Глава 3

Глава 3

      Бросаться, сломя голову, в очевидную авантюру я не стал. Постаравшись незаметно покинуть приют, я вместе с мелкой направился в сарай, что располагался на дворе. Именно там хранился всякий полезный инвентарь для работы на огороде, в саду или просто полезные в хозяйстве инструменты. Аи-тян следовала за мной по пятам, при этом она была тиха и молчалива. Необычно видеть её такой, особенно для тех, кто знает эту пигалицу. Сарай был закрыт на большой амбарный замок. Но когда это было серьезным препятствием для пытливого детского ума и любопытства? Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт. Вот и я, последовав этой мудрости, аккуратно завернул за угол и направился к задней стороне постройки. Воровато оглянувшись и не заметив никого лишнего в легких сумерках, я с силой надавил на широкую доску, делая так, чтобы она отъехала в сторону.       Обладание мелким и тщедушным тельцем для меня является в основном минусом, ведь большую часть сознательной жизни был довольно габаритным мужчиной, но не признать некоторые преимущества я не могу. Например, мне не составило труда пролезть в щель и спокойно пробраться вдоль полок и ящиков к месту, где хранится веревка. Взял самую короткую – метров пять-шесть, думаю, такой за глаза хватит. Быстро обмотал веревку под рубашкой, чтобы с виду было незаметно, что она у меня есть.       Аи за мной не полезла – стоит и контролирует ситуацию. Умница, когда надо, она может быть вполне сознательной, особенно для ребенка (к сожаленью, в любом приюте дети вынуждены рано взрослеть). Если что, подаст сигнал, что всё чисто. Выбраться из сарая тоже оказалось несложно, никаких непредвиденных ситуаций не возникло. Видимо, шанс на неожиданную неприятность не очень-то и высок, что не может не радовать.       Путь до одного неприметного местечка, у ограды территории, на которой размещаются закрытые доки для ремонта военных кораблей и испытания разных новинок морского дозора с их небольшой базой, прошел в тишине – мы пытались добираться до него дворами и другими малолюдными местами. То, что в закрытых доках проводят испытания всяких военных штук, было тайной, поэтому о ней знала каждая собака на острове. Ну а Аи-тян была настолько посвящена в вопрос, что узнавала о том, что подадут работникам на обед раньше, чем поварам принесут ингредиенты со склада. Образно, конечно, но как я уже не раз замечал, мелкая удивительно хорошо знает про всякие дела, творящиеся в нашем городе. И не забывала со мной делиться информацией. Наверное, потому что я не смогу её никому рассказать? Шучу, конечно… ведь да?       В общем, добрались мы до места. На той стороне ограды нас ждал небольшой пятачок, скрытый деревьями и кустами. Именно там Кошо-тян, старшенькая девчонка в нашем дружном коллективе, следила за тем, чтобы пацаны не попали в беду и смогли через строящийся полигон добраться до складских помещений. И если что, подать сигнал кому из наших. Молодцы ребята, подстраховка в таком деле всегда должна быть.       Благодаря помощи Аи-тян в поиске «слабого места» ограды, мы смогли беспрепятственно пробраться через барьер и оказаться на закрытой территории доков. Вот и стал я преступником – незаконное проникновение на закрытую, охраняемую территорию местных военных сил. Мама, где я свернул не туда? Ладно, позубоскалил и хватит – не впервой проводить операции по ранее не разведанным территориям с ненулевым шансом быть обнаруженным.       Территория за оградой была типичной для крупного промышленного объекта, который упирался в морскую гладь длинными причалами и пирсами. С места, где мы выглядывали из кустов до складских помещений и прочих производственных сооружений было довольно прилично, при этом большая часть площади была перекопана, виднелись насыпи и строительные леса. Видно, что стройка новых объектов только началась, и сейчас идёт подготовка земли к созданию фундамента будущих сооружений. – Кошо-тян сказала, что они двигались в сторону продуктового склада. – Очень тихо шептала девчушка на ухо, показывая пальчиком на места, но не высовываясь за пределы кустов. – Обычно с этой стороны дозорные не ходят – в строительную грязь не хотят лезть, а вот сегодня, как назло, сунулись, ну парни и нырнули в котлован, чтобы не попасться. Ну, по крайней мере, я так думаю, что на самом деле – не знаю, Кошо-тян – тоже та еще клуша и могла всё со страху и переживания перепутать. Вот там они где-то, скорее всего. – Пальчик девочки устремился к крупному котловану, что располагался посередине между оградой и складом. – Братик Курон, мы сможем их вытащить? – Девочка с нескрываемым беспокойством и лёгким мандражом посмотрела мне в глаза.       