Часть 5 - „СПА... с-сай... ся...”

Но спустя всего где-то пару минут я проснулся. К счастью, не из-за каких-то странных звуков. Виной моего пробуждения стал как раз таки череп на котором я задремал: он слишком гладкий, потому моё расслабленное тело начало соскальзывать, из-за чего я и проснулся. Стоило бы встать и заняться какой-нибудь активностью, ведь спать на твёрдом и холодном полу такое себе удовольствие... Я прикоснулся к гладкой поверхности и погладил джестера. (0) – „Эй? Джес?” Резко череп заполз обратно в коробку, но джестер всё так же продолжал лежать на лицевой стороне коробки. Я уже было хотел встать и помочь, как вдруг он, используя свои маленькие ножки и ручку, неуклюже поднялся. Он наконец научился вставать без моей помощи! После осознания этой новости в моей груди начали раздуваться странные чувства: некая эйфория, может вперемешку с умилением... Что это за чувство? Какой-то подвид эйфории? Хм... Может это гордость? Да, точно она. Я был горд за Джеса. И едва я подумал об этом, как вдруг джестер, потянувшись, побежал в мою сторону. Не знаю что он собрался делать, но я продолжал сидеть и смотреть за бегущей шкатулочкой. Внезапно Джес, добежав, опустился на колени и прижался ко мне, после чего мы впервые обнялись. В моей груди смешивались и играли тёплые, приятные чувства, которых я не встречал с самого начала своей работы. Рядом со своими коллегами я ощущал лишь ненависть, периодически происходили срывы... Но вот почему-то в компании монстра мне комфортно, даже очень. Кстати о срывах... Эх, помню как в самом начале я ночами переживал из-за каждого выплеска гнева, и каждый раз старался сдерживаться... Чем больше я проводил времени с коллегами, тем хуже удавалось сдерживать агрессию. В итоге когда самый сильный из коллег в очередной раз сбил меня с ног... Я... Кровь вечно будет на моих руках, но я больше не хочу убивать и делать кому-то больно. Ладно, минутка воспоминаний подходит к концу. Надо бы покушать. Мы с джестером отпустили друг друга, после чего я подошёл к дивану, открыл две консервы и мы позавтракали. В пустых банках из-за остатков еды уже плесень растёт... Постоянно забываю выбрать какое-нибудь место в качестве помойки. Я взял ещё одну коробку из-под бутылок, сложил туда банки и уже было хотел идти на выход чтобы избавиться от мусора, как вдруг, стоя в дверном проёме на лестнице, услышал незнакомые голоса: (?) — „Алё. Алё-ё-ё!” - *Говорит в рацию*. (??) — „Да захлопнись ты уже, не трать заряд!” Даже не рассмотрев людей я тут же побежал в свою комнату и уже схватил ключ, как вдруг Джес куда-то пошёл. Я хотел остановить его, но вдруг невзначай услышал: (???) — „...ладно, сегодня я хочу потренироваться в убийствах. Если увидите щелкунчика - говорите, окей?” (?) — „Окей” Поначалу я не придал этому особого значения, но внезапно вспомнил что щелкунчик - лучший (не лучше меня, конечно) друг джестера, и мы с ним, вообще-то, тоже приятели вроде как... В итоге я пошёл вместе с Джесом. Но вместо того чтобы дать просраться тем троим он пошёл в другую сторону. Я исходил с ним чуть ли не весь особняк, пока в один момент мы не встретили щелкунчика. Но помимо него мы так же встретили человека с лопатой, который, замахнувшись оружием, подходил к стрелку сзади. Я тут же спрятался за углом чтобы не спалиться, но Джес внезапно пошёл навстречу лопатчику. Спустя несколько секунд я услышал мелодию шкатулки, громкие крики и выстрелы. У меня не было никакого желания выглядывать. За всё время работы в компании я на мёртвых тел более чем на всю жизнь насмотрелся. Неожиданно работник забежал ко мне за угол: его нога была истерзана пулями, разные оттенки крови