Глава 44. День Яйца Грозы. Осталось 3 месяца до Дня Икс

Глава 44. День Яйца Грозы. Осталось 3 месяца до Дня Икс

Приняв порцию кислорода в легкие, я утомленно пробежала взглядом по всему банкетному залу Глубокого дворца. Изысканная мебель, изготовленная из кораллов и ракушек, придавала залу особый шарм и уют. Статуи морских драконов, украшенные расцветающими водорослями, возвышались на разных сторонах зала, создавая удивительный и загадочный облик. Стены зала и потолок были украшены узорами из ракушек, кораллов, драгоценных камней и искрящихся кристаллов, которые создавали яркие и игривые отражения от мерцающих узоров морских драконов. Столы, украшенные изящными скатертями из прозрачной водоросли, украшались горами свежих морских деликатесов — прозрачные устрицы, изысканные раки, креветки, аппетитные крабы, кальмары, куски акулы и другие разновидности морской рыбы и растительности. Большая часть уже была съедена, но для меня это не имело значения. Я пристально наблюдала за оставшимися драконами из высшего общества морского племени. Практически каждый гость был из богатой или знатной семьи, и на каждом драконе что-то блестело. Разнообразие украшений было ошеломляющим: жемчужные ожерелья, различные серьги, браслеты, кольца, украшения для крыльев и хвоста. Множество драконов были с драгоценными камнями, пронизывающими их чешую, словно звезды на небесах. Однако, при всей этой роскоши, было видно, что слуги и стражники, хоть и были неотъемлемой частью обслуживания и безопасности, оставались лишены каких-либо украшений. Казалось, что они были невидимыми, их присутствие не привлекало внимания, если только не подзовут. Сквозь густую воду я могла разглядеть яркие светящиеся узоры, которые драконы использовали для общения. Каждый из них был занят бурными разговорами, полностью погруженный в свои дела и интересы. Среди прекрасно наряженных морских драконов я чувствовала себя неуверенно. Все гости, как и я, были из высшего сословия и знатных семей. Чтобы соответствовать этому роскошному обществу, мне пришлось достать из сундука свои украшения: серьги, ожерелье, браслеты и, конечно же, кольца. К счастью, мне помогла Орка. Самое печальное было то, что праздник был устроен в мою честь, но я не могу сказать, что очень радовалась. Конечно, были хорошие моменты, и не могу сказать, что банкет мне совсем не понравился, но праздник меня очень утомил, особенно когда приходилось общаться со всеми гостями. Меня называли Грозой Смертоносной, героиней племени, дочерью командующей Бури, именинницей. Многие хотели пообщаться со мной как с той, кто сражалась с принцессой Огонь и Когтями королевы Глетчер… Нельзя соврать и сказать, что мне не нравилось рассказывать о своих сражениях. Но я устала от всего этого и просто хочу вернуться домой и лечь спать. Слава трём лунам мне не обязательно было принимать дальнейшее участие в мероприятии. Я была рада, что Орка сопровождала меня на протяжении всего мероприятия. Благодаря ей я чувствовала себя спокойнее. Ещё на празднике была Лазурь, но она скорее приплыла для формальности и практически сразу уплыла обратно в Летний дворец, чтобы закончить рисовать семейный портрет для Коралл. Пучина, наверное, уплыла вместе с ней. Было очевидно, что она не была здесь желанной, так же как и во всем морском королевстве. Трудно представить, какие проблемы устроила бы Коралл, если бы она посмела хоть на мгновение здесь появиться. Шторм вообще не захотел приплывать и предпочел остаться дома. Орка говорила, что он уплывал куда-то на месяц, чтобы разобраться с собой. Теперь он хотя бы начал писать, это некоторый прогресс… На празднике была ещё мама, но она провела большую часть времени с королем и другими военными. Отец был с Коралл почти все время, а дедушка общался со своими старыми друзьями, которые остались живы или уже перестали служить по тем же причинам, что и он. На самом деле, помимо меня, день яйца был также