В глубинах моего разума...

*** ШИНОБУ КОЧО       Жаркое летнее утро меня разбудило, я не хотя приняла положение сидя. Находилась я дома, на своей кроватке. Осмотрев свою комнату, я лишь могла отметить небольшой беспорядок на компьютерном столе. Так в моей комнате была идеальная чистота, большое окно с видом на наш двор, в котором были качели и много других детских забав.       Моё имя — Шинобу Кочо, мне двенадцать лет, я живу вместе с родителями и старшей сестрой — они для меня всё… я их люблю и не хочу их терять. Все плохие мысли о далеком будущем — глушил прекрасное летнее утро. Я улыбнулась и встав с кровати — начала делать разминку. Сначала прыжки с вытянутыми руками в стороны, потом ножницы и так далее. Моё обычное утро так и начиналось, хоть я и сама была японкой, как мои родители и сестра, но жили мы в Детройте. Было всё прекрасно.       Сделав разминку, я переоделась в свою домашнюю одежду, в которой обычно ходила по дому. Моя одежда была всегда фиолетового цвета, не знаю, но родители мне говорят, что именно фиолетовый цвет подходит мне, когда моей сестре — розовый. Как только я успешно переоделась, то подошла к столу и взяла свою заколку в виде бабочки.       Пока я пыталась одеть заколку — увидела листочек, который сама написала, чтобы ничего не забыть. Всё же надо на всякий случай записать, иначе забудешь.       На листочке было написано следующее: день рождение моё — 24 февраля 2017 года, пятница       Наконец-то надев заколку — я радостно выбежала из своей комнаты и направилась к ванне. Наш коридор был чист, только на тумбочке стояла клетка с птичками, которые тихо сопели. Повернув на право, я зашла в ванну и подошла к раковине.       На меня смотрело моё отражение, оно было красивым. Черные волосы, которые переходили в фиолетовый цвет. Мои фиолетовые глаза, которые как будто игрались. Красивое личико только и подчеркивало хорошее настроение. Никаких прыщей… ничего, всё гладко… как спичка. Я потянулась к стакану с зубной щеткой. Открыв кран — намочила щетку, достав зубную пасту из тумбочки — выжала немного жидкости на щетку, после чего начала чистить свои маленькие зубки.       Моя сестра — Канаэ Кочо, является пятнадцатилетней школьницей, она мечтает стать актёрам, а я — считаю, что нельзя так поступать, ибо играть фальшивые эмоции — бред и обман сущий. Может быть я что-то не понимаю, но это так.       Спустя минуту, я уже почистила зубки и помыв щетку — поставила в стакан, после чего вытерла свои губки полотенцем.       Надо было уже пойти на кухню и что-нибудь съесть, ибо ничего не ела. Выйдя из ванны и спустившись по лестнице на первый этаж — я увидела праздничный стол, мы его достаём только на дни рождения. На нём была еда, конечно, уже многое было съедено, вчера у Канаэ — было день рождение, всё же пятнадцать лет стукнуло. Наверняка опять гуляет со своим Санеми. Даже тошно становится от таких мыслей.       Сев за стол, я включила телевизор и начала смотреть мультфильмы. По каналам показывали разные мультфильмы, начиная от «Человек-паук: Через вселенные (2018)» и «Мальчик и птица (2023)» и заканчивая такими аниме как «Семья шпиона: Код белый (2023)» и «Академия Клинка (2029)». В каждом мультфильме и аниме была своя изюминка, которую никто не мог повторить в других проектах.       Странно было то, что в «Академия Клинка», был персонаж похожий на меня, не только видом, но и именем. Только та часто скрывала свои чувства, но что больше меня удивило, так это то что она была влюблена в своего учителя физкультуры.       Учителя звали — Томиока Гию, странно то, что Шинобу никогда не видела этого Гию в реальной жизни. Она не знала его вообще, многие были знакомы, но только не Томиока.       За просмотром мультфильмов — я завтракала, пока не услышала как кто-то вошёл в дом. Входная дверь открылась и показались родители — Иори Кочо и Кику Кочо.       Иори Кочо — мой папа, ему тридцать четыре года, он работает диспетчером… направляет и помогает людям через телефон. В моих глазах, он — герой, о котором никто не знает, что было очень грустно. Мой папа очень сильно любит нас.       Кику Кочо — моя мама, ей тридцать три года, она работает врачом. Тоже спасает людей, проводит операции — приводит людей обратно в наш мир. — Мама! Папа! — радостно прокричала я и встав со стула — побежала к родителям протянув руки вперёд.       