Часть 10

      Деймон, негодный мальчишка, сбегает в очередной раз с замка, теряется во всех злачных местах города. Играет с наркоторговцами на деньги, ввязывается во все драки, выпивает весь предложенный алкоголь, пропадает целыми ночами в компаниях шлюх. Обязательно берёт больше двух. — Вот, к чему приводит отсутствии дисциплины, — скрещивает руки на груди Рейнира. Её золотой плащ ярко блестит до боли в глазах.       Конечно, загульный период ни к чему хорошему не приводит. Уже четвёртый раз за неделю Деймон просыпается в тесной комнате борделя, девочки ушли от него намного раньше. С трудом вспоминает планы, нужно идти на утреннюю тренировку с мечом, наверное, уже дневная.       Принц петляет какими-то тропами, старясь избегать скопления людей. Голова раскалывается, в рот кошки нассали, желудок неприятно скручивает. Вчера он максимально превысил свою норму. Таргариен на полчаса прислоняется к прохладным камням ограждения и, кажется, засыпает.       Кое-как доходит до площадки и смутно только может понять, что его ждут проблемы. Во-первых, тренировка давно закончилась; во-вторых, стоят люди тётки и замечают его. Таргариен и не надеется, что ей в подробностях не передадут всё. Финальный гвоздь в собственных гроб Деймон забивает лично, когда блюёт на ботинки наставника.       Принц отдает должное тётке, она через час вытягивает его с постели и, как будто ребёнка, тащит за ухо в тронный зал.       Рейнира зла и беспощадна, пинает его под заднюю часть колен, заставляя тут же потерять равновесие и растянуться по полу. Визерис теряется и не находит слов. Даже Отто немало удивлён. А как же! Всегда прикрывает все сумасбродные поступки мальчишки, а сегодня прилюдно решила устроить ему выволочку. — Это уже ни в какие рамки, — чеканит каждое слово Рейнира, Деймон принимает попытку приподняться на трясущихся руках, но его тут же придавливает меж лопаток ботинок, — отдаю вам его, назначьте наказание.       Деймон чувствует себя преданным, слезы проступили, конечно, от головной боли.       Тётя знала, как показать, что значит пренебречь её заботой. Женщина лично составляла его график, подбирала лучших учителей, проставляла к нему редкую охрану, чтобы случайно не прирезали. Подростку вскружила голову вседозволенность. Отец начал куда меньше интересоваться его жизнью, сосредоточив внимание на младших детях, да только отмахивался от многочисленных слов десницы. Всё приговаривал, что наследник не девица, чтобы его опорочить.       Вся жизнь на месяц растеряла краски. Деймона силком тащат в септу, заставляют драить полы, бесконечно молиться на коленях, да соглашаться с просьбами любых встречных. В конце концов совершенно случайно сжигает всю новую партию молитвенников. Тётя, с присущим ей мастерством, ограничила его все ходы и лазейки, потрудилась ещё приставить особо несговорчивых людей.       И принцесса показательно ни разу к нему не подходила, не обращала внимания, игнорировала, лишь отвечала на приветствия дежурными фразами.       Финальные дни наказания Деймон решает пропустить и, запомнив за прошедшее время, примерную смену охраны, решает сбежать через парадный выход. Нет ничего лучше, чем поступить открыто.       Парень и не верит в собственное счастье, как, наконец-то, вырывается в городскую суету. Только в первом же баре ему скручивают руки и бросают в какое-то помещение.       Таргариен застыла около выложенных перед ней ремнями, выбирая подходящий. — Слышала от девочек, что наследник обожает причинять боль. Вот и проверим, насколько любит её принимать.       Урок юный Таргариен запомнил крепко. Иного положения, чем вертикального, не мог принимать дня три.

