Глава 16

Ванесса выходит из своей комнаты, небрежно захлопывая за собой дверь, и летит вниз, чтобы перекусить. Обычно она следила за своим рационом, чтобы поддерживать спортивную форму, но банка арахисовой пасты, которую ей удалось обнаружить в одном из шкафчиков, слишком заманчиво смотрела прямо на неё. Сосущее чувство в животе и чуть подрагивающие в предвкушении ладони так и подталкивали нарушить диету и Ванесса, сжав кулак, вытащила банку пасты. Если съесть немного и выйти на пробежку, то хуже не станет, это уж точно. Главное не растрепать тренеру о том, что сорвалась, и не срываться в следующий раз, послушно пожёвывая яблоки и протеиновое печенье. Она полезла в ящик, в котором обычно лежали вилки и ложки. Резко выдвинув его, железо радушно поприветствовало спортсменку звенящими голосками, но вместе с ними на глаза девушки выкатилась открытая тетрадка. Обычная школьная тетрадь, каких у Шейлы, должно быть, целая куча, но которыми почти не пользуется Ванесса. Девушка достала её вместе с ложкой и села за стол, открывая банку и попутно бегая глазами по тексту внутри.

«Яблочное пюре лучше приготовить самостоятельно, а не покупать готовое. Два мерных стакана муки и масло (НЕ солёное). Холодильник — 30 минут.»

Ванесса без интереса перелистывает страницу тетради и кладёт на язык ложку с арахисовой пастой. Теперь ясно, как тетрадь оказалась в ящике со столовыми приборами. Видимо, Сесиль просто в спешке засунула её туда во время готовки. Это было её небольшим хобби. Кому-то нравилось выращивать цветы, вязать или играть в боулинг, кто-то предпочитал рыбалку или кемпинг, а для Сесиль настоящим наслаждением было приготовить что-нибудь. Мэй и не помнит, когда в последний раз видела в их доме такие популярные в Америке готовые смеси разных блюд, ведь даже пиццу Армстронг научилась готовить сама. Даже будучи в ресторане она непременно попросит официанта узнать у повара подробный рецепт какого-нибудь соуса в своём блюде, а потом, записав это в свой небольшой блокнотик, будет двадцать минут распинаться о том, как они обманули её, ведь по вкусу в пасте точно чувствуется базилик, о котором они удобно умолчали. Перелистнув страницу с рецептом равиоли из шпината, Ванесса прошлась глазами по тексту с рецептом вишневого пирога. Как же она любила этот пирог! Если бог существует, то он сослал на землю своих ангелов и те благословили вкусовые сосочки этой семьи, ведь им удавалось как минимум раз в неделю наслаждаться прекрасным, тающим на языке, немного сливочным и с кислинкой вкусом вишнёвого пирога от Сесиль Армстронг. Только от воспоминаний о нём у Ванессы выступила слюна и она готова была стереть свои ноги в кровь на пробежке, лишь бы съесть ещё кусочек. Никто в этой семье не может оценить вкуса вишнёвого пирога так, как его ценит Ванесса, поэтому ей было так интересно посмотреть на рецепт. Вдруг она найдёт там какой-то секретный ингредиент?

«Вишня» — не будь так предсказуема, Сесиль. — «Масло (не солёное), щепоть соли…» — выглядит всё ещё довольно очевидно. «Не посылать отчёт от мэра…»

Ванесса нахмурилась и перечитала ещё раз, ведь сначала подумала, что ей показалось.

«Не посылать отчёт от мэра. Почему?»

Рядом с текстом были нарисованы загогулины, какие люди иногда рисуют, разговаривая с кем-то по телефону. Наверное, во время записи рецепта ей позвонили.

«Не хочет давать комментариев. Не давать комментариев. Расследование закрыто. Написать благодарственное письмо миссис Браун. Пригласить её на ужин. Заказать новые стаканчики в офис. Козёл.»