у Лазури и Шторма, но мы решили отметить праздник утром, в кругу семьи и близких друзей. В итоге я отпраздновала свое семилетие дважды сегодня. Орка, как всегда, была рядом и заметила мою усталость без слов. Мы покинули банкет, проследовали по коридорам дворца и быстро вернулись в мою комнату. Мне очень хотелось избавиться от всех безделушек, которые мне мешали. — Согласись, не так уж и плохо было! — начала Орка. — Да, просто… утомительно. Не знаю, как ты находишь в себе силы, чтобы постоянно участвовать в таких мероприятиях. Даже после тренировок я остаюсь не такой истощенной, — сказала Гроза, снимая с себя последнее кольцо и начиная наслаждаться ощущением легкости и свободы от ненужного драгоценного хлама. — К этому нужно привыкнуть. Мама постоянно брала меня на все мероприятия, вот и привыкла. Ты собираешься спать? Но ведь ещё даже не вечер! — пожаловалась Орка. — Прости, но у меня завтра трудный день. Если хочешь, можешь присоединиться ко мне, — устало промигала Гроза, готовясь ко сну. — Но ведь ты даже мой подарок ещё не видела! — обижено промигала узорами Орка. — Я такое тебе приготовила… — Ну ладно… — согласилась Гроза, не желая, чтобы подруга разрыдалась, и, к тому же, ей самой было любопытно. Пока мы плыли, я вспомнила разговор со Штормом, который произошел недавно, примерно неделю назад: — Что ты имеешь в виду? — задала вопрос Гроза, после того как прочла свиток, который дал ей Шторм. — Ты же… Шторм кивнул и начал писать своим когтем на песке: «Да… После той ужасной битвы мне понадобилось время, чтобы прийти в себя. Я решил отстраниться от всех и пересмотреть свои взгляды на жизнь. Хаос, который раздирал меня изнутри, нашел внутреннюю гармонию. Я понял, что больше не испытываю чувств к Орке, а былая любовь испарилась. Или вообще была ли когда-либо любовь? Возможно, это было наваждение, но сейчас я осознал это. Я знаю о твоих чувствах к Орке, и хотя раньше меня немного мучила ревность, и я был не против, сейчас меня это совершенно не интересует.» — Но… — Гроза размышляла над тем, что сказать. «Я не забыл о твоем обещании, но сейчас оно не имеет смысла. В моем сердце больше нет любви и места для Орки, и нас связывает только помолвка, которая мне не особо нужна. Извини, но я не могу сказать тебе кого выбирать из двух, ты должна решить своим сердцем.» — Шторм закончил писать и посмотрел на сестру, было видно, что она металась между Оркой и Смерчем. — Ясно… — Гроза ответила не слишком радостно. — А что насчет тебя? Что ты задумал, когда был в… «Сначала я хочу остановить войну, и ты знаешь, каким способом. Я останусь дома и буду ждать того дня. А если я выживу и наступит мир, то… постараюсь его изменить к лучшему, чтобы больше не было войн.» — Шторм закончил писать и только ему было известно, где он лгал, где писал правду и что осталось недоговоренным. — О чем задумалась? — спросила Орка, заметив, что ее подруга погрузилась в размышления. — Просто устала от банкета, — ответила Гроза, взгляд ее стал бледным. — Ну тогда давай поговорим о чем-то другом. Например, каково быть генералом и третьим замом Бури? — предложила Орка и продолжила медленно плыть к особому месту. — Не так уж и легко на самом деле. Когда у тебя около десяти драконов в отряде, управлять ими легко, но когда их несколько десятков… Драконы иногда бывают настолько тупыми, что приходится кричать на них, чтобы они наконец поняли! — вспомнила Гроза, как ей пришлось кричать на одного командира лагеря, который плохо ориентировался в пространстве и едва нашел место назначения. Впрочем, таких индивидуумов было предостаточно, и они серьезно попортили нервы Грозе. — Я тебя очень хорошо понимаю, — улыбнулась Орка, заметив нужную скалу. — Быть командиром лагеря было проще, и у меня было больше времени. Сейчас мне приходится постоянно взаимодействовать с драконами и следить, чтобы они правильно выполняли приказы и ничего не напортачили! Так как мы ушли