Инквизиция.

На входе в последнее пристанище проклятых, Тамуз почувствовал что-то неладное. В тоннелях не было слышно разговоров, стонов, даже уставшие вздохи не раздавались где-то вдалеке, как здесь это было принято. Испытывая напряжение, проклятый юноша побежал прямо на "главную улицу" этого места, где обычно проводились собрания и душевные разговоры... Но то, что он увидел, заставило его ужаснуться. Вокруг было множество трупов его собратьев. В спертом воздухе стоял запах горелого мяса, который исходил от них. Каждый из убитых имел свою уникальную рану и казалось, что если сложить трупы в определенном порядке, то можно было получить какую-то извращённую картину. Пробитые насквозь, с проженными глазами, изуродованными лицами, без рук или ног, все они были убиты. Однако, сейчас Тамуза интересовало только то, что стало с его дорогими друзьями и детьми. Пробегая мимо трупов и не находя родных лиц, юноша прибыл к покоям Некроманта Лидии. Последнему рубежу отвергнутых, который защищал окровавленный от бесконечных атак зрелый мужчина. Его глаза были полны отчаяния, он прекрасно понимал, что не сможет победить в этой битве, но при этом боевой дух мужчины содрагал стены. Его боевая стойка и крепкая хватка верного ятагана говорила лишь о том, что один в ад он сегодня не отправится. — Да тебе и за десять тысяч лет не достичь моего уровня. Ссыкливо прячешься за невинными, ещё и инквизитором себя зовёшь?! Да я тебе глаз на жопу натяну, скотина!— Пьяный мастер пытался спровоцировать своего оппонента, но инвизитор продолжал спокойно вращать свою двухклинковую глефу вокруг оси. А затем, внезапно инквизитор попытался нанести рассекающий удар сверху, но мастер парировал удар и уклонившись, врезал сволочи прямо по маске скрывающей его лицо. После этого, инквизитор развернулся спиной и попытался тем самым спровоцировать врага на удар, а сам бы в момент подлого удара резко развернулся и разрезал бы мастера. Но и пьяница не был так прост, поэтому запустил в хитреца пустой бутылкой. — Ргррх! Раздражаешь! О, ещё одна жертва.— Инквизитор спустя двенадцать часов битвы проронил первое слово и реакция зрелого мужчины не заставила себя ждать. — Да чтоб я, Фридрих Мальве, проиграл женщине неспособной правильно пользоваться оружием и берущей в заложники детей?! Да хрен там плавал!— Такая реакция Фридриха явно разозлила инквизитора и та решила отыграться на Тамузе. И тут, мастер решил вновь попытаться спровоцировать женщину на себя, но он одумался в момент, когда увидел взгляд проклятого юноши. Озлобленный, ненавидящий всё живое, жаждущий крови этой твари. Пьянчуга понимал, что безумие ему не остановить и всё, что ему оставалось, это продолжать защищать вход в покои. Инквизитор уже приготовилась к тому, что она разделает ещё одного проклятого. Закрутив свою глефу так, что непрофессионал вряд ли угадает траекторию удара, инквизитор наметилась на отсечение руки Тамуза. И вот, с разворота инквизитор поразила руку юноши, но лезвие резко вросло в кости парня и лишило сволочь возможности использовать оружие. И стоило только инквизитору понять это, как тут же в её лицо прилетело несколько ударов правой рукой. Это заставило женщину упасть на землю, а её маску треснуть. Вырвав глефу из своей руки, Тамуз выкинул её куда-то вдаль, а инквизитор лишь посмеялась и заставила свои руки раскалиться до такой степени, что они начали гореть алым и поднимать общую температуру в тоннеле. Однако, проклятого юношу это никак не остановило, ведь он прекрасно понимал, что своими действиями выигрывает время для последнего оставшегося в живых мастера меча, пусть и пьяного. Инквизитор была не очень разговорчива, да и Тамуз не горел желанием общаться с убийцей своих друзей, потому оба принялись сражаться. Убийца сразу же перешла в атаку, пытаясь задеть юнца кулаками. А тот, в свою очередь, пытался не попадаться под её удары чтобы не быть прожаренным. Он понимал, что у него не остаётся никакого другого выбора, кроме как самопожертвование, поэтому Тамуз собирался заманить её в ловушку. Спрыгнув на тела умерших ещё до этих событий товарищей из-за проклятий, юноша принимается давить на самолюбие инквизитора. — Я соглашусь с Фридрихом. Что ты за воин такой, раз даже такого слабака как я победить не можешь? Правы были великие полководцы, женщинам место на кухне и нигде больше.— Пусть юноша и сказал это, но в голове своей признавал умения этого инквизитора. Эта женщина была очень грозным противником, раз даже мастер меча был с ней в дуэли долгое время и не добился никаких результатов. Да и юнец понимал, что если бы не его проклятие, то он бы уже давно помер. И всё же, это сработало и инквизитор уже спрыгнула к юноше и приготовилась к атаке. Проклятый лишь кивнул израненному мужчине, а тот подбежал к какому-то рубильнику и дёрнул за него. Огромное количество трупов отправилось вниз, а вместе с ними инквизитор и Тамуз.