был нашим лучшим другом, братом. Мы всегда шли за ним, рискуя жизнью… — всхлип, медововолосого трясло.       По прежнему чуткий, нежный. Микаса осталась суровой и силы не убавилось. Она всегда жалела и защищала своего друга. Теперь единственного.       — Милый, прошу не убивайся так. Я знаю как тебе больно. Я всю жизнь любила его и он навсегда остался в наших сердцах. Ну тише ты, Армин. Я с тобой, я рядом. — утешала его девушка, чьи глаза блестели от слёз.       Будучи сильной и мужественной, Микаса знала жестокость окружающего мира. Дисциплинированная с детства, практически не давала волю чувствам, эмоциям. Арлет просто был нежным и очень чувствительным, добродушным. Его острый и гибкий ум перечёркивал все недостатки, слабости. Микаса хоть и была сдержанной, ему прощала слабость и слёзы. Она теперь любила его и старалась всегда поддержать.       — Пошли домой, я так устал… — едва пришёл в себя Армин и подруга, обнимая его нежно, неспеша вела к дому.       Мир постепенно восстанавливался после Гула Земли. Титанов больше не существовало. Камнем на сердце были и многие погибшие товарищи. Некоторые по прежнему навещали старых друзей. Энни Леонхардт последние годы питала к Армину романтические чувства, даже Микаса постаралась, чтобы их сблизить. Вроде первая любовь, только Арлет был верен ей и, когда первый раз спросил подругу, хочет ли она ребёнка, реакция была неожиданной.       — Я не против иметь ребёнка, но с условием, что бы ты был мужчиной и больше не плакал. — Микаса растрогала его сердце, но поставила условие.       Хоть и была сильной, она не могла вечно защищать и вытирать ему слёзы. Она была женщиной. Армин всегда переживал, извинялся. Ей дал слово, что будет ответственнее. Эрен наблюдал за друзьями, пара тонких девичьих рук обвивала талию.       — Скоро придут к тебе, Эрен Йегер. — сказала Имир, мать всех титанов.