Миссис Браун? Директор школы? Какого хрена вообще директор школы забыла в тетрадке с рецептами? Отложив банку в сторону и воткнув ложку в пасту, Ванесса начала с любопытством пролистывать всю тетрадь, но ничего, кроме этого небольшого фрагмента, она не увидела. Видимо, это единовременная акция, после которой Сесиль поспешила куда-то уехать, потому что тетрадка тоже лежала в неположенном месте. Может, для кого-то это мелочь, но только на для дома Мэй-Армстронг, ведь старшие в нём помешаны на порядке и чистоте. Обычно Ванессу сложно застать врасплох, но сейчас она чуть не проломила головой потолок, громко хлопая по столу и закрывая тетрадку с рецептами. — Сесиль! — взвизгнула она и тут же прочистила горло, прикрыв рот кулаком. — Ты меня испугала, зачем так кричать? — негодует тётя и ставит на стол бумажные пакеты с продуктами. — Я купила тебе сельдерей, ты ведь пьёшь эту бурду… как её… — Смузи, да. Спасибо. Девушка встала и помогла разобрать продукты, каждый раз неловко поглядывая на Сесиль, несколько уставшую после работы. Ванесса открывала и закрывала рот, как рыба, пытаясь придумать, что спросить, но на ум ничего не приходило. — У тебя на работе всё нормально? — и это всё, до чего ты додумалась? Позорище. — Да, а почему ты спрашиваешь? Ванесса решила быть прямолинейной: — Нашла твою тетрадь с рецептами, а там было написано, что «расследование закрыто». Расследование по поводу девчонки, которая утопилась в бассейне, да? Рыжеволосая бестия коротко кивнула, пряча яйца и масло в холодильник, но не ответила. Тема на этом была закрыта, потому что Армстронг не спешила делиться подробностями своей работы. Ей вообще не особенно нравилось то место, в котором приходилось проводить каждый день по восемь, а порой и по десять часов. Помощница мэра была наделена таким диким количеством обязанностей, что сравнение с «человеком-оркестром» подходило идеально. Зато платили отлично, зарплаты хватало на всё, что бы Шейла с Ванессой не попросили, и дом их находился в достаточно благополучном районе. В дом позвонили, и Ванесса поспешила открыть дверь. На пороге мог оказаться кто угодно, правда, и для старшей Мэй любая рожа показалась бы безобразной и ненавистной, вот только данный экземпляр цеплял глубже, взывая к древнему инстинкту убийцы, в глазах которого отражался естественный враг. — Ебать, клуб книголюбов дальше по улице, — фыркнула Ванесса и осмотрела девушку, стоявшую в метре перед ней. Селена сжимала в руках какую-то вещицу, замерев, как испуганный суслик, а за её спиной горой стоял коренастый мужчина в куртке и тёмных очках. — А этот олух не в курсе, что уже вечер и солнца нет? Селена, округлив глаза, молчала. Это выглядело странно, потому что мужчина за её спиной тоже ни слова не проронил. — Что вам тут надо? Протянув вещицу Ванессе, Селена опустила взгляд вниз, избегая зрительного контакта. Скривив губы, блондинка взяла из рук этой странной девчонки значок, какими дети и подростки обычно украшают свои портфели. Значок с каким-то героем из мультфильма, которого Ванесса не узнавала, сразу натолкнул на мысль о том, что он принадлежит Шейле. — Ясно. Ты пришла к Шейле? Селена быстро завертела головой. — А что тогда? Зачем пришла? Ответ на этот вопрос стоял перед Селеной, но она, словно замерев в страхе, не могла вымолвить и слова. У младшей Андерс крутило живот, голова тяжелела и колени тряслись. Ещё немного, и она могла свалиться в припадке от своей влюблённости, словно от дикого, необъяснимого ужаса. Покрасневшие щёки и тремор Ванесса восприняла как какой-нибудь припадок, но точно не как романтические чувства к своей персоне. Если бы не рыжая бестия, может, Селена так и вовсе шлёпнулась бы в обморок прямо на крыльце. — Селена, — приветствует тётя и приглашает гостью зайти в дом. — А это… твой друг? Неизвестный мужчина входит следом за девушкой и спокойно представляется её телохранителем. — Зачем это тебе телохранитель? — О-о…отец н-н-настоял, — еле как выдавила девушка, пытаясь не смотреть никому в глаза. Сесиль кивнула, сконфуженно переглядываясь с Ванессой, и повела