Блайс

Зима. Это время года, в которое все города и леса наряжаются в белые одеяния, это прекрасное время, когда больше всего хочется поверить в чудо и волшебство. Приятный хруст, слышимый под ногами, когда идешь по снежной дороге, царапая поверхность ботинок. Горки, с которых можно кататься и представлять себя гонщиком в какой-нибудь игре, или каток, где можно отвлечься от своих мыслей и почувствовать скольжение по поверхности льда. Лыжи, сноуборд, каток, горки — все это зимние развлечения. Но среди всего этого есть и то, что заставляет задуматься о зиме не как о празднике… 09:21 — Сессияуже через неделю! — Вскрикнула девушка и умоляюще посмотрела на подругу. — То, что ты перевелась в новую школу, не освобождает тебя от ее правил, здесь нужно сдавать экзамены, чтобы остаться, — девушка подошла ближе и склонилась над ней и схватила за подбородок, заставляя смотреть на нее, — что тебе мешала подготовиться раньше, Рин? Девушка обиженно поджала губы, вырвалась из захвата, невыносимо вздохнув, отвернулась и посмотрела в окно. — Снег пошел. — Незаметно меняя тему, сказала она неочевидный факт. Кинув встревоженный взгляд на подругу, она тоже взглянула в окно. — И правда… *** Студентам сейчас нелегко, ведь вся предновогодняя неделя была обозначена для сдачи экзаменов — сессий. Промежуточный полугодовой экзамен, из-за которого многие вылетали и переходили учиться в другое место. Но такая система образования существует не только в университете, в некоторых специализированных школах она тоже присутствует, и Ририн в этом очень повезло, что именно в школе, в которую она перевелась, оказалась такая система. Считалось, что при поступлении дети должны показать хорошие результаты, и потом задачей учителей было только подтянуть их до нужного уровня Академии, но были и те, кому повезло на вступительных испытаниях, или те, кто и просто не писал из-за большего приоритета при поступлении, или же те, кто поступал по БВИ, это означает без вступительных испытаний. Обычно так поступают олимпиадники, люди которые выиграли Всероссийскую олимпиаду или международную, в общем что-то крутое. И за первые полгода преподаватели подтягивали классы до уровня Аг, чтобы те смогли успешно сдать экзамены. Но вот какая загвоздка, если ты каким то образом поступил в середине года, что обычно невозможно в таких школах, то это значит, что твой уровень куда меньше чем у остальным, а ещё это хорошая причина, чтобы вылететь через неделю, правда Ририн она не устраивала. Она не могла вылететь только поступив и съехал от родителей в таких специализированных школах часто выдавалось общежитие тем, кто далеко проживает от учебного заведения. В общаге были комнаты рассчитанные на 2,3,4 человек, а вот сколько с тобой человек будет жить зависит во первых от твоего везения, а во вторых от класса. Считалось, что чем класс выше, тем больше отдыха и спокойствия нужно учащемуся, то есть 10-11 классом. Однако Ририн и здесь повезло, она из 11е класса и поселили ее с тремя людьми, такое случалось достаточно редко, комнат, в которых одиннадцатиклассники живут по четыре человека можно было на пальцах пересчитать, и Ририн с ее везением очень повезло, избранная можно сказать. Шагая по заснеженной дороге, девушка возвращалась из магазина. Вокруг шумел народ, дети играли в догонялки, ветер наигрывал известную предновогоднюю мелодию, повсюду слышался смех и гам. Ририн больше предпочитала тишину, у нее с детства были очень чувствительные уши, поэтому она не могла слишком громко слушать музыку, любой крик был пыткой для нее. Вот и сейчас она была одета не слишком тепло, но главное в плотной шапке, закрывающей уши, чтобы случайно не продуло. Зимой Ририн могла спокойно разгуливать без шарфа, варежек или свитера под пальто, но обязательно с шапкой и никак иначе. Ее любимое пальто нежно-коричневого цвета с длинным поясом, шарфом через плечо и шапкой на завязках. У девушки были длинные темные волосы и только одна прядь отличалась, она в "какой-то момент" окрасилась в яркий красный цвет, словно кровь. И черные, как угольки глаза. Смотрелось достаточно элегантно и странно