***

      Лейнор незаинтересованно вертит в руках письма матери и кидает их в ящик, тут же задвигая его резким движением. — Что хотела дорогая тётушка? — спрашивает Деймон, развалившись обнаженным на смятых простынях.       Веларион осматривает его и чувствует, как моментально пересыхает в горле. Принц на голову выше всех его прежних увлечений. Утренние лучи игриво освещают разбросанные по плечам серебряные волосы, подчёркивают литые мускулы. Лейнор чувствует, как на него надвигается удушливая волна смущения, когда замечает собственные отметины на чужом теле. — Спрашивает, как дела в столице, — безбожно врёт парень, умалчивая, что с каждым новым письмом требования вернуться домой становятся всё настойчивее. Ему стоило немалых трудов вырваться с Дрифтмарка и привлечь к себе внимание. — Раз интересно, пусть приезжает, — великодушно разрешает Деймон и медленным движением облизывает с пальцев нектар плодов. Голова у Лейнора пустеет, всё внимание концентрируется на незамысловатых движениях.       Так тяжело охватить всю картину целиком, только отдельные фрагменты.       Веларион давно хотел смазливой истории с тайными вечерними прогулками, зажимками по углах, острых ощущений. Принц играючи даёт всё и даже больше. В первый день проникнул в его покои, кинул какое-то тряпьё простолюдинов.       Каждый глупец знает, что идти за Таргариеном всё равно что добровольно сгореть. Безумство в каждом царит напополам с величием, красотой, силой. Молодой принц манил, одной усмешкой сводил с ума, дурманил почище всех вин. Никто не может винить Лейнора, что он добровольно упал в омут чувств. Как не бежать следом за небрежным приглашающим кивком головы. И он побежал.       Пока в одну из ночей к ним не заходит Рейнира, стража не посмела её остановить. Весело машущий мечом Деймон забывает обо всём и бросается к женщине. Парень чувствует, как к глазам подступают злые слёзы ревности. Как она может одним своим присутствием забирать всё его внимание?! — Милый, — ласково гладит по щеке Рейнира принца, а тот только и льнёт к её руке, — принеси мне пирожные, а я пока побеседую с другим любимым племянником. — Пусть любимый племянник и несёт, — впервые на его глазах капризничает Деймон. Женщина что-то ему шепчет, придвигаясь ещё ближе, принц склоняется и ловит каждое слово. И в конце вовлекает его в медленный поцелуй. Принц выходит без лишних возмущений.       Лейнор читает во взгляде Рейниры какое-то необъяснимое сочувствие, что так не вяжется с её обычной уверенностью. — Я не буду выяснять, почему ты игнорируешь письма матери. Причина понятна, — и безошибочно стучит по комоду, где насобиралась целая стопка, — Деймон жадный ребёнок, признаюсь, лично разбаловала. Лейнор, крошка, ты не станешь молодой, плодовитой и знатной девкой с широкими бёдрами. Пора уже завязывать и ехать к мамочке домой. Ещё немного и сестра лично заявится.       Парень всё прекрасно понимает, но не может. Сердце до боли замирает при виде двоюродного брата. Такой, как Деймон Таргариен, не может согласиться на что-то меньшее, чем на самую красивую девушку во всём мире. Рейнира перед ним в полупрозрачной тунике, едва прикрывающей колени. Халат, скрывающий всё, сразу же сбросила на спинку дивана. Веларион не может не признать её великолепие.       Деймон вскоре возвращается и стелиться перед тётей, кормит её с рук, убирает редкие крошки поцелуями, разминает напряжённые от постоянного труда мышцы. Старшая Таргариен позволяет всё, демонстрационно показывает. Очевидная разница сразу же бросается в глаза. Через несколько дней Лейнор возвращается домой.

***

— Почему вашими сыновьями занимаюсь я? — раздражённо произносит Рейнира, отпивая переслащённый ликёр, — и все проблемы концентрируются вокруг Деймона.       Её брат и сестра заливаются смехом, за что она тут же в них бросает гроздь винограда. Собиралась троица старших Таргариенов крайне редко, но метко опустошала королевские запасы алкоголя. — Пора познать радость материнства, — откровенно издевается Рейнис, — считай будущая полевая подготовка.       Рейнира может только закатить глаза, будь неладна её скорая свадьба. Какого дьявола согласилась только? — Не Деймон, а любимый супруг, — поправляет её слова Визерис, — занималась его воспитанием — наслаждайся. — Скорее её любимый супруг залетит, — продолжает Рейнис и получает непонимающий взгляд короля, — брат, сам подумай, Рейнира, как любой знатный лорд, подобрала с помёта лучшего щенка, выдрессировала под себя и в конце концов так неожиданно ведёт под венец. — А пока любимая мужа беременна будет, возьмёт в любовники младших принцев, — важно кивает Визерис.       И за что ей такие ужасные родственники?