Родители улыбнулись, пока папа повесил их джинсовые куртки, моя мама начала щекотать меня. — Ну мама! Хватити! Я же боюсь щекотки! — еле-еле проговорила я моля о пощаде, дабы мама меня не довела до туалета. — Ладно-ладно, всё — с добротой проговорила мама.       Папа посмотрел на меня и погладил по голове. — Как дела, Шинобу? — поинтересовался с нежным голосом папа. — Отлично! — сказала я и тут вспомнила образ своей старшей сестры, — а где Канаэ? — Она гуляет с Санеми и его друзьями — Обанаем Игуро и Томиокой Гию, — ответила мама. — А когда она придёт домой? — родители повели меня на кухню, папа поставил пакеты на стол и достал оттуда коробку с конфетами. — Шинобу, дай своей сестре немного отдохнуть, — попросила мама. — Ладно… — слегка обиженно проговорила я и подошла к папе.       Мой папа — брюнет, он ростом выше мамы и сестрёнки. Его фиолетовые глаза смотрели на все вкусности, что ранее были в пакете. На столе лежали шоколадки, зефиры, мармелады, мороженное и напитки, словно вчерашняя вечеринка — будет продолжаться. — Будем сегодня продолжать день рождение сестры? — поинтересовалась я у папы. — Что-то типа того, — попытался объяснить мне папа. — Родная, иди пока что поиграй с игрушками, пожалуйста, — попросила мама.       Я молча кивнула и пошла в зал, дабы поиграть с игрушками, каких у меня было предостаточно. Барби, машинки и так далее. За игрушками, я не заметила как на часах стукнуло три часа дня. Как вдруг… — Дорогая, подними пожалуйста телефон, — попросил папа маму.       Домашний телефон стоял в коридоре, так что пришлось маме выходит с кухни и подходить к телефону, пока папа чинил телевизор на кухне. — Хорошо, — сказала мама и подняла телефон, — Алло? Кто это?       Я точно не слышала разговора, но увидев мамину реакцию, мне становилось не по себе, как будто какие-то игла слегка надавили на плечо, создавался не уют. Мама прикрыла ладошкой свой рот и смотря в её глаза, она начинала плакать. — Где… где мы можем её забрать? — уже опершись об стену, на которой висел сам домашний телефон и некоторые картины, — Хорошо, мы приедем.       Спустя минуту — телефон висел, даже не повесили его обратно на своё законное место, а мама уже сидя на полу — рыдала. Этот плач услышал папа и быстро подбежал к маме, как и я. — Кику, что случилось? Почему ты плачешь? — папа пытался чем-нибудь помочь маме осматривая её лицо. — Мам, почему ты плачешь? — даже я не осталась в стороне, поэтому положила свою ладошку в её. — М-м-милые, её… её больше нет… — еле-еле проговорила мама и спрятала своё лицо ладонями, чтобы мы не видели её слёз. — Кого?.. — папа уже начинал понимать, в это время я просто стояла и ничего не понимала, только пыталась понять с разговоров что-нибудь. — Канаэ… её и ещё одного мальчика нашли мёртвыми… около кинотеатра, — заявила мама.       От осознания того, что моей сестры больше нет, я начинала потихоньку плакать, в это время папа тоже немного начинал ронять слёзы, но виду не подавал, всё же — мужчина не должен рыдать — стыдно. — А кто этот мальчик? Санеми? — с дрожащим голосом спросил папа.       Мама в это время просто слегка помотала головой в знак отрицания. — Я не знаю… мне не сказали, нам надо приехать в морг… на опознание тела, — заявила мама. — Приедем, прямо сейчас, — серьёзно сказал папа помогая маме встать с колен.       Папа помог маме пройти к машине и сам сел за руль, я села рядом с мамой, дабы поддержать её. Хотя я сама была на грани, чтобы не зарыдать.       Наш дом был закрыт мной, поэтому я не волновалась за него. Мы проехали пару районов и остановились за больницей. — Вот и он, — сказал папа и вышел из машины.       Мама вышла следом и открыв мне двери — я вышла из салона. Мама взяла меня за ручку и мы троём направились к одинокой двери, которая обозначалась одной табличкой «Морг». Зайдя в здание, мне стало не очень хорошо, было холодно и пахло конечно не очень хорошо. Коридоры были длинными и не такими широкими. Освещение было среднее, можно было заметить, что по сторонам стояли стулья. Около одного кабинета стоял мужчина, он был в очках, и курил сигарету. Когда мы подошли — он нас заметил. — Это вы семья Кочо? — поинтересовался он убирая недокуренную сигарету. — Да, Иори Кочо и Кику Кочо, — представился папа. — Пройдёмте, — позвал следователь внутрь… в кабинет.       Мужчина открыл нам двери и мы вошли внутрь. Там стояло три человека в голубых костюмах, чем-то они были похожи на те, в которых были врачи, когда делаю кому-то операцию со вскрытием.       