одновременно, в ее возрасте мало кто носит шапки, особенно с завязками, в детстве это было одной из причин, почему ее дразнили. — Эх, как же мне пережить эту сессию… — Ририн хмуро посмотрела на белое небо, словно молоко — красиво… Вдруг она почувствовала что-то у своей ноги, первым делом она хотела пнуть это «что-то», но сообразив, что это животное, остановилась. Девушка присела на корточки и протянула руку. — Киса, ты моя хорошая, ты как не замерзла? — Поглаживая кошку за ухом, нежно спрашивала она, киса лишь обошла девушку и мурлыкнула, Ририн улыбнулась, она любила животных, в особенности ей нравились кошки. Такие властные и элегантные создания. Кошка была полностью черной и сильно выделялась на белом снегу, зато ночью была неприметной как хамелеон. Сейчас уже заканчивались белые ночи и снова становилось темно, хоть глаз выколи, а после пяти уже ничего не видно. Кошка блеснула своими золотыми глазами и привстала на задние лапки, но после чего пискнула и опустилась обратно, девушка заволновалась. — Что с тобой? Где то болит? Лапку поранила? — Ририн приподняла кису, аккуратно придерживая снизу, и стала рассматривать задние лапки, оказалась, что кошка по неосторожности наступила на осколок от бутылки, рана уже опухла и воспалилась, как только она могла ходить, наверное прихрамывала. Ошейника на кошке не было, да и не похоже она была на домашнюю, и тогда девушка не задумываясь предложила. — А хочешь вместе со мной жить? — Кошка однозначно мурлыкнула, девушка улыбнулась, решено. *** 15:10 — Точно… я же в общаге живу… — Проговорила Ририн смертельно хрипящим голосом, полным сожаления. Хоть она и собиралась взять кошку с собой, но вот только в общежитие с животными нельзя, но нельзя же с раной оставить ее на улице. — Как же мне быть? — Она стала перебирать в голове разные варианты, стоя перед входом в общежитие. — Точно! — Ткнув пальцем в небо, выкрикнула девушка, — у мамы была квартира где-то в городе, быть может, у нее есть ключи, там никто не живет, может быть… — Загоревшись этой идеей, она набрала нужный номер, через пару гудков она ответила. — Ало. — Привет. — Мы можем встретиться и поговорить? — О чем нам разговаривать? — Прозвучал жесткий мамин голос. — Ты уже сделала свой выбор, мы больше никак не связаны. — Знаю, но я хотела бы в последний раз у тебя кое-что попросить. Больше не стану звонить. — И что же ты хочешь? — Прозвучал раздраженный, но слегка заинтересованный голос. — Квартиру. — Ририн решила перейти сразу к делу, в трубку послышался звук чего-то упавшегося и разбившегося, видимо стакан. Дочь поспешила объясниться. — Я помню, у тебя была одна ненужная однушка, клиентов, чтобы ее купить не было, и никто в ней не жил, — она выдержала паузу, — можно взять ее на время? — С чего ты решила, что спустя пять лет там никто не живет? — Интуиция. Повисло молчание. Затем прозвучал адрес и время, разговор завершился. Ририн вздохнула и осела на снег, сжимая кошку в свои объятиях, первый раз за три года она позвонила своей маме. — У меня получилось, — на выдохе произнесла она. — Нужно поспешить, это в другом городе, часа три езды, но если выйду сейчас, успею вовремя. Предварительно девушка зашла и купила кошачью переноску в виде портфельчика с утепленной прокладкой и подстилкой, вызвала такси и отправилась на встречу. *** 19:25 Запыхавшись, девушка уже стояла перед входом в ресторан, оставалось пять минут до назначенного времени. Столик оказался забронирован, стоило ей назвать фамилию «Ливей», как ее пропустили и проводили к столику на втором этаже. Это было роскошно, само место кричало о себе, словно предупреждая голодного человека «здесь все для элиты, бедному студенту здесь не место» пройдя по роскошному и дорогому ламинату, Ририн села за стол на очень мягкий диван с какими-то узорами, в этом она не разбиралась, поэтому не особо зацикливала внимание. Рядом с собой она положила рюкзак и пальто, верхней одеждой, которое отказалась сдавать, взглянув на женщину перед собой, она снова стала осматриваться. Люстры висели над каждым столиком, а сами диваны были расположены спинками друг к другу, потом