выливались из пулевых отверстий, переливались на свету. Из-за ранения и кровопотери человек упал, прикоснулся к моей ноге и, толкая её, из последних сил кричал: (???) — „УХОДИ, БРОСЬ МЕНЯ! ТЕЛО ПОТОМ ЗАБЕРЁТЕ!” Внезапно тот начал говорить всё тише, в тоне присутствовала слабость: (???) — „СПА... с-сай... ся...” Ладонь медленно сползла вниз и остановилась на моей ступне, из простреленной ноги кровь шла всё слабее. Этот работник... не пытался убежать? Он, едва увидя себе подобного, не пытался ползти к выходу или как-либо закрыться чужим телом... Я впервые увидел человека, который не руководствовался лишь одной жестокостью. Если бы со мной случилась такая ситуация, я бы моментально попытался использовать живой щит, ведь я по-другому-то и не умею... Меня так научили коллеги... Секунду, а как же товарищи этого несчастного? Вдруг они... Ну... Тоже „такие”?.. От подобных размышлений моё сердце начало медленно рваться на части, к глазам подступали слёзы. Что если они не настолько токсичные как моя предыдущая команда? Если бы они меня приютили... Внезапно что-то дотронулось до моей руки: Джес пытался увести меня подальше от тела, но я молча убрал ладонь. Не знаю, ушёл ли джестер после этого: моё внимание было сконцентрировано на мёртвом теле... Мне ведь ничего не мешает сейчас прийти к его коллегам, приукрасить историю того как их друг умер, и после попросить меня забрать к себе? Мешает... Как я буду смотреть им в глаза, зная что это я виновен в смерти их товарища?.. Хотя почему это меня вообще волнует? Они ничего и никогда не узнают, остальное меня касаться не должно! Внезапно в гробовой тишине послышались чужие голоса и шаги, я всё же решил покинуть комнату с телом и не показываться. Джес и щелкунчик куда-то ушли, потому мне ничего не оставалось кроме как, успокоившись, вернуться в свою комнату и... я не знаю что буду делать... Только что я позволил монстрам убить единственный шанс на счастливую жизнь с подобными себе... Вдруг им удалось бы перевоспитать того демона, что во мне породили предыдущие коллеги? Этого мне не суждено узнать. Под пеленой мыслей я сам не заметил как дошёл до комнаты: к счастью декор остался нетронут, видимо моё убежище не обнаружили. Но едва я подумал об этом, как вдруг заметил на диване некую плюшевую игрушку и кусочек бумаги рядом с ней: — „Привет, дружище. Мы хоть и не знакомы, но заметили следы твоего пребывания. Надеюсь ты ещё жив. В любом случае желаем удачи и счастья! :)” Боже... Ну что я за чудовище-то б**** такое... Моё сердце вновь облилось кровью, от чего я сел на диван и заплакал, прижав игрушку к лицу. Какие же они всё-таки добрые... Мои коллеги точно не стали бы так относиться к незнакомую отшельнику. Да что там: я уверен что они бы не только растащили все вещи, но ещё и в каждый угол насрали! Божечки... Как же мне хочется связать свою судьбу с этими добрыми людьми... Но я уже скорее всего опоздал, так как всё что им оставалось - забрать труп, ведь весь лут находится в моей комнате, а трогать её никто, вроде бы, не стал. Эх... Не судьба - так не судьба. В таком случае стоит поскорее забыть об этих людях и вернуться к обычному образу жизни. Я отложил мокрую от слёз игрушку и осмотрелся: рядом с диваном сидел джестер и играл. Но едва я хотел к нему подойти как моментально меня снова нечто ударило в сердце. Эта боль была несравнима с физической, из-за чего я разрыдался пуще прежнего. Джес ушёл, его напугало моё поведение. Весь остаток дня я провёл в слезах, под конец вернулся джестер и я открыл две консервы. Из-за стресса я не чувствовал голода, потому отдал ему обе консервы и лёг спать, отвернувшись от всего мира к спинке дивана.