charter 7. bonus.

— Стив, почему ты пришел так рано? — прикрывая рот рукой, отпивая глоток горячего кофе, обжигая руку кружкой спросила Кэли. — а ты, почему так рано? — задал встречный вопрос Харрингтон, подавляя усталость холодной водой. даже тут их предпочтения "с чего начать утро?" — разошлись. шатен предпочитает подавлять все свои ранне поднятые чувства холодной водой, брюнетка в тот черед, старается расслабиться за чашкой растворимого кофе, только растворившегося в кипятке. буквально каждое утро с момента прибытия Холл на работу в молл, начиналось с кружки кофе за перегородкой только открывшегося кафе, в ожидании опаздывающего напарника. — я тут каждое утро.. — тихо и неуверенно постаралась напомнить морячку Кэли, — а ты приходишь к часу. — поставила перед фактом парня веснушчатая и гордо отпила ещё кофе, обжигая горло, в надежде ответа на вопрос поставленный ранее ею. — я хотел сегодня прийти пораньше, так как ты всегда меня прикрываешь, — соврал Харрингтон и не подал ни единого шанса разгадать врет он, или же нет. карие глаза отдавали пепельно чёрным, этот пепельный оттенок отдавался и на одежде в которой пришел шатен, все буквально давило на деву, даже та отметка на стене у балкона дома Холл, каждый вечер ставит ее в тупик с мыслями, насколько запомнился тот вечер, на сколько не хотелось видеть морячка около стола у служебного помещения. не кинув на девушку ни единого взгляда: холодного, теплого, безразличного, ни одного из вышеперечисленных, возможно и всяких разных. темно карие глаза как можно лучше скрывались от таких же карих напротив, но надолго ли хватит этого смельчака, не спавшего пол ночи, а может и вовсе всю ? — что — то случилось? — задалась вопросом Кэл, подойдя ближе к столику, на котором уже разместилась морская форма, продавца Scoops Ahoy. — все хорошо, Холл, — холодно, тихо, безразлично, хриплый голос. Харрингтон не зовет деву по фамилии, не может быть, такого, ничего явно не хорошо. — не хочешь рассказывать — я не настаиваю, только вот форму ты не получишь, пока не посмотришь мне в глаза, Харрингтон. — поставила условие кудрявая и оттянула форму на себя раньше, чем тот сообразил. — зачем тебе это? — это? твоя форма мне увы, не нужна. — сделала паузу, чтобы напарнику было проще уловить всю суть разговора. — а вот то, почему ты не хочешь смотреть на меня и еле как разговариваешь — волнует меня гораздо больше. — только из — за работы. — обезнадеженным полушёпотом ответил Стив. Кэли скривилась, сразу после она осознала — он что — то скрывает, но в его голосе есть надежда, надежда, что что — нибудь да может измениться. — это ведь, не вопрос. — мысли в слух. — ты.. ты можешь со мной поделиться, я знаю тебя не долго, но ты крутой, — детка запнулась, Стив глянул на нее, но так же быстро опомнился и опустил голову вниз. за эти две секунды от силы, Кэли заметила красные глаза, опухшее лицо, она готова поспорить, что глаза напарника сейчас темнее нефти. — Стив, мамочки! — рехнутая Кэли буквально в ту же секунду отставила кружку с кофем на столе, форма автоматом перешла на другой край поверхности — свисая на половину, а сама морячка соприкоснулась бедрами со столом, оставляя яркие отметены, кружка упала на пол, еще горячий напиток бился о плитку, но девушка, мол, не замечает этого, берет в обе руки лицо напарника и приподнимает, заглядывая под капюшон, прямо в глаза, которые он так пытался скрыть, ведь именно в них, все ответы на вопросы Холл, — Харрингтон, твою ж мать. — покачнулась на месте дева, приподняв его голову на таком уровне, что крошечной ей, уже не достать взглядом до его макушки. — мне жаль, — сейчас напуганная Кэли Холл чувствовала эмоции в его голосе, чувствовала как быстро бьется ее сердце, пока у человека напротив пропускает удары. это так больно осознавать, что прямо сейчас, человек который необычайно быстро стал одним из самых важных, просто рассыпается у тебя на глазах и ты не можешь помочь. — ты пил? — в ответ отрицательный кивок. — курил? — слишком очевидный вопрос, на который последовал очевидный ответ. — спал? — отрицательно. — умх, плакал? — неужели вновь очевидный вопрос, неужели глаза просто так стали красными. Харрингтон минуту стоял точно как вкопанный, с замиранием сердца рассматривая веснушки на лице Холл, совершенно не находя ответа на ее вопрос. прямо сейчас она могла поклясться, что знает ответ на этот вопрос, но сомнения терзали, пока