широкий стол и снова диван, на каждом столике стояли белые лилии и четыре тарелки с золотой каемочкой и отполированными приборами, чем больше она разглядывала, тем больше неловкости ощущала. Второй этаж был расположен сбоку от главного зала, поэтому рядом находилась только стена, а слева был проход к дальним столикам и позолоченный заборчик примерно по пояс, чтобы не навернуться. — Не опоздала, была неподалеку? — Скрестив руки на груди, спросила женщина напротив. Темные волосы были завернуты кудряшками, на губах сверкала темно-красная помада, а маникюр переливался неоново-розовым цветом. Женщина сидела в длинном красном платье с глубоким вырезом и длинными рукавами. Лицо выражало разве что насмешку, брови были приподняты, а глаза голубым цветом пристально наблюдали. — Да. — Солгала она. — В таком случае, зачем тебе так далеко квартира? — Пытаясь поймать дочь на лжи, спросила мать. — Здесь я лишь проездам, по делам нужно было заскочить. — Девушка не выражала никаких эмоций, просто сидела. — Ясно…. тогда… что это было? — Кто-то очень громко и тоскливо мяукнул, это было настолько неожиданно, что даже Ририн на пару секунд пришла в замешательство. После чего развернула портфель другой стороной, открывая вид на кошку, который, по видимости, стало скучно просто сидеть. — Ты носишь с собой кошку.? — Осторожно спросила мама. — Да, именно из-за нее я была здесь проездом. — Значит, решила завести себе животное? — Как видишь. Мама позвала официанта и что-то сказала ему на французском. Через пару минут на стол поставили два бокала, наполнили их красной жидкостью и поставили бутылку на стол. — Вино? — С недоверием спросила девушка. — Не просто вино, а лучшее вино, которое есть в этом городе! Выпьем? — Подняв наполненный на треть бокал вверх, улыбнувшись больше утвердительно, чем вопросительно, сказала та. — За что пьем? — Осторожно взяв бокал, спросила дочь. — За то, что я трачу на тебя свое драгоценное время, естественно. — Было сказано это так, будто это очень очевидно. Заметив, как фыркнула ее дочь на это высказывание, она спросила. — А сколько тебе лет? — Ее абсолютно это не волновало. — Семнадцать… — Настороженно ответила Ририн, в этот же момент у нее из руки выхватили бокал и залпом выпили. Девушка только раскрыла рот от такой наглости. — Маленькая еще. — Парировала мать, с легкостью расправляясь также и со вторым бокалом. Ририн, прикусив губы, наблюдала за этой сценой, зло смотря на мать. Заметив ее взгляд, женщина встала, надменно смотря на дочь, поцеловала салфетку и бросила ее перед дочерью на стол, ухмыльнувшись, она забрала свою сумочку и вышла из-за стола. Только теперь Ририн вышла из оцепенения, вскочила и крикнула вслед. — Так просто уйдешь?! — Она смотрела с ненавистью и вела себя как ребенок, если бы не играющая громко музыка, все бы точно обернулись на нее. Мать, опершись на перила от лестницы, улыбнулась шире. — И какая же мне выгода от того, что ты будешь пользоваться квартирой? Ририн стояла как вкопанная, действительно, какая? Денег у мамы видимо предостаточно, но может…идея пришла сама собой. — Вилин, я буду работать на тебя! Буду выполнять твои поручения! Стану твоей подручной собачкой, — Женщина с искрой интереса ухмыльнулась, развернулась и удалилась из виду. «Не получилось» — Мелькнула мысль, с досадой смотря из-за забора вниз на уходящую мать, ей почему-то было тоскливо, кошке нужно было срочно обработать рану, и причина по которой она сразу не пошла в поликлинику, это во первых потому что в бесплатных ужасно обращаются с животными, а на платную ей бы просто не хватило денег. «Черт! ” — Ририн хотелось врезать себе, да посильнее. на дорогу обратно уйдет около трех часов, она еле-еле успеет до переписи, но как быть с кошкой? От размышлений ее отвлек официант, который подошел к ней и что-то передал, какой-то мешочек, девушка удивленно посмотрела на него, но не сказав ни слова, он отвернулся и отправился обратно. Развернув кулек, она обнаружила ключи и визитку. «Неужели… ” — Ключи от квартиры! Ура! И… визитка, точно, я же сказала, что буду работать на нее, хотя даже не знаю, чем она