Глава 6 — Фридрих Хауэр

Ребенок тут же схватился за свою руку, внимательно рассматривая ее и шмыгая носом. Солдат явно ее крепко сжимал, так что реакция малыша была ясна. Фриц повернул голову в сторону ларька(он был не далеко), в который возможно направлялся мальчишка, там была небольшая щель, проход — куда неизвестно, но если те его отпустят, немец догадывался что сиротка там и скроется. Если конечно у него был подобный опыт, а именно когда нельзя убегать на открытом пространстве, то немец не ошибся. Рукой гестаповец коснулся плеча мальчонка, от чего тот вздрогнул и испуганно, словно надеясь на какую-либо помощь посмотрел на солдата, который только что его отпустил. — Не на этот подарок ты надеялся малыш. — В глубине души Фридрих готов был проникнуться сочувствием к беспризорнику, но он знал что война никого не щадит, а наоборот «вытаскивает из людей самое плохое». Фриц подтолкнул ребенка от себя, а он, не особо понимая происходящего, словно младенец — чуть не упал. Ноги предательски подкосились, из-за чего тот был похож на жеребенка, который только-только учился ходить. Не прошло и пары секунд как мальчик сообразил что нужно делать, а если быть точнее — бежать. Он в последний раз посмотрел на немцев; солдат вопросительно выгнул бровь а Фридрих кивнул. Это разрешение. Шаг, еще и он перешел на бег, неуклюже но быстро тот добрался до того самого угла, за которым как и предполагал гестаповец – должен был скрыться. В эти самые последние секунды, до того как он успел шмыгнуть в щель, Фридрих достал свой вальтер и щёлкнув предохранителем направил на свою движущуюся цель. Выстрелит? Вдруг он меняет направление и.. Он попал в стену, но никак не в ребенка которого уже не было. «Думаю достаточно хороший намек на то, что лучше не нарушать комендантский час». — Промазал, какая жалость. — Немец иронично выгнул брови и вернул вальтер в кобуру. Посмотрев на солдата продолжил: — Если и уничтожать от «неправильных», то лучше начать с потомства. Преследовать не советую, но если встретишь еще раз – убей. Он знал что везунчик не проживет долго, тем более в таком вот пагубном состоянии.