Закат

В последнее время все было очень спокойно. Настолько спокойно, что невыносимо скучно. Десептиконы напали всего дважды за весь этот месяц, который прошел с похищения Саунда и с момента возвращения его на базу автоботов. Ни в одной из битв не было сильно раненых, а сами десы не реагировали на подколы лейтенанта, молча отстреливаясь и в итоге сбегая с некоторым количеством энергона. Рэд Алерт, конечно, не мог не подозревать какой-то коварный план, но Джаз был убежден, что дело в чем-то другом. Проул запретил ему любые вылазки дальше патрульного маршрута, Оптимус, качая шлемом, утвердил это, и Джазу оставалось только морщить лицевые пластины, но сопротивляться слишком сильно он не собирался. Все-таки наказание было даже слишком мягким для такого прокола. Ну, еще пара дежурств… Пара десятков дежурств… Джаз вздохнул вентсистемами, прогоняя горячий воздух из корпуса. Он сидел за экраном телетраана, внимательно (или не очень) всматриваясь в камеры, которыми Рэд Алерт утыкал базу по периметру в еще большем количестве, чем обычно. Под ногами, у самого кресла на полу сидел Саундвейв и неспеша перекладывал какой-то человеческий мусор только в одном ему понятном порядке, снова и снова сортируя разные палочки, ветки и фантики, которые ему натаскали Бамблби и Хаунд. Рядом с Саундвейвом скакали Лазербик и Баззсоу, пытаясь участвовать в медитативной игре. Помощь Лазербик воспринималась Саундвейвом максимально благосклонно, он постоянно издавал какие-то звуки, принимая из ее клюва палочки и фантики и укладывая их на пол. Баззсоу же по какой-то причине был не в фаворе и то и дело отпихивался маленькими ладошками от сокровищ. Джаз скосил взгляд вниз, незаметно подглядывая за очередным приступом гнева желтого кибер-ястреба, который не понимал, какого шарка его так игнорируют. Баззсоу недовольно скрежетал и щелкал клювом, раскрывая крылья, но ни Лазербик, ни Саундвейв не обращали внимания на его гнев. В конце концов Баззсоу устал от тщетности попыток поиграть с носителем и взлетел, садясь на шлем Джазу. Автобот поднял руку и попытался погладить птичку по шлему, на что получил злой клевок в палец, ойкнул и снова выпрямился в кресле, глядя в светящийся экран. На экране не менялось ничего. Абсолютно ничего. Даже ветер не шевелил редкие деревья и не поднимал легкий песок, оставляя мир безжизненным и невыносимо скучным. После возвращения Саундвейва из плена ритм жизни кассет немного изменился. Рэд Алерт словил небольшой кризис, осознав, что кассеты в любой момент могли устроить саботаж, сорвав все ограничители, но сознательно не делали этого, придерживаясь того огромного списка правил, что составили он и Проул, исключительно из вежливости. Причина была очевидна: кассетам не нужно было втираться в доверие. Им не нужны были тайны автоботов. Они не планировали никаких опасных диверсий. Им нужно было лишь одно: обеспечение безопасности Саундвейва. Рэд Алерт не без помощи Инферно, который начал все чаще общаться со спарком, создал новый, более упрощенный свод правил, который свел все существование десептиконов на базе к трем правилам: Первое – не покидать базу без сопровождения минимум одного автобота. Второе – не пытаться вернуть себе оружие или позаимствовать чье-либо. Третье – не пытаться проникнуть в запертые помещения без прямого указания, разрешения или сопровождения автобота. Кассеты, конечно, особой благодарности не выразили, будучи все еще в тревоге от стольких неприятных событий разом: похищение Саундвейва, ранение Френзи при попытке защитить его, стычка Джаза, Миража и Рамбла с десептиконами на базе последних и общей панике на фоне всего этого. Но правила были одобрены Проулом и Праймом с условием обязательного наличия маячка в каждом мини-корпусе, сообщающего о местонахождении кассеты в настоящем