занимается. Видимо, мое предложение приняли. — Ририн улыбнулась, она была благодарна матери, кошка снова мяукнула, девушка подошла, чтобы ее успокоить, ее взгляд привлекла надпись на салфетке «402» и рядом поцелуй. — Что это? Та салфетка, которую в меня кинули, что означает этот номер? — Переведя взгляд на ключи, она сообразила — квартира, это номер квартиры. *** 21:45 На визитке с обратной стороны был указан адрес, поэтому сложностей не возникло, и вот она стояла перед дверью. «402», Четвертый этаж, пятиэтажное здание. «Что ж с богом» Открыв дверь, первое что у нее вырвалось. — Дьявол! Маленький коридор, метра 3 наверное, слева маленькая комнатка кухня, все очень строе, а что-то вообще не годится для использования, первым что встретило Ририн была дохлая мышь на полу, наклонившись со словами «мы с тобой чем-то похожи» она перешагнула и прошла вперед, было две двери с одной стороны и с другой, сначала она решила заглянуть в ту, что справа. Это было просто помещение, где-то десять на десять метров, чуть больше чем кухня, мебели здесь не было, разве что большой и пыльный матрас на полу, он казался очень старинным. «На пружинах наверное» — смекнула девушка. Из того что было в комнату, на это можно остановиться, если не брать в расчет кучку мышиных какашек, разве что окошко имелось, это наверное единственное, что Ририн понравилось. Оно было большое, Наверное метра полутора, оно начиналось почти с пола, может на сантиметров 40 повыше и доходило до потолка, в ширину как два обычных окошка, где-то метр. «Удобно будет прыгать» — Какое хорошее окошко, не будь оно все в дерьме, пыли и паутины, сказала бы я так. — Порадовавшись своей новой комнатой, она решила проверить ванную и туалет. Эти комнаты были совмещёнными, и что девушку сильно порадовала, с водопроводом все было в порядке и слив работал, а ванне не так сильно повезло, вся нижняя часть была в ржавчине, так мыться нельзя. Но что девушку удивило, так это окно прямо за ванной! Можно мыться и наслаждаться видами улицы! Это четвертый этаж, не десятый, он не такой неприметный, какого черта здесь окно, кто-то видимо постарался и сделал такое же крупное и высокое окошко. — А вот этому окошку я не рада… спасибо, что унитаз на показ не выставили. Если человек, проходя у меня под домом, поднимет голову хотя бы немного, он же заметит меня! — Потерев виски, Ририн заключила, что жить здесь пока нельзя, а еще все равно, пока она не уберет ржавчину, мыться будет нельзя. На кухне был достаточно хороший стол, не считая пыли и грязи на нем, он устойчиво стоял и не подкашивался, на кухне были самые обычные окна, только комнате и ванне так повезло. Проверив, что газа нет, как и ожидалось, девушка полезла лазать по счетчикам, найдя нужный кран, она его повернула на девяносто градусов и оставалось только заплатить за газ, тоже самое она сделала с электричеством. В коридоре обнаружился высокий шкаф до потолка, он настолько сливался со стеной под слоем пыли, что девушка не сразу его заметила. — Что ж, посмотрим… — Открыв верхний ящик, проговорила Ририн, такого она не ожидала, на нее посыпались разные бумаги и книги. — Черт! Апчхи! — Несколько раз обругав заедающую дверцу и прошлых владельцев этой квартиры, она все-таки принялась разглядывать находки. Судя по всему, это были документы на квартиру, неоплаченные счета и разные письма с жалобами с подписью от «дружелюбных соседей». — Как мило, ладно, хотя бы я знаю куда идти, чтобы оплатить электричество и газ, погодите, а это нельзя сделать на сайте? — Еще немного порывшись в бумагах, она нашла способ электронного платежа. Ввела данные карты, указал квартиру, номер счета и прописку. Через пару минут, когда она наконец-то стала расчищать место, чтобы обработать рану, включился свет. — Да будет свет! Дорого, однако мне пришлось погасить и неоплаченные счета, в сумме на пятнадцать тысяч вышло, это моя месячная зарплата! — Поскольку она только подрабатывает, то и денег получает не очень много. — Надеюсь, работа у мамы хорошо оплачиваемая, иначе мне эту квартиру не потянуть. Так сколько там времени? — Взглянув на наручный фитнес