Вино и сигареты

— Эл, завтра пятница, мне нужна новая рубашка для поездки в Колумбию. Эл? Ники уже битых десять минут пытался достучаться до Элисон, запершейся в комнате девушек. Дэн проводила время вместе с Мэттом в его комнате, о чем свидетельствовал Нил, еще с утра оккупировавший один из пуфиков напротив телевизора в их с кузенами комнате. С Рене же Хэммик столкнулся по пути сюда, а значит сомнений в том, что Рейнольдс в комнате одна, быть не могло. — Да что за противная девчонка. Элли! Внезапно слегка сжатая в кулак ладонь полоснула по воздуху на том самом месте, где только что была дверь. В ее проёме, едва заметно качаясь, стояла Элисон и недовольно буравила Ники взглядом. — Чего тебе, Хэммик? — Ого. Я больше не «милый»? Когда мы развелись? Бесцеременно открыв дверь шире, Ники наконец протискивается мимо Элисон в комнату. Чувствует запах алкоголя и понимающе морщится. — Алкоголизм у дам, увы, неизличим. Могла бы хоть для приличия позвать, пить в одиночестве — дурной тон. — Да пошел ты, — девушка зло толкнула дверь, с грохотом ее закрыв. — Чего ради вообще приперся? — Я же сказал. Пятница, Колумбия, шмотки. Сегодня наш еженедельный день шоппинга. Ну, знаешь, тот самый, когда мы после занятий уезжаем в город на твоей шикарной тачке, проебываем бабки на всякую херь, едим то, что не положено есть спортсменам, и обсуждаем сасные мужские задницы. Помнишь о таком? Пропустив все его слова мимо ушей, Элисон села за журнальный столик прямо в свое любимое кресло и вернулась к прерванному Ники занятию — взяла бокал красного сухого вина и слегка пригубила напиток. После этого подцепила аккуратными наманикюренными пальчиками кусочек сыра с плесенью и отправила его в рот, блаженно прожевывая лакомство. Парень обреченно вздохнул, но тут же с готовностью опустился в кресло напротив: — Второй бокал найдешь? Спустя несколько часов беспробудного пьянства и пару истерик Ники совсем незаметно для себя и подруги переместился поближе к ней, уютно устроившись прямо на полу у ее ног. — Зови меня всегда, поняла? Я никогда не оставлю тебя одну в этом дерьме. — Ты уедешь после окончания, наконец съедешься с Эриком и мои загоны уже перестанут тебя так уж волновать, — из-за выпитого алкоголя и простого любопытства Элисон протянула руку, зарываясь длинными тонкими пальцами в шевелюру Хэммика. Парень прикрыл глаза и откинул голову назад, чтобы ей было удобнее. Волосы Ники, чуть отсросшие с последней стрижки, густые и мягкие на ощупь, совершенно отличались от волос Сета. Ее погибший парень никогда не считал нужным запариваться над уходом за своей шевелюрой и считал всех, у кого длина превышала отсросший ёжик педиками. Ник совсем другое дело. Она как-то краем глаза видела, как он закупал кучу масок и кондиционеров для волос, помимо обычных шампуня и бальзама. Но он и не ее парень. Друг. С которым она снова чувствует себя спокойнее. Чуть царапнув нежную кожу головы, Элисон убирает руку, чтобы нашарить на полу оброненную пачку тонких сигарет с ментолом и зажигалку. Ники, успевший открыть глаза и повернувшийся к ней лицом, нахмурился и оказался быстрее. Пачка с громким свистом отлетела на другой конец комнаты. Все же их номер восемь был хорошим защитником. Элисон отчего-то посчитала нужным оправдаться: — Я думала, что вино и сигареты… — Помогут? — …все, что мне осталось. Напряженное лицо парня разглаживается. На губы возвращается мягкая улыбка. Элисон видит — он понимает. — Но я же тут. Я же пришел. И никогда тебя не оставлю. Я обещаю. Девушка чувствует подступивший к горлу ком и слезы, уже собирающиеся в уголках глаз. Привычно отворачивается, но вскоре чувствует сильные руки, обвившиеся вокруг ее талии и утянувшие ее на пол. Николас обнимает ее крепко-крепко, нежно-нежно, как хрупкую фарфоровую куклу, и продолжает шептать ей в волосы обещания. Она отчего-то знает, он сдержит их. И останется с ней. Или она с ним.