в оборону и находимся недалеко от наших границ, я могла больше времени проводить с тобой. Но когда начнется наступление… — Ты пропадешь на месяцы, — договорила за нее Орка, заметив связь с Бурей. — Я заметила эту закономерность во время предыдущих наступлений с Бурей. Почти после каждой крупной битвы наступает тишина, и драконы начинают залечивать раны. В такие моменты Буря часто возвращалась домой. — Да… И я часто возвращалась с ней после повышения. Надо сказать, спасибо Пиранье. Она помогла мне, когда я была командиром лагеря. А сейчас она помогает и выполняет часть моей работы. Благодаря моей рекомендации и ее усердию и компетентности, она наверняка скоро станет генералом, если место освободится, — радовалась Гроза за подругу, но немного погрустнела, понимая, что найти ей замену будет трудно. — Да, помню её, — Орка вспоминала драконессу, которая видела в Буре и Грозе своих идолов и всегда старалась выглядеть в лучшем свете. Принцесса не видела в ней соперницы, и их отношения остались нейтрально-положительными. — Мы почти приплыли! — Орка указала на морской туннель в скале! Проплывая по нему, мы оказались в небольшой пещере. Мы оказались внутри пещеры, словно в её волшебном плену. Потолок состоял из зелёных листьев, так плотно уложенных друг на друга, будто они старались удержать эту красоту от посторонних глаз. Проникающий сквозь листву лунный свет создавал игру света и теней, лаская глаза нежными лучами. Я стояла, замерев на месте, полностью поглощённая магией этого места. Стены пещеры впитывали наши взгляды. История двух драконесс была вырезана с помощью когтей на каждом камне, словно Орка вкладывала в каждую деталь частичку своей души. Грубый камень на стенах, потемневший от шлифовки, принимал узоры и резьбу, будто раскрывал свою тайну. Орнаменты, наполненные зеленью, искрились в сером интерьере пещеры. Я стояла перед стеной пещеры, всматриваясь в тщательно вырезанные рисунки, которые предстали перед моими глазами. Они были такими яркими и выразительными, что казалось, будто ожили и рассказывали целую историю. Первый рисунок, самый яркий и запоминающийся, изображал двух юных драконесс в их детстве. Одна из них всегда носила на голове прекрасную корону, подчёркивая её благородное происхождение. Кроме них там были изображены их семьи. По какой-то причине наскальная живопись вызывала сильные и приятные эмоции. Будто это было что-то знакомое и родное сердцу. Следующий рисунок рассказывал, как родители по обе стороны от драконесс решили устроить помолвку и хотели выдать их за тех, кого они не любят. Глядя на этот душераздирающий шедевр, я ощутила боль и горечь. Чем дольше я рассматривала рисунки, тем сильнее понимала, что Орка изобразила нашу историю — историю нашей любви. Каждая линия, каждая деталь отражала искру искренних чувств. Я ощущала, как пламя начинает возгораться в моем сердце. Я полностью погрузилась в это произведение искусства, позволила рисункам пробудить во мне самые глубокие эмоции. История продолжалась… Один из следующих рисунков показывал, как я вместе с мамой сражалась с двумя злыми принцессами. Мы победили их и вернули мир в Пиррию. Я судорожно втягивала воздух, невольно проникая в эти сцены, словно нахожусь там в самый решающий момент. На следующем рисунке было изображено, как королева и мать Орки, узнав о подвиге, разрешила двум влюбленным жениться, убрав все препятствия с их пути. Эта сцена, вызывающая столько чувств и радости, вызвала у меня непреодолимое желание улыбнуться. И, наконец, заключительная часть. История любви двух драконесс разворачивалась перед нами в бесконечной причудливой пляске. Узоры изображали изгибы тел, сплетенные хвоста, испепеляющие огни глаз — все, что отражало силу и красоту их непокорной любви. Их парные фигуры, запечатленные в этом орнаменте, что-то говорили о настоящей страсти, которая соединяла их сердца и позволяла им преодолевать любые преграды. — Ну