её на кухню. Девчонке явно не помешало бы успокоиться, поэтому Армстронг заварила ей и её телохранителю травяной чай. Не часто ей приходилось встречать настолько… необычных гостей, но даже с таким набором посетителей у Сесиль нашлось достаточно слов в словаре. Ванесса на её месте давно послала бы их куда подальше, поэтому она искренне не понимала, почему тётя не сделает того же самого. Но знаете что? Кому вообще не насрать на Селену? Ванесса, сидя за столом и доедая остатки арахисовой пасты, пока Селена косилась на неё, думала о своих проблемах. Сейчас Виолетта взяла всё в свои руки, а долбанная Аврора засунула язык в зад и даже не думает шевелиться, чтобы помочь спортсменам. Где её излюбленные акции в поддержку? Где её былая активность? Неужели перед лицом опасности она трусливо спасовала? Виолетта уже во всю захватывает власть, а в школе всюду висят плакаты с её уродливым, пафосным рылом. Если так и дальше пойдёт, то не видать спортсменам соревнований, а главным видом спорта в Супременте станет этот абсолютно уёбищный гольф или регби. Дальше что? Именная форма с нашивкой в виде буквы «В» на груди? Этой Виолетте нужно как следует прописать по лицу и засунуть её в какой-нибудь подвал до конца года, чтобы у неё не было возможности совать свой наштукатуренный нос в школьные дела. — О чём задумалась? — с улыбкой спрашивает Сесиль и вместе с мужчиной-телохранителем переводит взгляд на племянницу. Этот громила, обтянутый майкой, как резиновый шарик, хлебал травяную жижу из малюсенькой, белой чашечки. Тёмные очки он так и не снял. — Э-э-э, — неплохо для начала, но теперь собери всё в осмысленное предложение, как тебя учили. — О пряниках и воздушных замках. — Как обычно. А мы тут обсуждаем ежегодный конкурс, называется «Пекарь года». Оказывается, Селена тоже увлекается пекарным делом, представляешь? Ванесса смотрела то на Сесиль, то на Селену. Она не понимала, что должна ответить на этот вопрос, ведь ей было до глубины души насрать. — Просто… невероятно, — отпивая свой чай, Мэй морщится и отодвигает чашку подальше. Всё же, кофе ей больше по душе, в отличие от мерзостной смеси ромашки и лобковых волос. Или из чего там делают эту английскую гадость? — Да, мы хотим попробовать поучаствовать. Я буду печь свой вишнёвый пирог. — Тогда победа за тобой. У тебя лучший пирог в стране, Сесиль. Благодаря нему ты размажешь нахрен их бошки, а потом кинешь в печку и из ошмётков приготовишь рагу. Я тебе клянусь, вот настолько хорош твой вишнёвый пирог. После слов девушки на кухне повисла тишина, а потом телохранитель Селены хохотнул. Армстронг же натянула улыбку. — Ты всегда умела делать комплименты, Ванесса. — Реально. А теперь я пошла, а то у вас тут просто лютый депрессняк с пирогами, — блондинка поднялась из-за стола и пошла к себе. Виолетта. Аврора. Школа. Президент. Соревнования отменяются, потому что девчонка покончила с собой и всем поднасрала, но какой вообще в этом смысл, если расследование закрыто? Если полиция больше не ищет виноватых, почему спортсмены должны жертвовать своим будущим? Дело в репутации? Другие команды из других школ боятся связываться с Супрементом теперь не только из-за диких отношений между учениками внутри школы, но и из-за самоубийств, зачастивших в последние годы. Ну и что с того? На одну девчонку больше или меньше — в школе всё равно ничего не изменится. Есть ли тогда смысл обрекать всех спортсменов на участь работника Макдональдса? — В-Ванесса, — жалкий, тонкий голос ловит Ванессу на лестнице, и та нехотя оборачивается. Селена стояла перед ней, сжимая в руках какой-то листок, и смотрела под ноги. — У тебя пять секунд, чтобы сказать. — Я… Ты… — Четыре… Плотно сжав губы, Селена сжимает листок в руках и не может вымолвить ни слова, поэтому Ванесса закатывает глаза и быстро поднимается на второй этаж, демонстративно хлопая дверью. Мажорку отпустило не сразу. Она ещё чувствовала шлейф аромата, который за собой оставила бейсболистка: от неё пахло ванилью и каким-то свежим дезодорантом, а ещё еле уловимым запахом травы и свежевыстиранного белья.