Один из этих мужчин — был в очках и отвернулся от нас и от стола, на котором что-то лежало… оно было накрыто белой простынёй. Остальные два врача просто смотрели на нас, на их лицах не было очков, но были маски, что не позволяли увидеть кто это. — Иори, Кику, я — лейтенант Джексон Браун, можете ли вы опознать тело? — поинтересовался мужчина, что нас привёл в этот кабинет. — Да… — с какой-то болью в душе сказал папа.       Джексон только грустно кивнул и один из врачей взяв за простыню — немного открыл её. На столе лежала сестрёнка. Простыню убрали до живота, на ней почти ничего не было, кроме лифчика. В один момент я впала в шок… мама так сильно начала рыдать, что даже мне стало не по себе… окружающим по всей видимости тоже. Только папа пытался помочь маме успокоится.       Я посмотрела на тело сестры… оно было бледным… как снег. Левая сторона лба — была расквашена, на губах застыла кровь, а на животе красовался разрез. Врачи пытались понять из-за чего погибла Канаэ. — По реакции могу сказать, что это… — не договорил Браун, дабы не создавать ещё больше звуков, которые брали за душу.       Папа лишь кивнул следователю и последний лишь накрыл обратно простыню на сестру. Я пыталась сдержаться от слёз… это у меня получалось пока отлично… — Извиняюсь, а что там произошло? — поинтересовался папа у следователя. — Около кинотеатра находились четыре алкаша, уже выпившие… ваша дочь вместе с ещё тремя мальчиками была около этого кинотеатра. Они докопались до вашей дочери. Там уже постарался защитить нецензурной лексикой мальчик Шинадзугава Санеми. По всей видимости — алкаши разозлились и попытались ударить его, но этого беловолосого могло уже не быть, если бы его не защитил его друг… которого нашли около вашей дочери… он тоже мёртв… у мальчика были обнаружены осколки стеклянной бутылки в области затылка и гематомы на животе и челюсти… когда на вашей дочери только разбита лобная часть черепа… ваша дочь могла выжить, если смогли провести первую помощь сразу, но… никто не захотел, ибо там людей было дофига, — следователь спрятал свой взгляд, ему было больно видеть как такие как Канаэ смогли погибнуть. — А… если мёртвый мальчик не Санеми, то тогда кто? — поинтересовалась мама, смотря на следователя своими мокрыми глазами. — Мальчика звали — Томиока Гию, кстати о нём, осматривая длительно его тело, мы можем сказать, что он не только защищал Санеми, но и дрался за вашу дочь против этих убийц, — проговорил следователь, показывая фотки моему папе, на них было изображено тело мальчика. — Твою… его пинали? — шокировано спросил папа. — Да… могу сказать, этот мальчик — герой… правда, жалко, что Канаэ и Гию погибли, — следователь ещё больше погрустнел.       Дальше было как в тумане, я могла только увидеть могилы двух людей…       Канаэ Кочо… 31.06.2014—01.07.2029… и Томиока Гию… 08.02.2013—01.07.2029…       Я остальные дни рыдала… очень сильно, что даже больше не могла выводить из себя слёзы… каждый раз я приходила на могилу своей сестры… даже сегодняшний день — не обошёлся без этого…       Было очень странно, если раньше хоть вороны каркали, то сейчас — абсолютная тишина… — Шинобу… — это был голос… её голос…       Я моргнула и за мои плечи схватилась сестра… но… в то же время это была не она…       Её глаза были белыми… без зрачков… её раны гнили… как и сама кожа. Рядом с ней стоял парень… брюнет… с длинными волосами… его глаза тоже были белыми и его лицо ничего не показывало… никаких эмоций. — Шинобу… проснись, — сказала сестра…       В миг я проснулась… я лежала в своей кровати… проснулась в холодном поту… как обычно…       Вокруг была ночь, моя квартира в Детройте была вся завалена мусором… только фотография родителей и сестры стояла на тумбочке… вот что не изменилось…       Этот сон часто мне снится… сначала я подумала, что всё нормально, со временем пройдёт… но сейчас…       Моё имя — Шинобу Кочо, мне двадцать один год, я потеряла себя… хоть я работаю следователем в Детройте, но всё ещё не могу оправится от потери своей старшей сестры… я давно живу одна, родители вроде как смирились с потерей и живут нормально… сказать честно… я ненавижу свою жизнь… мне жаль только моих родителей… моего попугая, что сейчас спокойно спал… как же мне хочется вернуться до смерти Канаэ… тогда было всё радостно… а теперь… вокруг мрак…       И никто мне не поможет…