времени прямо Рэд Алерту на личный датапад, и теперь кассеты получили предостаточно свободы для того, чтобы не тусоваться в своем отсеке 24/7, а исследовать быт автоботов и их удивительные отличия от десептиконов. Больше всех от слежки раздражался Рэведж, но и он принял подобные неудобства, понимая, из-за чего они так необходимы. Все чаще можно было встретить кассетника в коридоре без сопровождения, и обитатели Арка все меньше вздрагивали, видя маленькие корпуса, спешащие по своим делам. Это было странно. Джаз услышал шаги из коридора и повернул шлем, почувствовав, как Баззсоу покачнулся и недовольно тюкнул его клювом в один из небольших рожек. В зал вошел Хаунд с выражением надежды на лицевой, которое быстро перетекло в радость при виде Саундвейва. Он помахал Джазу, который радостно повернулся на кресле к гостю. - Привет, Джаз. Что, все еще здесь? Я думал, ты уже на полпути к Немезиде. Опять. Джаз развел манипуляторы в стороны, качая шлемом. - Что ты, я тут практикуюсь в новой дисциплине! – Джаз заложил манипуляторы за шлем, чудом не задев Баззсоу и нахально откинулся на спинку кресла, закидывая серво на серво, - называется «сидеть на бампере ровно». Проулер считает, что у меня талант! Хаунд издал веселый смешок, садясь на корточки перед Саундвейвом и протягивая ему манипуляторы. - Да ну. А я-то думал, что ты тут страдаешь. А у тебя все шикарно, да? - А то, - Джаз весело сверкнул визором, подставляя манипулятор взлетевшей Лазербик. Птица недовольно свистнула на Хаунда, прервавшего игру, и нахохлилась на манипуляторе диверсанта, показательно отвернувшись в сторону, - не страдаю, понимаешь ли. Саунда кормить пора? Хаунд кивнул, не отвечая вслух, пока Саундвейв не встал, не прошел несколько шагов и не залез на манипуляторы к разведчику. Бело-синий корпус стал заметно крупнее, чем тогда, когда только попал к автоботам, и уже возвышался над Рамблом и Френзи на пол шлема, но все еще был мелочью в сравнении с обычными полноразмерными мехами. Хаунд выпрямился, удобно устраивая Саундвейва на локте. - Да, и Ретчет хотел что-то еще в нем проверить, я не вникал. Джаз протянул свободный манипулятор, потрепал Саундвейва по шлему, вызвав короткий одобрительный гул малявки, и отсалютовал Хаунду. - Что ж, если найдешь мой посеревший корпус здесь через пару земных часов, передай всем, что я ушел в дезактив от скуки. Хаунд фыркнул, ничего не отвечая, и развернулся в сторону медотсека. Баззсоу, решив, что с Джазом ему не интересно, неспеша пролетел практически над головой Хаунда, в итоге приземлившись на его холо-пушку, закрепленную на плече. Хаунд краем оптики глянул на кассету, но не прокомментировал, болтая с Саундвейвом, который подтянул его свободный манипулятор к себе и аккуратно покусывал его пальцы острыми дентами. Эта привычка так и осталась у Саундвейва, как и полученное благодаря ей прозвище «добыча» у Хаунда. Спасибо, что Саундвейв хотя бы не впивался в него как раньше, как земной бульдог, а почти ласково покусывал кончики пальцев, словно это был невыносимо приятный досуг. Хаунд направлялся к медотсеку. Вообще-то последнее время Саундвейва уже кормили не там, а в общей столовой, и еще недавно совсем беспомощная малявка самостоятельно расправлялась с кубами, но Ретчет настаивал на очередном осмотре, и Хаунд выступил лишь доставщиком спарка из одного помещения в другое. Едва дверь медотсека открылась, Саундвейв извернулся в манипуляторах Хаунда и всем корпусом потянулся вперед, просясь к Ретчету и вслух крича: - Речет, Речет, Речет! - О, Праймус, - выдохнул вентиляцией медик, откладывая датапад и поворачиваясь к гостям лицевой. Он посмотрел мгновение на Саундвейва, который с усилием выворачивался из хватки разведчика, - ты стал таким шумным, Саундвейв. Саундвейв затих ровно на те