…

Ванесса не могла уснуть из-за мыслей о том, что будущее ускользало от неё, как песок сквозь пальцы. Обычно ей помогала вечерняя пробежка и обжигающий душ. Они вырубали её до самого утра, но сейчас, чтобы уснуть, ей бы понадобился удар по голове чем-нибудь очень тяжёлым. В таких, крайних случаях она писала одной своей хорошей подруге — Эшли. Девушка потянулась за своим телефоном и открыла чат с ней. Переписка была огромной. Они очень часто общались так, через сообщения, а в живую встречались только чтобы Эш подвезла её до школы рано утром и умотала по своим школьным делам. Всю остальную часть времени их разговор представлял из себя кучу текста, в котором Ванесса изливала свою душу, а подруга поддерживала её советом или добрым словом. Никто больше так не понимал Ванессу, как Эшли. «Привет, Эш. Ты дома?» ВМ Эшли ответила только через десять минут. «Привет, крошка 😼. Я в свободном плавании, дома почти не бываю, забыла? А что случилось?» ЭШ Ванесса грустно вздохнула, быстро набирая ответ. «Не хочешь заехать сейчас ко мне? Можем куда-нибудь сгонять, посидеть, выпить пива… У меня сейчас голова взорвётся от этого всего. Ты же слышала про труп в школе?» ВМ «Про Сару? 🤔» — почему-то никто не называл погибшую по имени. Спортсмены ненавидели усопшую из-за того, что теперь им приходится разгребать кучу дерьма, и звали её мертвой шлюхой. А мажоры просто никогда не интересовались её именем. «Да. У всех из-за неё проблемы😕. Если бы она покончила с собой хотя бы в нескольких метрах от школы, крику было бы куда меньше.🙄» ЭШ Позже снова сообщение от Эшли. «Прости, детка, я не смогу заехать. Сейчас у меня полно дел. ☹» ЭШ «Они у тебя уже неделю. Ты перестала заезжать с утра, в чём дело? Всё ок? Если у тебя проблемы, скажи, я позову Брукса😄» ВМ «Что за кринж… Брукс гандон. И он сто процентов запал на тебя.🤢» ЭШ «ЛОЛ что? Мы с ним с младшей лиги дружим, он мне как брат😆. Только от мысли, что он на меня запал, меня тошнит💩💩💩.» ВМ «ИНЦЕСТ😻😻😻» ЭШ «СУЧКА, ФУ👹👹👹» ВМ Ванесса начала смеяться, прикрывая рот рукой. Эшли отправила ей демотиватор, на котором стоит Брукс и под которым написано «кровосмешение». «Ты сучка👹👹» ВМ «😘😘😘» ЭШ «Пиши мне. Я не смогу приехать, но почти всегда на связи. Люблю тебя💋» ЭШ Эшли не приедет. «А на что ты рассчитывала? Что она спохватится и тут же примчится к тебе, потому что тебе грустно?». Вообще-то да, именно на это Ванесса и надеялась. От всего того, что сейчас происходит, тошнило в прямом смысле этого слова. Желудок словно сворачивался в животе и неприятно спазмировал. Может, если поспать, то полегчает?