Да куда я денусь, тем более, что уже здесь и не вижу ни одной причины отступить. Вообще деятельность людей виднелась где-то вдали, были слышны звуки глухих ударов, как будто бы пневматическим молотом били по заготовкам, ну или сваи забивали, что, наверное, ближе к истине. Я удовлетворительно кивнул, и уверенно указал на девочку рукой, а потом пальцем на землю, дескать стой здесь. Мелочь, конечно, недолго пререкалась, но я был неприступен. Я и сам там справлюсь, а подстраховать в случае чего, и дать какой-нибудь сигнал будет не лишним. В этот раз дуться мелочь не стала, но по глазам я понял, что в будущем меня ждёт очередная её пакость. Ох, жизнь моя – жестянка…       Тем не менее, я не стал долго рассусоливать и «вышел в рейд». Для начала я сделал небольшой крюк, стараясь не оставлять за собой следов, потом пригибаясь к земле, быстро, но следя за окружением направился в сторону предполагаемого места нахождения товарищей. Передвигаясь от одного укрытия к другому, я подмечал различные нюансы, где удобно бы было разместить засаду за возможными диверсантами, где открывается хорошая позиция для снайпера, где неплохо бы было разместить парочку противопехотных мин или растяжек в узких местах. Ничего подобного, конечно, не было, но следить за округой, в том числе за воздухом, было даже как-то правильно и логично. Не укрылись от меня в промятой земле и предполагаемые следы моих знакомцев – здесь проходил кто-то легкий, вдвоём, и отметки подошв небольшие, чуть больше моих. Эх, парни, аккуратнее надо с этим быть. Если враг мух не ловит, это не значит, что нужно расслабляться!       Путь, который обычно совершишь за пару минут, мной был растянут на все полтора десятка, но зато я оставил минимум следов своего передвижения и оставил парочку ложных и запутанных направлений движения, при этом постарался скрыть и отметки своих товарищей, замаскировав под обычные следы рабочих, которых было в достатке в округе. Оказавшись на предполагаемом месте, я начал искать самих пацанов, не забывая отслеживать окружение. К самому котловану пока не добрался, но уже был близок – только руку подать. Наверное, именно это меня и спасло – заметил вдалеке взмахи руками от Аи-тян. Хорошо, что целенаправленно смотрел в ту сторону, и вовремя сумел замереть за кучей щебенки. Через мгновение до моего слуха донёсся едва слышимый разговор мужских голосов, источником которых послужили два бойца морского дозора, показавшихся с другой стороны котлована. – … все сапоги в этой грязной глине! Снова их весь вечер чистить, это твоя зазноба их до блеска помоет, а мне самому всё, ручками! Ууу, непруха. – Один шёл, не обращая внимания ни на что вокруг, а просто смотрел под ноги, видимо, выбирая места с наименьшим количеством грязи. Ага, удачи ему в этом начинании. Второй же перекинул винтовку с одного плеча на другое, поправил кепку и двинулся вдоль виляющего канала (водоотвод?) в сторону пирса, как раз мимо кучи, за которой я нашёл своё спасение. – Поверь, мне тоже не в радость грязь месить, но, сам понимаешь, приказ командира есть приказ, сказано – делать ежечасный обход до полуночи, значит, делаем. – Воистину радости в голосе мужика не было, понять его кстати можно, сам не в восторге по прогулкам на строительном полигоне. – Какая моча вообще в голову командирам ударила? – Возмущение от первого можно было почувствовать за версту. – Обходить стройку, которая никому не сдалась, – вверх целесообразности использования Дозора! Я, может, пиратов ловить хочу, а не это вот всё? – Говорят, – второй дозорный снизил громкость, но так как они были уже недалеко, я всё же смог едва-едва расслышать дальнейшее, – что-то жутко секретное будут испытывать, и недавно пришёл корабль с необходимым оборудованием, очень дорогим оборудованием, сделанное чуть ли не под патронажем самого Цезаря, ну или его помощников. Мне свояк из лаборатории рассказал, только ты цыц, никому! – Да ты же знаешь, я – могила! – Дозорные прошли мимо и направились в сторону пирса, обсуждая перипетии отношений командиров и умных мыслей, которые первых посещают очень уж редко.       Да безалаберность этих военных просто поражает, они даже по сторонам не смотрели. С другой стороны, мне же это на руку. Подождав пока дозорные не скроются из вида и не заглохнут их голоса, я, припав к земле, метнулся в сторону котлована и начал рассматривать его дно, ища глазами пацанов или хотя бы их следы. Дно вырытой ямы было реально глубоким, неравномерным: где-то кучи земли, где-то в центре камни свалены, где-то образовались глубокие лужи. Стены были пологими со всех сторон, а лестницы или нечто подобного не было, и выбраться самостоятельно представлялось весьма сложной задачей даже взрослому мужику. У одной стороны, прилегающей ближе всего к вытоптанной дороге, по которой передвигались дозорные, я заметил искомые фигурки. Они вжимались в стену, были с ног до головы измазаны в глине. Видно, что они пытались выбраться самостоятельно, но сырая глина сопротивлялась их действиям и, видимо, одержала верх в неравной борьбе.       