Глава 14

Даже самые глубокие знания не являются щитом от неизбежности гибели. Знания лишь освещает всем нам путь, по которому мы идём, предоставляя нам выбор, как встретить нашу судьбу. – Сапий Лепид, философ-темноглаз "Да уж, учить магии, не зная магии, оказалось ещё сложнее, чем я думал, – размышлял про себя Прокл Вердантис – Но, к счастью, мальчик смышлёный и всё быстро улавливает." Уже целую неделю Эйден с Вердатисом обучался магии темноглазых. В основе, как понимал Вердантис, ничего сложного в этом не было. Главное – это способность создавать и контролировать энергию. Вердантис, хоть и не обладал магическими книгами, интуитивно понимал принципы темноглазой магии: сначала необходимо сформировать в руке сгусток энергии, искрящийся молниями, затем увеличить его, и после этого, используя этот сгусток, можно создать, например, залп молний. Обучение проходило в дворцовом саду, несмотря на возражения Вердантиса: – Лучше заниматься в каком-нибудь поле. Здесь довольно мало места – предлагал он. – Пускай в первое время будет в нашем саду, – решительно сказала Элеонора. – А если он вам что-нибудь сломает? – беспокоился Вердантис. – Тогда чинить будешь ты, так что постарайся, чтобы он этого не сделал, – ответила Элеонора с улыбкой. Первые дни обучения Эйдена прошли без особых происшествий. После завтрака ученый и мальчик два часа по книге изучали как творить магию. Эйден сумел продемонстрировать Проклу и Элеоноре создание энергетического сгустка, что уже было большим прогрессом. После урока магии мальчик часок отдыхал. А потом в личной библиотеке Элеоноры, Вердантис учил мальчика гуманитарными науками и конечно считать. На шестой день Эйден попытался превзойти самого себя и едва не разрушил фонтан молниями, не справившись с контролем энергии. К счастью, молния попала в траву. В эту минуту Эйден и Вердантис очень сильно боялись посмотреть в сторону Элеоноры, которая все это время наблюдала за ними со своей скамейки. Её взгляд был злым и в то же время спокойным. Она сдержанно предупредила Эйдена, чтобы он больше так не делал, а после сказала Вердантису следующие: – Пока пусть занимается чем-то безобидным. Небольшие молнии и подобное, главное, чтобы мальчик учился контролировать их. А потом пускай делает опасные заклинания. На седьмой день Вердантис решил не нагружать Эйдена сложными магическими задачами. Вместо этого он попросил Эйдена создать что-то вроде небольшого толчка ветра. Это было отличным способом оценить его способность к концентрации и контролю. – Сначала создай сгусток энергии в руке, – сказал ученый – А потом представь, что в твоей руке заключен ветер. Как только у тебя получится, сделай взмах рукой, как будто выпускаешь этот ветер. Эйден последовал инструкциям Вердантиса, но снова потерял контроль и выпустил больше энергии, чем было нужно, что заставило Вердантиса пошатнуться. – О, Отец Звёзд, Эйден! Я же не вихрь у тебя просил, – воскликнул Вердантис, пытаясь сохранить равновесие. – О, извините... пожалуйста, – смущенно проговорил Эйден. – Ничего страшного, просто не так сильно делай, – успокоил его Вердантис. При следующей попытке Эйден выпустил слегка фиолетовый ветер, более контролируемый и слабый. – Отлично Эйден, молодец. В этот момент Прокл Вердантис увидел, как Элеонора сделала рукой жест, давая понять, что она хочет поговорить с ним наедине. А теперь Эйден сделай так еще пятьдесят раз, – сказал Вердантис – Но это много, – возразил Эйден. – Тем больше практики, тем лучше, – проговорил зеленоглазый ученый – А я пойду поговорю с Её Величеством. Подойдя к скамейке, Вердантис обратился к Элеоноре: – Позвольте мне сесть, Элеонора. – Садитесь, – ответила она. – Что думаешь? Быстро он учится? – Я думаю, что такими темпами через пару лет он будет неплохо управлять магией. Всё же учиться магии для темноглаза – это как учиться младенцу ходить, – сказал Вердантис, сев за стол. – Я собираюсь поехать в свою виллу в ближайшее время, – сказала Элеонора. – Со мной поедете и там будете обучать его более опасным приёмам. Постарайтесь хотя бы за короткий срок научить его самым распространёнными боевыми приемами темноглазых. – Молниеносное копье и залп молнии? – уточнил Вердантис. – Верно, – кивнула Элеонора. – А то, как вы знаете, через четыре месяца у этих шестиногих тварей начнётся брачный сезон. Эйден, услышав последние слова, вмешался в разговор: – Вы о чём говорите? Что такое брачный сезон? Элеонора, строго ответила Эйдену: – Тебе что сказали делать? Живо