Глава 30. Тревожные предчувствия

Проснувшись с тяжёлыми мыслями на душе, Камиюрушу, будто страшась навеваемого этим местом одиночества, спешно умылся, оделся и отправился к Кухне. В Коллективной Зоне теперь было очень пусто – несмотря на время завтрака здесь сидели лишь Арикото, Джию, Камео, Машаюки и Эйджи. Судя по виду, эти пятеро также пребывали в мрачном расположении духа, но было сложно сказать, одна ли тема тревожила их всех. – Привет, Кири! – с улыбкой поздоровался Камео, зорким глазом первый заметивший появление Историка, но тут же вновь помрачнел. Услышав слова Археолога, Джию оживился: – Отлично, Рушу, ты здесь! А мы как раз начали о-о-очень важное совещание… – Какое совещание? – одновременно спросили Камиюрушу и Камео. Панга, судя по виду устыдившийся помощи столь слабого союзника, с хитрым видом ответил: – Ну ладно, это не совсем совещание… Но! Всех здесь собравшихся, как ты, наверное, догадался, связывает не дружба – иначе бы здесь не было уважаемого Эйджи. Проблема в другом, а точне-е-ее в других… – В ком же? – уточнил Историк, уже догадывавшийся о ответе. – В Машару и Чиишане, – учтиво ответил Машаюки, любуясь кольцами-перстнями. – Это правда… – задумчиво проговорил Онокири, – Но что можно предпринять в подобной ситуации? Задумчивый Арикото ответил: – Пока всё устраивает женскую половину нашей Группы, усилия будут бессмысленны и бесполезны... Девушки считают, что находятся за надёжным щитом, с некоторыми основаниями – Тецубики и Нока не дали убить никого из них со времён начала Второго Дела. А когда ты закрыт стеной, пусть и тюремной, от палящих лучей Серого Солнца – гораздо легче принять свою несвободу… – Будь я женщиной, я бы тоже «принял несвободу», чтобы не слушать эту дурацкую философию, – раздражённо хмыкнул Угуишу. Арикото лишь покачал головой: – А я бы советовал задумываться над моими словами, пока не стало поздно. – Но возвращаясь к теме: где Машару, Чиишана и девушки? Не стали бы же вы обсуждать, что делать с ними, будь они за занавеской Зоны для Пар? – уточнил Онокири. Машаюки развёл руками: – Они в Классной Комнате. У них там что-то вроде временной военной базы, только Чиишана периодически отлучался, чтобы принести туда еду. – Да что за абсурд! – непонимающе схватился за голову Камео. – Абсурд или нет, а вопрос нужно решать. Понимаете ли, эти гарантии выживания по половому признаку слишком нервируют представителей мужского пола, толкая на убийства и ужа-а-асные глупости! – заметил Джию. – Убийство – не глупость, – категорично ответил Эйджи. На губах Панги мелькнула лукавая улыбка: – Конечно, но не из любопытства же ты пришёл на наше совещание? Циник презрительно отвернулся. Машаюки тем временем предложил: – Причинять вред этим двум «защитникам» было бы глупостью – ведь сегодняшнему вкусному рису с апельсиновым соком мы обязаны Чиишане. Однако с ними надо серьёзно поговорить и указать на неадекватность такой стратегии борьбы с проблемами… – Бесполезно! – вздохнул Камео, – Я пытался с ними разговаривать, но они не желают слушать. Это явно не поведение джентльменов, а какая-то странная задумка. – Значит пора создавать мужской джентльменский клуб! – заявил Панга. Камиюрушу улыбнулся, вспомнив о словах Мегуми: – Я подозреваю, что их замыслы скоро развалятся изнутри, стоит лишь немного подождать. Главное за это время не умереть. – Да, это было бы страшной глупостью… – согласился Арикото. – Забавненько. Итак, у нас нет плана и возможностей действовать без насилия, пока их Орден Защиты Дам не развалится? – подытожил Машаюки. – Да, – кивнул Историк. – Но как же нам избежать смертей за это время? Серое Солнце беспощадно… – возразил Ушуками. – Как минимум можно не ходить в Гардероб – вы же заметили, что каждое убийство происходит в новой общей комнате? – со странной улыбкой спросил Камияма. – Это может быть совпадением, правила же не обязывают… – грустно ответил Тошикане, прервав сам себя в задумчивости. – Это правда, – сверкнул фиолетовым отблеском очков Машаюки, – Избегая Гардероба, мы не избежим убийства. – В теории, следовало бы в принципе перестать посещать общие комнаты, – заметил Онокири. – И умереть с голоду! – оскалился Эйджи. – Кроме Кухни… – вынужден был согласиться Историк. Хитрец выразил несогласие: – Проблема в то-о-ом, что и Кухня – это фактически 4 комнаты, и не составит никакого труда кого-то отравить или даже убить, скрываясь за занавесками! Да и не знаю как вы… а у меня с Камео есть дела и в других комнатах. – Моё перемещение тоже никакой риск смерти не ограничит, – злорадничал Эйджи. – Что до меня, я бы согласился с предложением Онокири, если бы… ценил свою жизнь чуть больше, – кивнул Камияма. Философ неспешно покачал головой: – Прискорбно видеть подобное поведение… Что до меня – я полностью на стороне Камиюрушу в этом вопросе. Вдвоём мы покажем, что осторожность – важнее призрачных планов. Возможно, слова Арикото и произвели бы некоторое действие на остальных, если бы в этот момент не отворилась дверь, из-за которой робко выглянул Чиишана: – Камиюрушу… Тамоцу просила напомнить, что ты как член Университетского Кружка Талантливых Студенток приглашён на очередное её заседание. Орден Защиты Дам… даёт на это своё согласие. Говоря это из-за приоткрытой двери, Нока посматривал куда-то в Коридор. Понимая, что его присутствие необходимо, если он хочет на что-то повлиять, Онокири поднялся, покраснев и стараясь не смотреть на Арикото, после чего, кивнув всем на прощание, вышел в Коридор. Абсолютный Помощник сразу же удалился в Классную Комнату, но почему-то оставил дверь приоткрытой, выглядывая из-за неё. Взгляд Историка невольно скользнул по Коридору, заметив, что дверь в Гардероб также приоткрыта. Пользуясь взглядом Ноки как некой гарантией безопасности, он быстро направился туда, не вполне понимая, кто там находится. Когда Онокири вошёл, его глазам предстала причудливая и пугающая картина – при всём самообладании и выдержке, выработанной после 6 смертей, Историк едва удержался от лёгкого вскрика. В Гардеробе спиной к Историку стояла Мегуми, державшая в правой руке меч, вынутый у стоявшего возле примерочных максимиллиановского рыцарского доспеха. С тяжестью она всё же смогла поднять клинок и, замахнувшись… срезала свои длинные светло-русые волосы, превратившиеся в каре. Испугавшись, что Вакаме навредит себе таким внезапным взмахом меча, Камиюурушу бросился к ней, но та спокойно поставила меч на прежнее место и удивлённо обернулась, услышав шаги: – Рушу, что такое? Всё в порядке? – Нет! Что ты делала?! – Я? Придавала себе более подобающий внешний вид… Всё же, к воинственным намерениям и воинственный образ, – загадочно улыбнулась Вакаме. – Так значит… – Да, время действий наступает, завтра. Чтобы не произошло завтра – не удивляйся. Абсолютное доверие так близко. Ха… ха… Хахах! И Мегуми за руку потянула растерявшегося и побледневшего Историка в Классную Комнату.