как? — задержав дыхание спросила Орка, заметив пару слезинок, потекших из глаз возлюбленной. Я стояла перед этим великолепным произведением искусства, которое Орка создала для меня на день яйца. Моя душа словно проникла внутрь истории, изображенной на стенах пещеры, и я почувствовала, как волны эмоций накатывают на меня. Я пыталась сдержать слезы, но они просто текли по моим щекам. История любви, рассказанная Оркой, оживала перед моими глазами. У каждого рисунка была своя сила и глубина, которые отражали искренность и одержимую страсть творца. Я ощутила сильные эмоции в каждой сцене, каждом моменте. Меня охватили боль, горечь, радость и надежда — все в одно время, все проникло в самую глубину моей души. Я пыталась сдержать эти эмоции, потому что всегда старалась быть сильной и не показывать свою слабость. Но перед такой красотой, перед всей этой живой и пронзительной историей, мои слезы не могли быть сдержаны. — У меня нет слов… Это просто потрясающе… — Я была потрясена, на первый взгляд обычные, но очень талантливые настенные рисунки произвели на меня больше эмоций, чем самый дорогой подарок, чем самый счастливый день в жизни. — Мне понадобилось много времени, чтобы сделать это. Я долго думала о том, что подарить тебе на семилетие. Ты не интересуешься сокровищами и драгоценностями, поэтому я хотела сделать что-то особенное. Похоже, я не ошиблась. Орка смотрела на меня, удивленную и взволнованную, и сама не могла не радоваться. Даже я сама не знала, что подобный подарок, сделанный с любовью, сможет тронуть сердце и привести к слезам. Нахлынувшие эмоции словно волны накатывали на меня, захлестывая и захватывая любые попытки их контролировать. Я старалась проявить свою внутреннюю силу, чтобы не показывать свою слабость. Вспомнила прошлую жизнь, как была самцом и думала, что плачут только девочки над подарками, но все это было тщетно. Всякая негативная эмоция была сдавлена этой волной положительных чувств, которые я испытывала. Мои глаза заполнились слезами благодарности и умиления перед Оркой за ее невероятный и глубокий подарок. Я не могла не поблагодарить ее и понимала, что словами это невозможно выразить. Я долго думала над этим, особенно после разговора со Штормом. Не буду лгать себе, мне давно нравилась Орка и, наверное, если бы не Шторм и их помолвка, то давно бы оказалась в постели с Оркой. Орка многие месяцы пыталась завоевать мое сердце и только обещание брату и не желание предавать его останавливали меня. Меня и сейчас отталкивает помолвка… Но, похоже, это неизбежно. Тогда зачем противиться? Не говоря о том, что это будет мой первый опыт за две жизни! Это заводит… Вместо того чтобы просто сказать «спасибо», я решила «отблагодарить» Орку, вспомнив о ее любви к ласкам и прикосновениям с прошлого раза. Нежно и с любовью, я начала ласкать ее мордочку, и она ответила взаимностью. Я повалила подругу на спину и оказалась сверху, продолжая обнимать и ласкать ее. В тот момент я почувствовала, что наша любовь, подобно истории, изображенной на стенах пещеры, оживает и совершенствуется. Мы были объединены не только страстью, но и нежной взаимной заботой друг о друге. Эти моменты, когда мы просто наслаждались присутствием друг друга и делились своей любовью, были безусловно особенными. Орка не ожидала ничего от своего подарка; она просто хотела сделать что-то особенное для своей возлюбленной. Когда Гроза выразила свою благодарность и умиление перед ней, ее удивление было искренним. Она не ожидала, что ее простой, на первый взгляд, подарок, сделанный с любовью, вызовет такую сильную реакцию. Орка чувствовала вкус своей возлюбленной и, прежде чем погрузиться полностью, она размышляла: «У меня получилось? Это сработало? Так можно было? Без дракомантии? Без значительной помощи остальных? Если это так, то, возможно, мне дракомантия не нужна. Я уже достаточно натворила, поэтому не хочу, чтобы история с Молотом повторилась».