Вторая концовка

Парень оглядел девицу, пришедшую спустя столько времени к нему домой.Что показалось ему очень родным, как в первый раз. Эти ровные огненные волосы спадающие по пояс, маленькое хрупкое телосложение и глаза. Красные глаза, что были видны, даже с такого расстояния. Турбо всегда был внимателен к глазам, придерживая зрительный контакт. По глазам он всегда понимал больше, чем по словам. Скинув верхнюю одежду, тот прошёл на кухню, усаживаясь напротив Князевой. Алёна машинально, молча, без какого либо словесного сопровождения достала из уже изученной не в первый раз тумбочки–аптечку, принимаясь залечивать новые раны. Слёзы вновь текли ручьями, ведь вновь прокручивать и вспоминать минувшие, далеко не приятные моменты было сложно, но ещё сложнее–вновь озвучивать. — Не молчи.Я не могу смотреть как ты плачешь и молчишь.— тот смотрел на стоявшую около него девченку, вскинув голову вверх, наблюдая за её действиями. В какой-то момент он остановил её руку потихоньку опуская ту вниз. — Я ребёнка потеряла,— уже захлёбываясь слезами по полной, сказала кареглазая, откинув голову назад закусывая до крови губу, чувствуя металлический неприятный привкус во рту. Зеленоглазый удивлённо глядел на девицу.Слёзы с её щек, растекались и с подбородка, капали ему на колени, оставляя мокрые следы на брюках. Чай одиноко стоявший на столе давно остыл, лампочка иногда мигала от перенапряжения электричества, а небо уже на несколько тонов стало темнее, за такой короткий промежуток времени. — Ален. Как так, то?— Туркин притянул девушку ближе к себе приобнимая, голова прислонилась к животу, пока её руки легли ему на плечи, слегка поглаживая. — Валера. Не оставляй меня, хотя бы ты. Я ведь тоже люблю тебя, какой бы ты ни был.— протянула та, сглатывая накопившийся ком в горле, чтобы в очередной раз, не сорваться и не закатить никому не нужную истерику. — Я ведь обещал, что не вернусь, помнишь?— сказал парень, поджимая разбитые губы, вспоминая их последний разговор и своё обещание.Отстранившись от Алёны, словил её взгляд, метаясь между парой карих глаз. Пытаясь вновь прочесть в них что-то, кроме слова «боль». Девушка опустилась на корточки, ровняясь с кучерявым. Провела дрожащей рукой по лицу парня, всматривалась в его напуганные глаза. — Ты и не вернулся, ты не успел Валера…— эхом прозвучало в ушах смотрящего, а девушка поднялась, убирая руки от лица кучерявого.В мгновение её лицо побледнело, глаза помутнели, затягиваясь серым туманом. Медленными шагами та двинулась покидая комнату. Валера лишь смотрел вслед, ноги словно отказали и тот через боль поднялся последовав за девченкой. Когда же он добрался, её и след простыл, как будто той и вовсе не было. — Валера. — раздалось за спиной у зеленоглазого, на что он в момент повернулся.— Отпусти меня, ты не даёшь мне уйти. Тот удивлённо разглядывал девушку, что плавно переместилась вперёд, останавливаясь перед ним лицом, вновь потянувшись рукой к его щеке.Пока по другой руке, с тоненьких пальцев, маленькими, алыми капельками, скапывала кровь на холодный пол. В мгновение от девичьей руки странно запахло, словно медикаментами, вместо привычного запаха вишни. — Что? Всмысле отпусти? Куда уйти?— тот аккуратно перехватил ладонь девушки, глядя в её безжизненные глаза, но на её лице, всё так же красовалась лёгкая улыбка, что нагоняла жуть. Рыжеволосая склонила голову вбок, глядя на напуганного Валеру, что метался взглядом по её лицу. — Я умерла, Валера.Проснись— в мгновение девушка растворилась, оставляя за собой ароматный вишнёвый шлейф по коридору, а эхом доносилось слово «проснись». *** Когда парень открыл глаза, резко подорвавшись с холодной земли, увидел перед собой маму, что твердила «проснись», встряхивая того за плечо. — Валера, сынок, пойдём домой, ты ей уже не поможешь.— сказала женщина, помогая парню окончательно подняться. Обернувшись, Туркин увидел за своей спиной могилу:

«Князева Алёна Сергеевна

1971–1990гг

Помним.Любим.Скорбим.»

— Мам, я видел её, только что, вот буквально.— пролепетал тот, до конца не смирившийся с тем, что её нет больше. Женщина аккуратно завела руки за спину сыну, обнимая. — Валерочка, пошли домой. Хватит уже. Она умерла, отпусти её. Ты не успел ей помочь,— прошептала женщина, пока по лицу скатывались слёзы. В какой-то момент, воспоминания стали восстанавливаться как и тот вечер. Именно тогда, Валера пришёл домой, Князевой уже не было.Мать лишь передала, что она хотела поговорить, на что тот словно с цепи сорвался, побежал к её дому.Застать её не получилось, ведь Алёна лежала в ванне крови, а на полу валялась пустая баночка таблеток.Не дождалась!