Подобравшись как можно ближе к их краю, я достал веревку и, осмотревшись, сбросил один конец к парням. Через миг я услышал глубокомысленный «ойк» с их стороны и высунул голову за край карьера. Они, подняв голову и узнав мою улыбающуюся рожу, растянули улыбки в ответ и явно облегчённо переглянулись. – Курон, братишка, как же мы рады тебя видеть! – Искренне, но не громко произнёс Гекко-кун, не скрывая своей радости со слезами на глазах. – Нагай ногу ушиб, но вроде без перелома, опираться не может. Давай его первого вытянем, я снизу помогу.       Я показал ему большой палец. Совместными усилиями мы кое-как вытянули паренька из ямы, пришлось использовать как опору один из камней, глина проминалась. В голове мелькнула идея блоков и рычагов, а лучше механического или гидравлического подъёмника, но чего нет – того нет. Весь в грязи, но счастливый парень в порыве чувств меня обнял, я ему ответил, конечно же – не каждый день такие приключения переживаешь. Гекко-куна вытащить было уже легче – он активно сам помогал руками и ногами, а тянули мы вдвоём. Оказавшись на верху, он повторил жест Нагай-куна и от души поблагодарил. Я как мог замаскировал место, где вытаскивал парней, но снизу следы остались. Надеюсь, ночью будет дождик, который затрёт все следы. Однако долго рассусоливать мы не стали и двинулись в обратный путь, поддерживая по очереди Нагай-куна – ступать на правую ногу ему было действительно больно.       К моменту как мы добрались до кустов, где пряталась Аи-тян, уже совсем смеркалось. Ужин давно должен был начаться, а то и закончится, но мы не спешили в приют. Покинув закрытую территорию, мы под причитания и полоскание мозгов о безответственности в исполнении Аи-тян в сторону двух оболтусов, двинулись к реке. Появляться перед бабулей в таком виде было бы последним поступком в нашей удивительной, но короткой жизни, поэтому мы направились в знакомое местечко у местной речушки. В полутьме мы постарались отмыться и хоть немного отстирать въедливую, засохшую грязь. Частично нам это даже удалось, но скептический взгляд Аи-тян на нас троих ставил крест на наших надеждах пережить хотя бы сегодняшний вечер. Печалька.       С таким похоронным настроением, не считая довольной Аи-тян, наша дружная компания и добралась до приюта. На пороге нас ждало олицетворение и персонализация самой смерти. И я вот вообще не шучу. Хиккакару-оба-сан расслаблено и спокойно стояла в дверях, привычно слегка улыбаясь. Но та аура, что её окружала, нагоняла такую сильную жуть, что мы моментально вспотели и замерли, тела просто перестали нас слушаться. – И где же вы пропадали, молодые люди? – Ох-хо, дела совсем плохи, если бабуля перешла на официальное обращение. – Ужин уже прошёл, вас нигде нет, никто не знает, где вы находитесь… Вам есть, что сказать в своё оправдание? – Всё это было сказано до ужаса спокойным голосом, но от того становилось только страшнее.       Мы молчали и опустили голову, признавая свои ошибки, ну а что нам ещё говорить? Решив принять удар на себя, я, перебарывая спазмы собственного тела, вышел чуть вперед. С небольшой дрожью в руках мне удалось махнуть рукой в сторону берега моря, куда обычно мы ходим купаться, но только в компании старших ребят или одной из воспитательниц. Днём. Большой компанией. В хорошую безоблачную погоду. И ведь не обманул, мы были недалеко от берега, и примерно в той стороне, но от того выдержать пристальный и цепкий взгляд бабули было всё равно непросто. – Из-за вашей безответственности, молодые люди, я вынуждена наказать вас. Неделю будете помогать мне на кухне, но это ещё не всё. На две недели запрещаю посещать морской пляж, вообще всем, так ребятам и передадите. Надеюсь, вы подумаете о своём поведении, а старшее поколение наставит вас в понимании правил. А теперь, – из глаз женщины ушла строгость, а аура опасности и страха неожиданно куда-то испарилась, – быстро умываться, ужинать, стираться и мыть посуду за всех, а я всё проконтролирую.       В первую очередь бабуля осмотрела ногу Нагай-куна, причитая о том, что шило в одном месте точно до добра не приведет. Быстро оценив травму, она констатировала ушиб и прописала больному нужное лечение, сразу же намазав пахучей субстанцией место травмы мальчика.       