Воскресные потрясения

Я вбежала по ступенькам в школу, не оглядываясь. И остановилась в центральном холле, опустив руки на колени и тяжело дыша. Эта ночь выдалась непростой, несмотря на то, что я таки пропустила вечеринку, и я ещё даже не завтракала. Я с надеждой повернула голову влево. — Нет, по воскресеньем буфет закрыт, — кто-то за моей спиной озвучил пессимистичный исход моих ожиданий. Я уже стала узнавать его звучный голос. И вечно насмешливые нотки. Что ж он ко мне прицепился? Или за неделю ещё не привык к «новенькой»? — Ясно. — А что ты хотела? — Хотя бы кофе. — You can make yourself coffee*, — он пропел, перефразируя известную песню, и подмигнул. — Yes, I can**, — хмуро подыграла я и повернулась, чтобы уйти, но он вытянул руку передо мной. — Или его могу сделать я, — сказал Джей уже нормальным голосом, — в качестве тренинга адаптации. — Ты думаешь, я не разберусь с кофемашиной? — Да, я действительно так думаю, — в его глазах снова забегали чёртики, — судя по тому, как ты грубо обращалась с принтером на неделе и даже не могла зарегистрировать свой абонемент в библиотеке. — Техника и правда не мой конёк. Постой, ты что следишь за мной? — Детка, ты у всёх на виду. Мы же в колледже! — Джей Чан пожал плечами и снисходительно улыбнулся, будто объяснял правила поведения трёхлетнему ребёнку, — здесь новости разлетаются со скоростью света, тем более каждый шаг Новенькой. — Во-первых, я тебе не детка. А во-вторых… Я не успела договорить, как входная дверь открылась, запустив Аполлона внутрь. Ещё только его мне не хватало! Довольно воскресных потрясений. — Не важно, — бросила я Джею, — прости, мне нужно идти, — это было уже тому спортсмену, посколько он как раз хотел что-то мне сказать. — Тебе всегда нужно идти, Оливия, — ответил он низким голосом, к которому я как раз ещё не привыкла и которой призывал тысячу мурашек на мою спину и вынуждал каждый раз избегать его общества. — Ты знаешь моё имя? — это заставило меня притормозить и взглянуть прямо ему в глаза. — Его все знают, — вставил Джей, кивая на доску объявлений, где всё ещё красовалось моё фото и короткая информация обо мне в качестве главной новости недели. Я закатила глаза и выдохнула. — Ладно, не важно, мне правда нужно идти — моей соседке нужна помощь. — Что-то случилось с Венди? — они оба встревожились. С Венди случилось на самом деле многое этой ночью. Я проснулась в кромешной темноте и от странных чавкающих звуков. Телефон едва не ослепил, но я успела увидеть время: 03:43. Всё ещё чугунное тело не слишком слушалось, но я осознала, что уснула в одежде на нерасстеленной постели…и что соседняя кровать пустует. Входная дверь открылась со скрипом, и я резко села на кровати. Перед глазами тут же всплыли былые образы, как в другом доме, на другом конце континента, так же со звуком открывалась дверь, и это означало, что я в комнате больше не одна… Я резко ударила по лампе. Та упала с тумбочки, но успела включиться. В комнате никого не было, а глаза запекли от резкого света. Я сделала несколько резких вдохов-выдохов, чтобы подавить панику, и направилась к выходу. В общем коридоре было темно, и только в общем туалете для нашего крыла горел свет. А ещё были слышны негромкие разговоры. Подружки Пейдж — их имена мне запоминать точно не к чему — переговарились между собой и что-то при этом обращали к одной из кабинок. — Тебе точно не нужна помощь? — Тёмненькая проникновенным голосом зашептала в дверную щель и тут же с усмешкой обернулась к подруге. — Я же сказала, нет, — послышался очень слабый голос в ответ. Я ещё не слышала таких интонаций от Венди, но это однозначно была она. — Что здесь происходит? — я громко спросила, привлекая общее внимание. — О, — светленькая подружка обернулась на меня, — это же Новенькая! — Она же соседка Венди Вальтер, — вторила темненькая. Уже за такое приветствие мне захотелось двинуть между её близко посаженных