Я [не] думаю о тебе

Я все еще прибывала будто в ином измерении после трех секунд с Дэнни, его блестящих глаз и платочка, который я сжимала в ладошке, но первые аккорды вернули меня в реальность. Я сложила платочек в карман джинсов и приблизилась к группе подростков, которые окружили главного вокалиста Академии. Джэй все еще перебирал струны гитары, по-видимому ожидая меня, но столкнувшись с моим прямям взглядом, чуть приободрился и начал петь. I don't think about you But I know you do Мои слезы моментально высохли, я даже хмыкнула, так что Джейк рядом подтолкнул меня локтем. Если Джэй таки поет для меня (кто, кстати, такое придумал?!), то эта песня не стала случайным выбором. Этот заносчивый мальчишка! Я сложила руки на локтях и покачала головой, не сводя насмешливого взгляда с Чана. Тот перехватил мою улыбку и улыбнулся в ответ. Эта красивая улыбка! Эти противоречивые мысли в моей собственной голове сводят меня с ума. Так, Оливия, фокус! Учеба и танцы — вот твои приоритеты. Перестань… And I'll do anything for you, baby I am crazy for you Who knows what I'd do Его голос пробирал, прорываясь даже сквозь закрытую сердечную клетку, и даже звучал во сне, так что на следующий день я проснулась довольно-таки поздно, позавтракав в обед, чем сбила себе режим. Подготовившись к урокам, я решила пойти на пробежку. На удивление, никто с друзей не встретился меня по пути, будто они нарочно решили оставить меня в покое, позволив восстановиться после напряженной подготовки к тесту. На улице уже начало смеркаться, так что я почувствовала прилив свободы и ускорила темп, когда я принадлежала только себе, никто не узнавал меня в темноте, а тело было потрясающе энергичным. Сделав два больших круга вокруг озера, я стала возвращаться назад к кампусу. На лужайке уже включили фонари, так что парни играли в волейбол. Я, не желая ни с кем столкнуться или засветить свое покрасневшее лицо, решила свернуть на узкую тропинку, чтобы напрямик добраться до жилых помещений. — Эй, осторожно! — не уверена, предназначался ли этот отклик мне, но я обернулась на ходу и тут же подкосилась, почувствовав резкую боль в лодыжке. Первые тридцать секунд пребывала в шоковом состоянии, распростершись на земле. Первая мысль, которая проскочила словно испуганная лань в моем отключенному мозгу, была «ну почему обязательно что-то должно случиться со мной», а вторая… — Оливия? Ты в порядке? …"ну почему это должен быть именно ты, кто найдет меня в таком состоянии». — Дэнни, — вслух сказала я, точнее прохрипела, ощущая, как подкатывают слезы, — я немного тут полежу и сама встану. Возвращайся к ребятам. — Что за чушь, — буркнул он, выворачивая мою неестесственно свернутую ногу, чем вызвал мой крик, — я отнесу тебя в медкабинет и потом вернусь. Дэнни просунул руку мне под спину. Я подумала, что, вероятно, он ощутил потную футболку. Дэнни вскинул меня на руки и пошел в сторону кампуса. Я подумала, что пускай он сильный, но и я не сорок кг… — Так сильно болит? — он напряженно всматривался в мое лицо, пока я с закрытыми глазами мучалась от унижения и стыда. Я поднесла руки к лицу и стерла одним движением непрошенные слезы. Слёзы стыда и досады, пожалуй, самые горькие. Их даже не объяснишь, так что и на поддержку и понимание расчитывать не приходиться. — Жить буду, — выдавила я страдальческим голосом, — а вот танцевать не знаю. Дэнни хмуро кивнул и зашел в холл. Молча поднялся на второй этаж и опустил меня на пол перед медкабинетом. — Я подожду тебя в коридоре. Не буду смущать во время осмотра. — Ты ведь хотел вернуться… — Я подожду тебя здесь. Мы две секунды смотрели друг другу в глаза, а потом он отвел глаза и открыл мне дверь.