тренируйся! Эйден тут же продолжил выполнять это упражнение. – Ушки на макушке, – сказала королева, а затем перевела взгляд на Вердантиса. – Если бы не эти паразиты, я бы сразу отправила Эйдена на континент. Я просто хочу, чтобы к его одиннадцати годам мы могли это сделать. Кстати, ты уже рассказал ему о том, с кем он столкнётся там? – Увы, ещё нет. Но я обязательно ему расскажу, – ответил Вердантис. – А что за эти дни вы изучали? – продолжила Элеонора. – Я учил его писать и считать. Он умеет, и это хорошо, но пишет коряво, иногда неразборчиво и с ошибками. Это я и стараюсь исправить, – пояснил Вердантис. – И всё? – спросила Элеонора. – Я рассказал ему о нашем животном мире, – добавил Вердантис. – А историю? – Ну, рассказал о нашем королевстве и о старых королевствах до Тенебриза. – А про войну? – настаивала Элеонора. – Про какую, Ваше Величество? – Вердантис, не придуривайся. – Ну, так... немного. Мальчик сам умолял меня рассказать о ней. – Вот как, – прокомментировала она, затем обратилась к мальчику. – Эйден, подойди сюда. Мальчик остановил свои занятия и подошёл к ней: – Да, Нор... то есть госпожа? – Дружок, расскажи, что тебе наш господин Прокл Вердантис рассказал о Великой войне? – попросила его Элеонора. – Он мне рассказал, что эта война началась, как и все войны, из-за алчности людей и их неспособности договориться, – ответил Эйден. После этих слов Элеонора мрачно взглянула на Вердантиса, а затем улыбнулась Эйдену: – Спасибо, Эйден. Знаешь, если ты хочешь кого-то расспросить о Великой войне, то обращайся ко мне, ладно? – Да, конечно. – Иди, мальчик, можешь пока отдохнуть здесь. – Мы будем играть сегодня? – Нет, Эйден, у меня дела. Мальчик с легкой печалью на лице отправился к кустам с цветами, нагнулся и начал искать насекомых. – Алчный, говорите? – мрачным тоном сказала Элеонора, посмотрев в глаза ученого. – Ну, я не имел в виду именно вас и... – начал Вердантис, но Элеонора перебила его: – Прокл, я еще раз вам говорю. Следите, пожалуйста, за тем, что говорите. – Извините, Ваше Величество. – Мне ваши... Вдруг Эйден взволнованно обратился к Элеоноре: – Нора! Смотри, я нашёл ящерицу! – Не трогай её руками! А то бородавки будут, – предостерегла его Элеонора, не обращая внимания на неуважительный тон Эйдена. – Они бывают из-за лягушек, – ответил Эйден, но Элеонора решительно возразила: – Не умничай, юноша! Элеонора улыбнулась, снова обращаясь к Вердантису: – Правда, он милый... Даже не верится, что я такое говорю про темноглазого. – Знаете, Ваше Величество. Можно я задам вам один вопрос? – сказал Прокл серьезным тоном. – Задавайте – сказала Элеонора, слегка с грубостью. Она уже по тону ученого поняла, что он будет задавать ей околофилософские вопросы. – Мне интересно, как этот мальчик будет жить среди нас? – задал вопрос Прокл Вердантис. – Он будет жить во дворце, – отвечала Элеонора. – Что ещё? – Не об этом речь, – пояснил ученый. – Мне интересно, как он, скажем так сможет вписаться в зеленоглазое общество. Адаптируется ли он среди нас? – Конечно, а почему и нет. – Я честно говоря в этом сомневаюсь. – Откуда у вас такие беспокойства? – После того дня, когда Эйдена поймали, я был в таверне, – продолжил Вердантис. – И там многие посетители говорили, что этого "демона" следует убить, мол, у темноглазых нет души. Что все люди с темными глазами это исчадие Злобной рептилии и не заслуживают места среди порядочных людей. – Вы это к чему? – Я к тому, что для большой части населения этого острова он – урод. Ему на этом острове не рады. – шепотом сказал Вердантис. – Не бойтесь, он сольётся с нашим обществом, я вас уверяю. В будущем он примет обряд присоединение в Церкви Зеленого Брата, будет делать хорошие дела и постепенно народ поменяет к нему отношение. К тому же, кто их спрашивал? Если я так решила, значит это выгодно для нашего королевства. А если кто-то со мной будет не согласен, то последствия будут плохими. Вердантис, с ноткой скепсиса в голосе, уточнил: – Вы говорите, что он сольётся? – Да. – Также сольётся, как зеленоглазые сумели слиться с темноглазым обществом? Элеонора, услышав намёк Вердантиса, лишь хмыкнула и перевела взгляд на Эйдена, затем снова обратилась к Проклу: – Вы можете идти, господин Вердантис. Сегодня не стоит перегружать его учёбой. Он уже семь дней подряд усердно занимался. Пусть учебный график будет таков: пять дней обучения, один день отдыха. Важно, чтобы он демонстрировал прогресс в магии. Я хочу увидеть его успехи, когда муравьиды прибудут. ***