браслет, она тут же схватила телефон. «21:59» — Черт, нужно срочно отправить заявление о общагу! Ученик должен был явиться до 10 часов вечера, уходя он расписывался в журнале, и если не планировал возвращаться сегодня, то его родители были обязаны написать и отправить заявление на имя директора школы, иначе поступят ненужные звонки и дело даже до полиции дойти, если о местонахождении ребенка так и не будет ничего известно. К счастью, Ририн хорошо разбиралась в документах, шаблон у нее был готов, оставалось только изменить дату. Отправив ровно в десять, девушка довольно улыбнулась и продолжила убираться, теперь можно было не спешить. *** 22:21 — Что ж, вот теперь можно и обработать тебе лапку, иди сюда. — Наконец закончив убираться на полу в комнате, позвала кошку. — Нельзя, чтобы в рану опять попал инфекция, у тебя и так воспаление, все гнойники нужно будет выдавить, сможешь потерпеть? — Ририн нравятся кошки, поэтому она с ними разговаривает, а кошкам нравится Ририн, и поэтому кажется, будто они понимают друг друга киса опустила мордочку вниз, закрыла глаза и легла на специально постеленное полотенце. — Постарайся не дергаться, иначе будет сложнее может быть больно, но только немного. Ранку, несмотря на то, что она небольшая, следовало зашить, но делать этого на пациенте в сознание нельзя, однако в наркоз, к сожалению, Ририн тоже кошку не везти, она может такое сделать с человеком, но дозы для кошки рассчитываются иначе, к тому же нужный для это препарат не продавался в той аптеки, поэтому было решено сделать лидокаиновую блокаду Еще несколько раз обсудив с кошкой план действий и заверив ее в своей компетентности, девушка начала. Предварительно Ририн обязательно помыла руки, обработала их спиртом и одела перчатки. Все должно быть стерильно, хотя бы насколько это возможно. Набрала нужное количество раствора, несколько раз щелбанами повыбивала шарики воздуха и начала делать подкожный укол в области ранения, кошка сильно дернулась, но убегать не стала, погладив пациента еще раз, Ририн набрала еще раствора и аккуратно, на этот раз более тонкой иголкой зашла под кожу, кошка лишь тихо скулила, с каждым уколом все меньше реагируя на боль. С четвертого раза животное уже смирно лежало, смирилась видимо. На самом же деле лидокаин начал действовать, а это значит, что кошка перестала чувствовать свою лапку, эффекта хватит примерно на час. — Если снова будет больно, обязательно говори, сделаю еще укольчик. — Девушке даже показалась, что на ее слова кошка подмигнула, Ририн улыбнулась и продолжила. Теперь можно было начинать проводить какую-либо махинацию над кошкиной лапкой, теперь она ничего не почувствует. Девушка достала из пакета пинцет, взяла ватный диск, обмочила его в перекиси водорода и начала протирать пинцет, обрабатывать его. Спустя минуту он был готов к использованию, девушка аккуратно подняла пинцет к ране и за самый краешек ухватила стеклышко, дабы не задеть ткани и не причинить вреда. Несколько минут ушло на определение того, в какую сторону будет удобнее вытаскивать, чтобы не повредить верхние слои кожи, обнаружив, что осколок повернут вправо, вытаскивать его точно нужно, надавливая влево. Девушка хотела как можно осторожнее прооперировать кошку, медленными плавными действиями она вытаскивала кусок наружу, потихоньку открывая вид на внутренние подкожные повреждения. Кошка не дергалась, зажмурила глаза и не смотрела, видимо лидокаина достаточно. Последним плавным рывком она вытащила осколок, оказался он не таким уж и маленьким, как казался до этого, его можно было сравнить с айсбергом, видно только маленькую вершину, из-за которой предмет кажется меньше, чем на самом деле, а как только смотришь глубже, понимаешь, как ошибался. Вытащив осколок, начала выходить гной и кровь, которая стояла в застое из-за мешающего ей «пройти» осколка. Гнойник оказался небольшим, это сильно порадовало. Ририн моментально среагировала, смочила ватку перекисью и приложила к ране, перекись обладает свойством не только обрабатывать, но и останавливать кровь путем ее сворачивания и образования «корочки». — Так, слушай