***

К счастью, это был не перелом, но вывихнутая лодыжка также предусматривала покой, отказ от тренировок, как минимум, на неделю, и унизительный разговор с командой, в которую меня только приняли. Я тихо плакала, пока врач обезболивала и накладывала мне повязку. Перед тем, как покинуть комнату, я вытерла мокрое лицо и открыла дверь. Неожиданно, но Дэнни Ричардс действительно дождался меня после осмотра. Он все еще сидел с закрытыми глазами, прислонившись к стене, когда я села рядом. Он почувствовал движение, но не открыл глаза. — Никто не застрахован от травмы, это такое обычное дело спортсменов. — Я получила травму даже не во время тренировки. Имею в виду, конкретно с командой. — Я понял тебя, — Ричардс открыл глаза, — но тем не менее, это не было по глупости или по пьяни, это вышло случайно. Аманда и команда поймут. В конце концов, это только начало учебного года, соревнования не скоро. — У нас есть выступления по выходным. — Ты даже морально к ним не готова, а тем более физически! — Откуда ты знаешь? — я развернулась к нему в полкорпуса, на что он расцепил сжатые руки на груди и тоже повернулся ко мне. — Я видела, как ты вчера дрожала, Оливия. Перед тестом. В твоих глазах ясно читалось волнение, и я вспомнил, как я ощущал себя перед первой, второй и даже десятой игрой. А потом успокоился. Потому что люблю футбол и потому что действительно хорош в этом. И это не гордыня, — Дэнни вдруг сжал мой подбородок, прекращая мои насмешливые кивки, — ты тоже знаешь, что ты в этом хороша, иначе бы так не горела этим и так не старалась. Навыки, помноженные на страсть, дают блестящие результаты. — Потрясающая речь, — я отклонилась назад, заставляя его убрать руку, — когда выступление на TED? Он усмехнулся и встал: — Поправляйся, Оливия.

***

В понедельник мне пришлось остаться в кровати, поскольку лодыжка онемела и не позволила даже встать, не говоря о тренировке. Конечно, я написала об этом в чате, но Аманда все равно назначила личный разговор, так что во вторник я уже сама не хотела покидать кровать. — Ты можешь остаться, — Венди подхватила меня под локоть, пока я ковыляла по комнате, собираясь на занятия, — врач прописал тебе постельный режим. — Знаю, но не могу этим воспользоваться. Аманда, — подтвердила я острый взгляд Венди, — важные занятия. Пойдем. У нас оставалось не больше десяти минут до начала первой пары, поскольку моя скорость перемещения сильно упала, но я все еще надеялась на пончики и кофе. — Эй, Новенькая, — на это времени точно не было, как и терпения, — мы можем поговорить? Я обернулась. Джэй махал желанными пончиками в пакете и улыбался. — Кофе я тоже взял для тебя. Я взглянула по сторонам. Школьники спешили по своим делам, не обращая на нас внимания. Венди тоже стремительно удалялась, крикнув напоследок, что займет мне место у входа в аудиторию. Так что решение было как бы принято. — Как твоя нога? — спросил Джэй сразу, едва мы разместились на террасе. — Слухи быстро рассходяться, — я с удовольствием сделала первый глоток кофе и вытянула первый пончик из пакетика. — А ты еще не осознала? — засмеялся Чан, и я с любопытством взглянула на него, чтобы он скорее переходил к делу, — да, времени у нас не так много. И вообще, мы не так давно знаем друг друга. — Я бы не сказала, что мы в принципе друг друга знаем, — я пожала плечами и потянулась за вторым пончиком. Эти ванильные мини-донаты — мое сладкое преступление! — Достаточно, чтобы я взял твой любимый завтрак, без которого ты не готова начинать учебный день. Достаточно, чтобы отметить твои старания в школе и в танцах. И твой острый язычок, который дает тут всем отпор с первого дня. — Джэй, ты сам создал ситуацию моего острого язычка, как ты выразился. Я бы предпочла оставаться… — Я бы предпочел, чтобы твой язычок оказался к тому же сладким, — он вдруг потянулся к моему лицу. Я замедленно осознала, что этот завтрак был продуман им до деталей. — Что? — его губы сомкнулись на моих, не давая что-либо ответить. — Помнишь, Оливия, я хотел подружиться с тобой. Теперь я хочу другое…больше, чем дружба.