секунды, пока Ретчет говорил, словно внимательно прислушиваясь, затем возобновил свое прошение, пока мех не сдался и не взял его на манипуляторы. Хаунд наблюдал за действиями медика, но не всматривался, а отсутствовал, и мысли в его процессоре были совсем не о кормлении и осмотре искорки. Когда Саундвейв опустошил куб энергона высочайшего качества, который как-то без официального запроса стал полагаться ему безусловно, Хаунд прочистил вентсистему, фыркнув песком на чистый пол медотсека, и заговорил. - Слушай, Ретчет, у меня есть идея, но она, возможно, плохая. - Угу, - Ретчет отложил датапад, в который что-то быстро записывал, и скрестил манипуляторы на грудном отсеке, - мне это уже не нравится. - Ну... - Хаунд потёр затылок, неловко улыбаясь, - я хотел взять Саундвейва с собой. На холм, сразу за Арком. Там сейчас такие закаты, каких я на Земле ещё не видел. Золото, розовый, облака как гретый энергон... Я подумал, ему может понравиться. Линзы Ретчета внезапно стали ярче, пронзительнее, словно он пытался прочитать что-то больше, чем просто сказанные вслух слова. - Ты хочешь вытащить спарка за периметр базы, чтобы показать закат? - Ну да, - Хаунд быстро взглянул на незаинтересованного в разговоре Саундвейва, который пытался смять пустой куб из-под энергона и издавал тихое сытое гудение, - я думаю, ему понравится. Там ярко… Баззсоу, сидящий все это время на холо-пушке, повернул голову и уставился на Хаунда одним окуляром. Ретчет, подобно Баззсоу, тоже долгие несколько кликов смотрел на Хаунда, не отводя взгляд. Потом тяжко вздохнул вентсистемой. - Ладно. Возьми с собой кого-нибудь, на всякий случай. И недолго! И следи за окружением! И… - Ретчет, - Хаунд улыбался, - я знаю, все знаю. Я разведчик, мои сенсоры будут в повышенной готовности. Я обещаю, что все будет хорошо. Ретчет махнул манипулятором. - Идите уже. Пока я не передумал. Проулу о ваших прогулках сообщи. Хаунд просиял и подхватил Саундвейва на манипуляторы, совсем забыв о еще одном пассажире. Жёлтый кибер-ястреб, вцепившись в холо-пушку, замер с таким видом, будто сидел здесь с начала времен и вообще это его личный насест. Он издал недовольный скрежет, когда Хаунд резко наклонился. - О, - сказал Хаунд, – я забыл про тебя. Баззсоу издал ехидный свист, но даже не подумал сдвинуться. - Похоже, у меня еще один пассажир, - Хаунд глянул на Ретчета, но медик уже снова взялся за датапад и только отмахнулся. - Разбирайтесь сами. И чтоб через джоор были здесь. Все трое. *** Бамблби примчался на вызов Хаунда быстрее, чем можно было ожидать. Жёлтый минибот буквально сиял от восторга. - Я всё взял! - доложил он, ещё не успев затормозить, - энергон, сладости, одеяло! Вдруг Саунду будет холодно. Куда идём? - На холм, - Хаунд улыбнулся, поправляя Саундвейва на своём капоте, и отнимая у него свой закусанный манипулятор, - покажем ему закат. Саундвейв, до этого момента тихо сидевший и грызущий палец разведчика, издал вопросительную трель, на которую в ответ заклокотал Баззсоу, привлекая внимание Хаунда снова. - Ты тоже хочешь посмотреть? - спросил Хаунд, повернув шлем к кассете. Баззсоу ответил коротким скрежетом и резко клюнул автобота в шлем. - Ладно, - Хаунд не стал настаивать на разговоре, - поехали. *** Холм и правда оказался идеальным. С его вершины открывался вид на бесконечную песочную равнину, уходящую к горизонту, где солнце уже начало своё медленное падение. Небо было залито розовым, оранжевым, золотым - цвета смешивались, как слои добавок в дорогом кубе энергона. Хаунд трансформировался и опустился на одно колено, осторожно снимая Саундвейва с капота и усаживая на траву перед собой. Бамблби пристроился рядом, скрестив сервоприводы, со всеми своими вещами в манипуляторах. Баззсоу остался на холо-пушке. Хаунд неловко сел рядом с