глаз, но в такое время суток физических сил не особо наблюдалось. Я хмуро их оглядела. — Кажется, твоя соседка немножко перебрала, — наигранно-сочувственно сообщила мне блондинистая черлидерша, — никто такого не ожидал от скромницы и тихони, но, как говорится, в тихом омуте… — Ясно, мы разберемся. — Ага, — шатенка подняла уголки губ, и они обе направились к двери. — Эй, девочки, — я их остановила с такой же легкой улыбкой, — надеюсь, мы все помним, что такое может произойти с каждым и что нам следует сохранять женскую солидарность. Они обе пожали плечами, мол, не знаем, что ты имеешь в виду. — …потому что если эта информация разнесётся, мы с Венди будем знать, откуда ноги растут. — И что с того? — шатенка упёрла руки в бока, — ты угрожаешь? — Я просто напоминаю о негласных правилах сестринства. У вас, наверняка, тоже есть секреты, которыми не хочется делиться публично. — Пойдём, — блондинка потянула свою настроенную на ссору подругу, — ты только неделю тут, и думаешь, что можешь указывать и что-то заявлять, — она насмешливо состроила гримасу, и они обе удалились. Конечно, я понимала, что моя речь и принципы они явно не разделяют, но чисто по-человечески захотелось проверить. Уже в первую неделю тут нужно держать ухо востро. Звуки в закрытой кабинке снова привлекли моё внимание. — Эй, Венди, — я постучала в дверь, прикрыв при этом входную дверь в коридор, — мы остались сами. Я теперь серьёзно спрошу: тебе нужна помощь? Принести воды или… — Я тебе также могу сказать, — она ответила почти шепотом, явно задыхаясь, — мне нечего не нужно, проваливай. — Ага. Я зашла в другую кабинку и встала на закрытый унитаз, чтобы заглянуть в соседний туалет. Венди сидела уже на полу, прижавшись спиной к стене и закрыв глаз. Вспотевшие волосы прилипли ко лбу, а рот был полуоткрыт. — Эй, Вальтер, — я тихо сказала и потёрла уставшие глаза, возвращая себе фокусировку, — меня не интересует, как это произошло, я просто вижу, что тебе плохо… — Я не пьяна, — Венди открыла глаза, они действительно были замутнены скорее болью, чем алкоголем, — мне просто нездоровится. Такое со мной часто происходит… — Позвать врача? — она затрясла головой, — принести воды? Какие-то таблетки? Она долго изучала моё лицо на предмет искренности и собственной решимости довериться, прежде чем наконец-то попросить: — Помоги мне дойти до кровати. Пожалуйста. Я сразу кивнула, и она щёлкнула замком. Венди была буквально на полголовы выше, но казалась совсем тонкой и слабой, особенно сейчас. Она буквально висела на мне, пока мы проследовали по коридору до нашей комнаты почти в самом конце. Наконец я помогла ей опуститься на кровать и накрыла одеялом. Её всю трясло. Оказалось, что у неё давно было расстройство пищеварения. На вечеринке она вовсе не пила, а съёла кусок торта и несколько других закусок. И всё это Вальтер волевым движением высвободила из своего организма в унитаз. — Венди, но почему… — Я не могу есть много, желудок маленький, а мне хочется многое попробовать, — она улыбнулась сквозь слёзы, — не стоило мне туда идти… — Я не про это спросила. С каких пор ты… — Я не готова об этом говорить, Шэринс, — она перевернулась на другой бок. — Хорошо, — мягко ответила я, — но я хочу, чтобы ты знала, что можешь мне рассказать, пускай позже. Я не рассчитываю на тех девчонок, но, мне кажется, мы с тобой можем быть больше, чем просто соседки. — А кто? Подруги? — Венди резко села на кровати, глядя мне в глаза. С таким же решительно-испуганным выражением лица, какое было у меня до этого при пробуждении. — Я почти уверена, что у нас это может получится. Сейчас мы только неделю друг друга знаем. Но мы можем раскрыть друг другу больше, что будет служить одновременно поддержкой и гарантией. Мы можем поговорить об этом завтра. Венди хотела что-то ответить, но я слегка сжала её плечо и вернулась в свою постель: — Спокойной ночи. И выключила лампу.