Из воспоминаний Гая

212 градусов по Фаренгейту — температура, при которой закипает вода (и кровь). И всё когда-нибудь сгорает. И рано или поздно придётся покинуть укрытие. Но он удар судьбы не принимает, Он убегает, вспоминая место последнего прибытия. Я маштабами мыслил через мельчайшие детали, Будто бы хотел расширить микрочастицы вселенной. Но когда мы всё взорвали? Когда наконец свет станет белым? Я лишь хотел через пылающую призму огня Увидеть, какой яркий силуэт тени Создал мой друг, что заставил меня Грозный образ составить из горящей мишени. Сколько бы раз не пришлось сказать: Любовь, как огонь — затухнет, не сможешь зажечь. Любовь, как вода — вытекая, оставляет мокрый след на глазах. Сколько бы раз не пришлось утверждать: Любовь, как книга — снова сможешь прочесть, Любовь, как киностены, в разных тонах. Любовь — слово многогранное и разноцветное, Любовь для меня превратилась в бесцветное Вещество, что бывает лишь в книгах, А не в утопических кинофильмах. Давно ли я живу в программном коде? Давно ли я память стирал? Давно ли я живу не по моде? Давно ли я эту жену выбирал? Почему у меня сжимается сердце при виде пожара? Может быть, ты просто болен? Тогда почему я не могу принять смерти удара? Всё, ты мне надоел — ты уволен! Прощайте со взрывом нескольких трасс. Прощайте с боями, рабочий класс. Прощайте, но помните, я вернусь. Прощайте, но на века не задержусь. И всё когда-нибудь сгорает. И рано или поздно придётся покинуть укрытие. А Гай всё также не догорает. Он не примет этого проклятья...