2.

Пользуясь моментом, он сразу подбежал к телу Генри. — ГЕНРИ!!! ГЕНРИ, БОЖЕ… ПРОСТИ МЕНЯ, ПРОСТИ ПОЖАЛУЙСТА!! От такого крика голубоглазый пискнул и ещё сильнее свернулся. Чарли же бился в истерике. Ну, его «истерика» проявлялась своеобразно — просто замер и ждал ответа, переодически повторяя свои слова. Он готов был сам разбить себе голову об стену, или пырнуть себя чем-то острым… Но как только он увидел, что криками делает все еще хуже, сразу замолк. В комнате до сих пор оставалось эхо, а Стикмин уже в калачик свернулся и немного дрожал. Сколько же нужно было держать парня в заложниках, сколько же нужно было пролить его крови, сколько потребовалось часов для пыток чтобы довести его до такого состояния. Бедняга вообще перестал подпускать к себе кого-либо, он даже потерял дар речи. Из-за повреждения голосовых связок во время одной из пыток в недавнее время. Если вы думаете что его пытали просто так то нет. У Реджинальда был план. И даже было два плана: Первый план заключался в том, чтобы пытать Генри до тех пор, пока он не переметнется к ним. Но, преступник наотрез отказался. Ведь он даже не знал эту банду, не знал что ожидать от нее и как будут к нему относиться в будущем, если сейчас его пытает лидер этой шайки-лейки. И с момента как Генри совсем разрушил себе психическое здоровье, этот план решили оставить всем коллективом. Никто не собирался терпеть коллегу-психа(он не псих, уверяю. Он… кто-то другой. Да). А второй план, более абсурдный, сейчас планируется исполниться. Психом можно легко управлять, если найти к нему подход. Ведь в случае беловолосого, он сделает все ради свободы. Это человек с разрушенной психикой, он сможет даже устроить массовое убийство или что-то в этом духе. Его можно использовать как марионетку в крайнем случае. Чарли все ещё не вымолвил не слова. Он хотел что-то сделать, может, как-то загладить вину… но что он может сделать? Он же сам в плену вместе с ним. Только если.. — …Генри. Я вытащу тебя от сюда. Обещаю. — в пол голоса вымолвил брюнет, пытаясь дотронуться до беловолосого. На удивление, последний поддался ему, а не отдернулся. Лишь тяжело вздохнул и перестал дрожать. Да. Опять фокусы с самопожертвованием. По другому он не сможет существовать, он слишком чувствительный к окружению. Для него лучше самому мучительно умереть, чем смотреть как пытают других. Он с детства уже насмотрелся жестокости, можно сказать она преследует его всю жизнь. И он устал от нее. Чарли немного успокоился, и отвел взгляд от изуродованного тела Стикмина. Все таки на него было слишком тяжело смотреть. А ещё он гомофоб, но особо этого не показывает. Может в этом помещении есть хоть какой-то кусок ткани, чтобы остановить кровь? Но нет, на первый взгляд в помещении нет ничего чтобы хоть как то выжить. Только лишь темные, облезлые стены с мокрым потолком и полом, какой-то ненужный хлам, что скопился в углу. И очень. Много. Цепей. Они развешаны везде, на стенах и на потолке, все время падая и издавая хриплый звон, который уже въелся в голову и слышен везде. От одного только из вида начинают болеть уши. Вдруг Генри медленно поднял голову. И все таким же мертвым взглядом смотрел в пустоту, особо не обращая внимания на Чарльза. Последний был рад, что его «сокамерник» имеет хоть какие то признаки жизни. — Хей, мужик.. Как долго ты тут находишься? А Генри лишь посмотрел на него. Повисла неловкая тишина, от чего брюнет отвел взгляд пытаясь собраться с мыслями. И через минуту он выпалил: — Ты помнишь как сюда попал? Но в ответ он получил взгляд, который на прямую говорил: «Ты издеваешься?» И голубоглазый положил руку на горло, просто чтобы как-то показать, что у него проблемы с речью. Языка жестов он не знал, но до пилота дошло. — А… Я понял… Извини. Последовала такая же короткая и неловкая тишина. Чарльз пытался придумать схему, чтобы общаться с Генри. В конце концов он решил просто задавать вопросы, на которые можно ответить «да» или «нет». — Тебя похитили давно? Генри кивнул. — Месяц назад? Генри с задержкой отрицательно помотал головой. Он уже сам не помнит сколько его держат. — Два месяца? — Уже два с половиной.. — хрипло ответил Стикмин, а в след за этим последовал кашель с кровью. Этого было достаточно чтобы напугать Чарли. Он уже бросился помочь, хотя помощь оказать парню он никакую не мог. Но к счастью обоих приступ вскоре закончился. И зеленоглазый уговорил Генри чтобы он больше не утруждался и разговаривал только жестами, пока у него такие проблемы. Время от времени они пытались переговориться, но Чарли все ещё не был спокоен, поэтому он решил немного разгрести весь хлам. Чудом, он нашел там что-то на подобии бинтов. В первую очередь он перебинтовал тело Генри в местах кровотоки. А остатки оставил у себя. Прошло довольно много времени, может быть прошла даже ночь. В подвале всегда была тьма, так что разделение на ночь и день у мальчиков практически не было. Половину времени они пытались разговаривать жестами, а остальную половину занимались херней и спали. Из-за холода им пришлось спать в притык… Но есть одна интересная загвоздка. В «ошейниках» мальчиков были встроенные камеры. Теперь угадайте, чем в свободное время занимался Реджинальд. Сразу после разбирательств с нападением, он сказал всему экипажу чтобы на протяжении недели его не трогали. А всю ответственность за последующие нападения свалил на Берта — случайного топпатца, который первый попался на глаза. Сам же он в тихорях сидел за камерами и следил за всем пиздецом. Ну, на самом деле в основном он смотрел на мальчиков в подвале. Смотря как Чарли помогает Генри, у него не было никаких слов кроме: — Ах, какие голубки у нас заселились))