Обречённый на одиночество

Вечер, пустые улицы, лишь редкие прохожие нарушают спокойствие сырых от дождя тротуаров. Эти люди скорее всего очень устали, наверняка идут домой с учёбы или работы. Два силуэта идут под зонтом по парку, обсуждая накопившиеся проблемы. Худощавый, замученный младший, возле обеспокоенного, сожалеющего старшего. Они и представить не могут, какой оборот получит их история. Жёлтый свет фонарей дополняет эту напряжённую атмосферу. Дождь неприятно слепит глаза каплями. "Привела же нелёгкая". Третий силуэт зашёл за угол. Картинка меняется Дождь ушёл, стало заметно прохладнее. Прохожий идёт навстречу двум парням, один из которых тащит второго на спине. Вот эти другие, они явно шли с бара. Парнишка, находившийся на спине, громко ругался на людей на улице. — А ты тут хули вырядился? Важный типа, хуй бумажный. — Злобно прикрикнул на прохожего сидящий на спине. — Успокойся уже. — Вздохнул второй. "Эта история пусть и началась странно, но закончиться должна мило". Следующий переулок На улице раннее утро, а группа следователей и экспертов уже работает на месте убийства. — Что тут? — Заходя за оцепление, спросил детектив. Иная реальность.. этот "случайный прохожий" очень похож на предыдущего парня, что нёс своего "друга", а ещё… — Что-что, труп с утра пораньше. Место осмотрели уже, ничего внятного так и не нашли. — Вздохнув, протараторил уже заученную наизусть фразу веснушчатый парень. — Жмурик лежит, следов нет. Быть не может, даже такой киллер рано или поздно проебётся. — Глеб осмотрел тело и начал осматривать оцепленное место и ближайшие крыши. — Вопрос только рано или поздно. — светловолосый посмотрел на небо. — Я дойду до ближайшей кафешки, ты тут развлекайся. — добавил он, выходя из оцепления. Этот веснушчатый… он практически его копия. Как такое может быть? Это две реальности, но какая истинная? — Ён! — Прикрикнул Глеб. — Аюль. — Мне тоже возьми поесть. — В ответ детектив получил кивок. "Ён… я ещё жив". Поворот Каким образом мужчина оказался в лесу, зайдя за многоэтажку в городе? А где сам город? Небоскрёбы превратились в высокие сосны, дубы. Жилые здания в маленькие домишки. Время суток в этот раз не изменилось. В лесу слышны шаги, видно кто-то из жителей большого дома, впереди мужчины, вышел на пробежку. Шаги приблизились и мимо него пробежал уже знакомый "прохожему" парень, тот самый, что тащил пьяного друга на спине. "Насколько сплетены мои истории… вот она, истинная реальность". Прохожий улыбнулся и, один раз завернув, вновь оказался в другом месте. В этот раз мужчина стоял на вершине скалы с листами бумаги в руках. Бумага, перо и чернила — неотъемлемые части его приключений. Если так подумать… он их и создал. Мужчина смотрит в небо, внося последние правки в свои истории. От ветра его закрывает пара массивных белых крыльев(раннее они были не видны). "Везёт тем, кого я создаю в своих повествованиях, они могут говорить друг с другом, любить друг друга, они могут избавиться от одиночества", — мужчина прикрыл глаза. Он в этой жизни никто, но без него не существует этой жизни. Он совершенно один, но вокруг него миллиарды людей, с которыми он не может заговорить. Он чувствует себя плохо, ужасно, но не скажет, не может сказать. Он — немой писатель, немой Бог. "Ёнбин… ведь это моё имя. Я создал тебя, чтоб хоть как-то жить свою жизнь. Я создал множество реальностей, чтобы ты мог то, чего не могу я. Я создал тебя, чтоб ты не был так же одинок…" Ён ненавидит своё вечное одиночество. Мужчина уже почти потерял себя в этой пустоте своего окружения. Одиночество, как болото, затягивает его всё глубже в трясину страха, боли и вечной печали. "Каждой твари по паре", — Бин сам так говорил, всё более и более убеждаясь, что он таковым не является. Безмолвное божество уже никто не спасёт, и он смирился. Ему плохо, где-то внутри он кричит, но его не слышат, Ён смирился. Он уже принял свою участь: быть вечно заточённым в тени других, но иметь власть над их судьбами. Взор всевышнего упал вниз. С этой скалы он видит все свои реальности. Ён наблюдает за тем, что создано его трудом и где-то в сознании писателя зарождается счастье. "Хорошо, что они счастливы и не знают, что скрывается в тени их существования", — на лице, словно восходящее солнце, появляется тёплая улыбка. Бог обернулся на пещеру за своей спиной: "Жаль, что даже в таком тихом омуте водятся черти". Из пещеры раздался смех.