Слова Хиккакару-оба-сан не разошлись с делом, привести себя в порядок оказалось не трудно, а после сытного ужина и обязательного теперь труда мы направились в наши берлоги. Другие дети сидели в одной комнате (обычно помещение проживания девочек служит общим собранием нашего приюта, так как является самым просторным) и ещё не знали истории нашего приключения, но я не видел в их взглядах какого-либо негатива, наоборот, в них сверкало искреннее любопытство, похоже Аи-тян, как истинный приверженец приютских слухов, журналистики и жёлтой прессы, сегодняшним вечером будет нарасхват. Ну что же, это её звездный час. Слушая залихватские речи мелкой, я поражался тому, какие, оказывается, мы героические поступки совершили – устроили рейд в закрытый порт, обвели вокруг пальца толпы бродящих ищеек Морского Дозора и спасли двух пацанов от неминуемой гибели, чуть ли не выдернув их из лап местных палачей. Да, с такой фантазией и харизмой она далеко пойдёт. Старшие же ребята только посмеивались, похвалили нас за поступок, но и пожурили за то, что нужно было обсудить дело со старшими. Один из пацанов повзрослее, Кирю-кун, как раз собирался незаметно улизнуть после ужина на поисковую операцию, другие бы дети в это время отвлекали бы Хиккакару-оба-сан. Однако, заметив, что и наша компания пропала, они не стали спешить. Кошо-тян повинилась другим ребятам, что рассказала о проблеме Аи-тян, за что и была немного осуждена. Нас, мелких, пока не собирались сильно вовлекать во внутренние дела приюта. Однако от новости о том, что были патрули со стороны стройки, ребята точно были слегка озадачены. Интересно, чем же они промышляют? Какие-такие дела могут быть у детишек, пусть и рано повзрослевших?       Свое мнение я держал при себе, по причине как внутренних рассуждений, так и внешней невозможности быстро донести свои мысли. Когда надо будет, тогда и всё объяснят, но похоже Аи-тян что-то точно знает, может стоит с ней пообщаться? Нет, если сразу не сказала, значит, и сейчас не скажет. Она такая. Разбор полётов и тихое обсуждение не занял много времени. Ребята потихоньку разбились на маленькие компашки по своим интересам. Старшие что-то эмоционально, но не громко обсуждали в углу. Мы же, младшенькие, уселись в сторонке и занялись привычным делом – уроки. На этот раз математика, ну или как тут называют – счёт. Вполне привычные задачки на сложение и вычитание. Да, было забавно, как я детишек учил складывать и вычитать столбиком. Здесь такой способ не используется, ну или просто детям не дают. Их круглые глазища от того, как просто у меня складываются большие числа, до сих пор вызывают у меня улыбку. После этого, я, кстати, стал непререкаемым авторитетом по этому предмету. Время сна неукротимо приближалось, но чем ближе был отбой, тем тяжелее становилось на душе. Предчувствие неприятностей постепенно разгоралось во мне – что-то будет в скором времени. Нужно к этому готовится, но вот к чему?       Из-за лёгкой тревоги сон пришёл не сразу, и я ознакомился с журналом событий за сегодняшний день, ища возможную причину беспокойства. Немного порадовавшись новому навыку и подросшим характеристикам, так и не нашёл, что меня могло напрячь. Что же, сейчас я всё равно ничего не могу сделать, поэтому нужно хоть поспать. Именно с такими мыслями я провалился в мир грёз.

***

      В лёгких сумерках среди куч строительного мусора, щебня, гальки и обычной глины шла фигура, закутанная в плащ. Со стороны, особенно в лёгкой темноте, сложно было определить, кто скрывается под ним, однако сама расцветка плаща, а также погоны на плечах не дали бы никому ошибиться – сейчас здесь находится офицер Дозора.       Неторопливо прогуливаясь, фигура осматривала округу и как будто бы что-то искала. Останавливаясь то тут, то там, не брезгуя наклониться и даже потрогать следы, офицер двигался в известном ему одному направлении. Казалось, сумерки не сильно-то и мешают человеку в его поисках, что так и было на самом деле. Оставалось загадкой, что же искала фигура средь этих куч.       Однако спокойный путь закончился у одной из ничем непримечательных ям, каких тут было не один десяток. Сев на корточки и не боясь, что белоснежный плащ может испачкаться, офицер наклонился и, придерживая себя руками, заглянул за край ямы. В месиве грязи и полутьме сложно было что-то рассмотреть, но профессиональный взгляд человека увидел то, что здесь, на закрытой территории точно не должно было быть, - отпечаток детской ладони. – Хм. Очень интересно. – Во тьме блеснул взгляд ярко-голубых глаз.