Саундвейвом, осторожно разворачивая свои поля и пытаясь поделиться с малышом толикой чувств, которые испытывал прямо сейчас. Саундвейв загудел в ответ. - Смотри, Саундвейв, - тихо сказал Хаунд, указывая на горизонт, - видишь? Это закат. Он происходит каждый цикл, но каждый раз он выглядит иначе. Цвета никогда не повторяются. Вот это, золотое, - оно как жидкий свет, да? Как оптика твоих кассет. Похоже на оптику Рэведжа? А вот там, выше - розовый. Как энергон, который тебе даёт Ретчет, только мягче. Я сохраняю такие красивые виды, а потом могу показывать их в своих голограммах. Как пузыри, помнишь? Саундвейв склонил шлем к плечу. Его голубой, уже привычный взгляду автоботов визор сиял, но его интересовал не закат. Он опустил шлем и прижимал теплую редкую траву к земле, с интересом ощущая, как мягко она опускается и упруго поднимается обратно, как только он убирает ладошки. - Я подумал, что тебе может понравиться, - продолжал Хаунд, чуть тише, забыв о Бамблби и Баззсоу рядом, - я всегда записываю такие вещи. Закаты, рассветы, туман в низинах... Это трудно объяснить, но, когда я это вижу, мне кажется, что мир не совсем безнадёжен. Понимаешь? Саундвейв повернул шлем и уставился прямо на него, а не на небо. Он безотрывно пялился, и визор горел ярко-ярко, словно спарк пытался понять, зачем этот большой мех говорит с ним такими длинными и сложными фразами. - Я надеялся, что и тебе тоже понравится, - признался Хаунд, - что ты увидишь то же, что я, и... Хруст. Бамблби замер, застигнутый врасплох слишком шумными палочками энергона, которые синтезировал для него Уилджек. Саундвейв, словно почувствовав, что там происходит что-то более интересное, чем странный рассказ из сложных слов, резко повернулся и требовательно протянул манипуляторы к желтому мини-боту. - Извини, Хаунд, - пискнул Бамблби, протягивая Саундвейву конфету, которую сломал кликом ранее. Вторую часть он засунул себе в рот, - я не думал, что они такие громкие. Но ты посмотри, как он грызет! Ничего себе!.. Хаунд вздохнул. Не разочарованно, а скорее с тёплой грустью. Он смотрел, как Саундвейв подползает ближе к Бамблби и требовательно повторяет выученное недавно «дай, дай, дай!». Закат догорал без него. - Ладно, - пробормотал Хаунд про себя, - может, в другой раз. И в этот момент по его внутренней связи пришло сообщение с незнакомой частоты. В сообщении был вложен файл, содержащий фото. Само сообщение было заполнено дурацкими земными смайликами – в основном птицами, солнышками и какими-то взрывами. Затем по внутренней связи прозвучал скрипучий голос: :Открыва, ржа: Хаунд глянул на Баззсоу, фыркнув от оскорбления, но птица делала вид, что ее не существует, и пялилась исключительно куда-то в сторону, мимо заката. Хаунд рискнул принять файл. Это был снимок. Старый, с помехами, сделанный ворны и ворны назад с оптики маленького кибер-ястреба. На нём был пейзаж. Не земной. Кибертронский. Золотое небо - не от заката, а от металлической пыли в верхних слоях атмосферы. Шпили кристаллических башен, уходящие вверх. И внизу ржавая равнина, исчерченная трещинами, но всё равно прекрасная. - Это твой снимок? – спросил Хаунд, продолжая разглядывать забытые пейзажи родины, чувствуя, как внутри что-то теплеет. Баззсоу не ответил. Даже не скрипнул. Просто сидел и смотрел в сторону - туда, где закат уже догорал. - Спасибо, - тихо сказал Хаунд. Жёлтый кибер-ястреб издал тихий скрежет. На холме стало тихо. Саундвейв доел конфеты и теперь пытался залезть Бамблби на шлем. Минибот хихикал и мягко его придерживал. Солнце укатывалось за горизонт, посылая последние лучи в необъятное небо. Хаунд сохранил снимок в личный архив - рядом со смеющимся Ретчетом, рядом с Саундвейвом, лопающим пузыри, - и позволил себе смотреть, как догорает золотой, как оптика Баззсоу, закат.