…

Брукс ставит бутылку пива на трибуну. — Надо что-то делать, верно? Аврора не шевелится. Кто-то вообще слышал о ней? Куда она делась? Виктория оторвалась от бутылки, чтобы ответить. — Она со своими чирлидерками репетирует там что-то. — Смешно. Если она ничего не сделает, то хуй нам всем за воротник, а не соревнования. — И её сраные танцульки никому не сдались… Как и наша игра, — сказал один из парней и почесал свою голову. Впервые спортсмены были настолько подавлены. В разгар учебного дня они почти всей командой вместо урока химии решили пропустить по пиву. Это строго запрещено на территории школы, но спортсмены ничего и никого не страшились. Вот только такая вседозволенность быстро закончится, если Виолетта с её прихвостнями займут ту нишу, на которую метят. Ванесса молчала, хмуро болтая остатки пива в бутылке. Парни и девушки все сидели в спортивной форме: красный бомбер с белым воротником, каждый со своим собственным номером на спине и груди, и значком в виде бейсбольного мяча. Ванесса очень любила свою форму. Она могла небрежно относиться ко всем вещам, но только не к форме. Все её спортивные гольфы, штаны, футболки и куртки всегда были свежими и выстиранными, а кеды начищены. Даже на похороны родителей она надела мятое чёрное платье, но её белые кеды были безупречно чистыми. Спорт для Ванессы не просто увлечение — это её жизнь. Девушка резко встала, сунув бутылку в руки Брукса, и молча зашагала вниз. Все обернулись к ней. — Куда ты? — Брукс встал следом. — Неcс? — К Авроре, — раздражённо бросила она, на секунду развернувшись к команде. — Я надеру этой суке жопу, чтобы она подняла её и наконец начала выполнять свои обязанности! Команда загудела в знак поддержки и пошла следом, потому что всем было интересно посмотреть на девчачьи разборки.

…

Аврора со строгостью наблюдала за тем, как пляшут её подопечные. Их короткие белые юбки, еле прикрывающие задницу, превращали шоу в полу-эротическое представление, но никто не жаловался. Конечно, каждый второй считал их шалавами, но при этом каждый второй ради них и ходил на матчи, даже не представляя, насколько чирлидинг тяжёлый и сложный вид спорта. Двери в зал открываются и в них появляется Ванесса. Её сжатые в напряжении губы и злые глаза ясно дали понять, что она не настроена на милую светскую беседу, поэтому Аврора так же напряглась и выключила музыку, а её девочки остановились, наблюдая за происходящим. — Ну привет, — чирлидерша выпрямилась и скрестила руки под грудью, готовая обороняться. Между девушками никогда не было вражды, но и дружбой их отношения вряд ли назовёшь. Вечное напряжение в момент их разговоров стало само собой разумеющимся. — Аврора, какого чёрта ты делаешь? — Мы тренируемся, ведь скоро соревнования. Тебе бы тоже не помешало, знаешь. Паршиво выглядишь. Потолстела? Ванесса правда не хотела устраивать драки, но гадкий язык чирлидерши её спровоцировал. Она хватает Аврору за волосы и рывком ставит на колени, приседая следом. Девушки из группы поддержки хором ахнули, но не стали лезть в разборки. — Я клянусь, я оторву тебе твой поганый язык и засуну его тебе так глубоко в зад, что он вылезет обратно и встанет на место. Ванесса мертвой хваткой сжимала её волосы и Аврора, взвизгнув от боли, схватилась за её руку своими. По ощущениям ещё немного и целый клок может оторваться вместе со скальпом. — Делай свою работу, иначе мы все окажемся в полной жопе. И поверь, если это произойдет, глубже всех окажешься ты, я позабочусь об этом. — Я стараюсь! Я хотела… — Аврора пытается сказать что-то, но боль заплетает ей язык. — Виолетта не получит нихуя, поняла? Аврора мычит в знак согласия, дрожащими руками хлопая по ладони Ванессы. — Скажи вслух. — Я поняла! Бейсболистка ослабляет хватку, и Аврора падает на пол, хватаясь за голову. Стоило ей глянуть в сторону девочек из группы поддержки как те отстранились на шаг, а Ванесса, будто ничего не произошло, ушла. Когда эхо её шагов затихло, все тут же подбежали к хнычущей Авроре.