Стивен не обращал внимания ни на что, кроме созвездия на фарфоровой коже мисс я-все-знаю. — люблю, — запинка, отдышка, парень все так же стоит в одном положении, не сводя глаз, а его лицо в руках девушки уже точно не одну минуту, — тебя, — тихое и хриплое продолжение его предложения, которое почти что не возможно было разобрать с первого раза, но только морячок не собирался повторять. Харрингтон буквально вырвался из крепкой хватки хрупкой девушки и отошел подальше к стене, накинув обратно капюшон: все, что она хотела видеть — уже увидела. — я устал зажиматься с одеялом и думать о тебе, абсолютно устал смотреть на картину подаренную тобой и вспоминать каждый фрагмент той ночи. я даже купил упаковку сигарет, равную твоей, выкуривая по несколько за раз, но все не то, понимаешь? — срываясь на крик, продолжал шатен, — меня уже тошнит от тех сигарет и твоей надушенной записки. лишь последние три слова, повергли Кэли Холл в шок. *** «Стив, я ушла в молл, но не забыла о тебе и поэтому твой завтрак уже на столе. там кофе и блинчики, я надеюсь, что они вышли не настолько отвратительными и ты сможешь их съесть. приходи к обеду в кафе, я тебя прикрою. задротша Холл, для дурня Харрингтона.» усмехнувшись, кареглазый осмотрел стол, на кухне миниатюрного дома его напарницы, там лежало подобие на блины, рядом кружка растворимого кофе, накрытое доской, сохраняя теплоту. уже шел второй месяц лета, что есть второй месяц их совместной работы, но Кэли наотрез отказывается принимать тот факт, что завтракает Стив ни чем иным, как водой. оставив еду нетронутой, шатен захватил с верхней полки стакан, не высохшие капли воды оставили развод на записке, сорванной Стивеном с холодильника. — вот же черт, — пробурмотал морячок и принялся сушить записку, будто бы Кэли не собиралась ее выкинуть и лишь повесит на доску почёта. воздух в легких заканчивался, после чего следовали тяжелые вздохи, а правая рука уже болела трясти бумагу. — вот так развод, половина текста растеклась. вода пробивала себе путь на конец записки и последнее куда та попала, это на слово "дурень" полностью уничтожая написанное, останавливаясь на том месте. «это.. плохо?» — проскользнуло в мыслях и только сейчас, Харрингтон поднёс оторванный кусочек бумаги ближе к губам, ощущая сладкий запах вишни, с примесью чего — то кислого. что — то на подобии ухмылки старался выдавить из себя морячок, но остановился на дурацкой улыбке, что так сводила Холл с ума. в этот же момент, шатен сложил надушенную записку в карман джинсовой куртки и понёсся домой, совершенно позабыв о стакане на плите, с которого и началось происшествие. *** — записка? — сделала паузу разъярённая девушка, чтобы осознать всю сложность ситуации, — ты ее себе забрал? Стив положительно покачнул головой, а потом поджал еле заметные из под капюшона — губы. — я.. я думала, что ты выбросил ее и... — дева не могла подобрать слов, напарник с надеждой прожигал ее обувь, не осмеливаясь посмотреть выше. — и я прыснула на нее духами пару раз, чтобы тебе было приятно, ты ведь ушел и даже кофе не выпил. — я люблю тебя, Холл. — полностью проигнорировал реплику девушки, ссылаясь на признание, — и я хочу, чтобы ты была моей. — как бы уверенно не вскрикнул это Харрингтон, сдержаться было трудно, он покинул помещение, отходя в зал. Кэл стояла как вкопанная около минуты, в пластиковом окошке виднелся уходящий силуэт, морячка кинулась за ним, вступив в огромную лужу напитка, обрызгав свою форму, в том числе уничтожая белые как снег — кроссовки. — Стив, постой! — дева сорвалась с места быстрее, чем ее экс — парень покинул Scoops Ahoy, ей удалось подскользнуться и попасть по руке напарника, не давая шанса на побег. — я сегодня не буду работать. — ответил на еще не созревший вопрос Стивен. — я.. я не поэтому поводу. морячок обернулся, свел брови у переносицы, испепеляя взглядом мисс, взглядом полным недопонимания. — прости, — Харрингтон вот уже как поджал губы, злость кипела внутри, он не умел правильно выражать свои чувства, эмоции, он просто навсего застыл на месте, мысленно принимая ее отказ. Холл размышляла ровно десять секунд, утратив расчет во времени, когда для Стива каждая секунда длилась вечность. размышления девушки, привели ее к тому, о чем она может пожалеть. в тот же миг, ее алые губы ударились об покусанные и бледные. — я тебя люблю, — сквозь поцелуй, пробормотала веснушчатая, ощущая яркую улыбку парня.