Пузырёк, огонь! (джен, G, ориджиналы, юмор, )

***       В далеком-далеком королевстве, в красивом-красивом городе, просторном-просторном дворце царило черное-черное уныние. Ещё бы! Сам великий король сильно загрустил — пропала его старшая дочь. Любимая-любимая, естественно.        Каждый житель королевства, от обтянутого бархатом богача до распоследнего голодного нищего, был об этом извещён и получил строгий наказ костьми лечь, в огне сгореть да в воде утонуть, но помочь разыскать принцессу.        На стене каждой таверны, на каждом покосившемся частоколе и на стволе каждого раскидистого дерева были пришпилены огромные портреты пропавшей, и теперь только слепые не знали, как она выглядит.        — Заморский принц украл её, говорю вам, — рассказывали в одной таверне.        — Утащили её выкупа ради те самые разбойники, что проезжали здесь на прошлой неделе, — судачили в другой.        — Унесла её, горемычную, хворь мышиная, что приволок со странствий брат, а король сошёл с ума и ищет дочь родимую! — шептали в третьей, прикрывая руками лица.        Никто не знал, куда взаправду делась принцесса, и даже седой мудрец, живший на опушке леса, этого не ведал.  ***       — Вот и хорошо, что никто не знает, где я! — орала принцесса, раскидывая золотые монеты по всей башне.       Железные кругляшки́ с профилем короля тонко звенели и забавно подпрыгивали на ступеньках, а в конце своего путешествия затихали и ровным ковром ложились на каменные плиты.        — Но Лилс, папа каждый день плачет! Мама даже вышивать бросила!        — Нет! Отстаньте от меня! Езжайте на свою охоту,  скАчки, пиры или куда вы там собирались! Я домой не поеду!        — Лилс, одумайся! Папа уже рвёт и мечет, жандармы обыскивают каждую хибару, на сыщиков и ясновидящих ушло целое состояние! Которое, кстати, предназначалось тебе в приданое!        — Мне не нужно приданое! И вообще — видите дверь? — она показала пальцем в сторону высоченных резных ворот. — Вышли и закрыли с той стороны!        Взмахнув копной рыжих волос, она решительным шагом последовала к выходу и распахнула створки.        Пятеро братьев, понурив головы, один за другим вышли наружу. Самый младший, Кристоф, обернулся и с надеждой посмотрел в зелёные сестрины глаза.        — Папа грозился больше не выпускать нас из зáмка, если ты не найдешься!        — А окна и канаты вам на что?        Вытолкав любимых родственников, Лилс счастливо выдохнула и замерла от счастья, вслушиваясь в блаженную тишину. Тишина стояла во всей башне, от подвала до самого шпиля,  и только сверху раздавался едва слышный мерный храп.        Лишь одно, самое милое на свете создание могло издавать такой храп.        — Солнышко, поверни голову на бок! — прошептала ему на ушко Лилс, вскарабкавшись наверх. — И остальные головы — тоже!  ***       — Ну маааам, мы-то почем виноваты, что  она пропала? — заунывно тянул Кристоф. — Можно нам погулять?       — Спроси у папы!        — Пааааап, можно мы поедем на турнир?        — Спроси у мамы!        — Мама сказала, что пока мы не разыщем Лилс, ни турниров, ни боёв лягушками нам не видать! — пробасил старший, Колин.        — Идите в церковь и читайте молитвы!        — Но мы не можем, ты же казнил священника!        — За то, что он плохо молился!        Кристоф и Колин голосили без устали, остальные братья молчали, но энергично поддакивали и нетерпеливо переступили с ноги на ногу. Самый тихий и воспитанный брат Мигель задумчиво рассматривал занавески в тронном зале, прикидывая, на сколько полос их надо разрезать, чтобы получившейся верёвки хватило до земли.        — Завтра я вызову господина Брика, будем проводить великий Призыв —  чтоб все были в зале, как штык! И никаких опозданий!        Ответом ему послужил дружный стон — колдуны уже давно вышли из моды, и король, похоже, один-единственный во всей стране верил в их способности. Вся современная молодёжь была в курсе, что колдуны — обычные мошенники, морочащие голову за еду и золотишко.        А от старого сумасшедшего Брика ещё и воняло, как от нечищенной конюшни.        — Ещё немного, и я сбегу к Лилс, — прошипел Кристоф, рассматривая окна. И к чему тут можно прицепить верёвку?        — Я начинаю её понимать!        — Тише, — зашикали остальные братья.        — Если они узнают, она нас убьёт!  ***       — Лилс, пожалуйста, они меня достали!        — И меня!        — Даже Мигель иногда начинает браниться, только представь себе!       Братья торчали у подножия башни третий час и овечьими глазами таращились вверх. Тонкий месяц, стыдливо торчащий из-за туч, тускло освещал жалкую сцену.        — Если вы не вернетесь к утру, папа отправит собак на поиски! — раздался звонкий голос, и из бойницы на братьев посыпались железные кубки и золотые слитки.        — Собаки уже пошли на мясо за то, что не нашли тебя!        — А мы так и умрём под папины стенания, запертые во дворце, если ты не вернёшься!        — Лилс, милая, можно мы хотя бы скажем, где ты?        — Нет!        — Но через три дня приедет принц Орион, а тебя дома нет!        — Пускай забирает одного из вас, не облóмится!       — Но Лилс!        Не выдержав, принцесса, злая и лохматая, в конце-концов выкатилась из своей башни и встала перед братьями, уперев руки в боки.        — Хотите знать, почему я ушла? Точнее, почему вы пойдете домой и скажете, что мною пообедал дракон?        Братья все, как один, испуганно отпрянули, а Мигель даже всхлипнул от ужаса. Кристоф закусил большой палец, как делал в минуты глубокого страха.         — Потому что… Потому что… — она набрала побольше воздуха, — Задолбали вы меня! Все! И папа, и мама, и вы, дорогие мои младшие!        — Этому — подай, этому — принеси, этому — сказку расскажи! Тому́ — мантию отыщи! Сему — шаровары расшей! Ты ведь будущая жена! Мать! Перемать!        — Лилс, Лилс!       — Что, Лилс? Могу я хоть иногда своей жизнью пожить? Делать, что хочу, когда хочу и с кем хочу? Есть и пить, что пожелаю, без оглядки, растолстею или нет! Домашнее животное завести свое собственное, в конце-концов?        Домашнее животное согласно зарычало, высунув в окно широкой площадки все семь головы на длинных шеях.        — Между прочим, Пузырька я дрессирую, и у меня неплохо получается! Пузырёк, огонь!        Дракон взревел, обнажая сверкающие иглы клыков, распахнул семь глубоких пастей и выпустил в воздух над самыми головами братьев семь прекрасных огненных струй.        Братья отпрыгнули подальше от жаркого пламени, прикрывая макушки.        Лилс захохотала и захлопала в ладоши, без устали посылая им воздушные поцелуи и парочку жестов из арсенала настоящих принцесс.        — Заезжайте в гости в следующую пятницу! — крикнула она напоследок удирающим братьям. — А принца Ориона можете с собой прихватить, нам как раз мясо на шашлык понадобится!