внимательно. — Привлекая внимание кошки, и без того уставшей, — сейчас мне нужно будет зашить твою ранку, — заметив, как округлились зрачки, когда они должны быть угольками, девушка предостерегающе скинула руки, — я возьму вот эту маленькую закругленную иголку, — крутя в руке медицинскую иглу, — и нитки черного цвета, — положив в руку обе вещицы, она поднесла их к мордочки кисы, та лишь понюхала и кажется с недоверием посмотрела. — Я сделаю все быстро и очень не больно, договорились? Ты даже не почувствуешь! — заметив сомнения на мордочке, она продолжила, — а затем я тебя вкусно накормлю! Взгляд кошки изменился, будто говорил «с этого и надо было начинать», она снова положила голову вниз на полотенце и в ожидании уставилась на Ририн. — Спасибо за доверие! Продев нитку в иголку и оставив хвостик, она начала легонько проткнула первый слой кожи, немного отвлеклась, убедилась, что кошка не реагирует и продолжила, проделала такой же трюк и с другой стороны, затем поддерживая лапку под затянула шов, сделала маленький узелок и обрезала нитку. Первый шов был готов. — Ну не больно же? — Мрр. Девушка снова сосредоточена повторила эти движения, проткнула, проткнула под, затянула узел, отрезала. Нанесла четыре шва, ранка уже не кровоточила, а открытых мест не наблюдалось, еще раз обработав перекисью, Ририн взяла бинт и в несколько движений завязала повязку на лапке, предварительно положив несколько ватных дисков на всякий случай. — Готово! — Порадовала кошку девушка, та посмотрела на Ририн в ожидании. Девушка одной рукой сняла перчатку, чтобы уже рукой без перчатки поддеть вторую, выкинув все использованные медикаменты и снова прибравшись, она улеглась рядом с кошкой на единственное чистое место. — А, точно, сейчас закажу корм. — Услышав заветные слова, животное вскочило, но тут же упало. — Прости тебе, может сейчас не очень удобно ходить будет, но завтра я сменю повязку, не волнуйся, больше недели это не продлиться, ах да, и еще кое-что, скорее всего, ближайшие десять-пятнадцать минут ты все еще не будешь чувствовать свою лапу. Ририн показалось, будто кошка вздохнула, то ли с облегчением, то ли от безысходности. Девушка взяла ее на руки и начала поглаживать, на матрасе спать не вариант, он грязный и пыльный, а сейчас делать генеральную уборку после качественно проведенной операции Ририн никак не хотелось. Девушка решила поспать на полу, подложив куртку на пол. Спустя час пришла доставка, ей принесли кошачий корм, пять пакетиком влажного корма и один килограммовый сухого, также она сразу заказывала подстилку для кошки, что-то типа подушки с поднятыми вверх краями, как бортики и миску для еды с кошачьими ушками. На первое время этого хватит, думалось Ририн. — Ну что ж, мы дождались твою доставку, поэтому ешь, давай и спать будем. — Кошка удовлетворительно кивнула и принялась расправляться с сухим кормом. Абсолютно черная, длинношерстная, с желтыми, словно горящими глазами. Какая она красивая. Разве что белый бинт на лапке выделялся, Ририн даже подумала, что стоило найти и купить черный бинт, но проверив свой банковский счет, на котором оставалось меньше тысячи рублей, она чуть не вырубилась. — Еще утром здесь было около двадцати тысяч… до зарплаты еще неделя.видимо, питаться я буду дошираками по пять рублей. Кошка, закончив трапезу, подбежала к хозяйке, немного прихрамывая, она стала ластиться и лизать руку, будто пытаясь успокоить и отблагодарить. — Кстати говоря, а как тебя зовут? — Девушка только сейчас осознала, что все время называла ее просто «кошка» или «киса». Она ведь так и не спросила имени. Желтоглазая на секунду остановилась, с грустью, как показалось Ририн, посмотрела на нее и продолжила свое занятие. — Ты мне так скоро весь первый покровный слой кожи слижешь, — в шутку бросила девушка, — значит у тебя нет имени? — Ририн задумалась. — Тогда… что насчет Блайс? — Спросила авторитетного мнения девушка, кошка оценивающе посмотрела на нее, затем повернулась и легла рядом, уткнувшись носом в хозяйку. Она сочла это за согласие. — Спокойной ночи, Блайс. — В ответ она услышала приятное урчание. 01:23