Сейчас можно

      Расставляя на автомате оставшиеся папки и книги, Гермиона не замечает, как в кабинет входит ее подруга и по совместительству коллега — Ребекка Джонсон, белокурая девушка всего на пару лет младше самой Грейнджер. Гермиона помнит их первую встречу.       Они познакомились случайно несколько лет назад во время пребывания Грейнджер во Франции на одном из съездов сотрудников Министерств разных стран. На тот момент проект о школе проходил очередные рассмотрения, и Ребекка сама подошла после выступления Гермионы, заинтересовавшись идеей. Увлеченность другого человека грела душу. Она видела, что Джонсон слушает ее буквально с придыханием, впитывая информацию и задавая дополнительные вопросы. Ребекка призналась, что ей бы хотелось окунуться в эту область глубже. Гермиона наблюдала за ней на протяжении всех трех дней, что длилась конференция. Джонсон была бойкой, порой дерзкой, эрудированной и острой на язык. Она могла рассмешить в любой ситуации, разряжая обстановку. Это сочеталось в ней настолько органично, что привлекало внимание. Она поражала тем, что неординарно мыслила и всегда, казалось, могла найти выход. Ребекка напоминала ей саму себя, только… Более та была взбалмошной, нежели сама Гермиона, без страха допустить ошибку. Это привлекало. Именно поэтому, получив последнюю подпись в бумагах на открытие школы, Грейнджер связалась с Джонсон и предложила той работу.       — Ребекка, здравствуй! Разрешение получено. Если для тебя это еще актуально, я была бы рада, если бы ты стала частью моего проекта.       Джонсон примчалась тем же днем. За месяц они вместе привели арендованное помещение к виду настоящего учебного заведения, добавив интерактивные элементы, чтобы детям, росшим в магловских семьях, сгладить путь адаптации в волшебном мире. Ребекка стала отличным сотрудником, а позднее и добрым другом.       Голос Джонсон возвращает Гермиону из омута воспоминаний.       — Не верится, что прошел еще один год, — подойдя к подоконнику и смотря на то, как ветерок колышет листья на деревьях, произносит Ребекка. — Что с отпуском? — она разворачивается к Грейнджер, наблюдая за действиями той.       — Обсуждали как-то с Роном возможность на недельку выбраться куда-нибудь. Думали поехать в Португалию, Гарри и Джинни очень нахваливали пляжи, но я не уверена, что удастся в силу обстоятельств, как ты понимаешь.       — Ой, да брось. Вам нужна перезагрузка. Обоим. Эта поездка пойдет вам на пользу, и вы вернетесь с невероятными идеями для решения всех вопросов.       — Посмотрим. Если честно, такое ощущение, что в последнее время буквально все летит к чертям, и я не вижу ни единого просвета, Бекс, — добавляет Гермиона, устало пожимая плечами. — Я чувствую, что мы с Роном отдалились друг от друга. Знаю, что его мысли сейчас заняты другим, он старается накопить на открытие собственного бизнеса, но мы элементарно даже не разговариваем уже очень давно. Любые мои попытки что-либо обсудить заканчиваются тем, что он бесится и уходит. Я так устала. Нам не хватает времени друг на друга или… мы не хотим его находить. Кажется, мы просто выдохлись. Причем уже давно, — вздохнув, произносит она, открываясь подруге. — Я уже не вижу того, что наши с ним отношения — то, что необходимо обоим, понимаешь? Во всяком случае, на текущий момент. И… мне кажется, отпуск нам даст лишь отсрочку, по возвращении же все может лишь усугубиться, и нас снова все это накроет с головой, не оставляя возможности всплыть, — Грейнджер замолкает.       — Ни для кого не секрет, что у вас обоих сейчас нелегкий период, Гермиона. Но я уверена, что совместное путешествие в вашей ситуации — шанс расставить все по местам. К чему бы оно ни привело, это будет лучше, чем продолжать плыть по течению и ждать, когда на вас обрушится лавина. Вероятно, вам удастся в неформальной, скажем так, обстановке все обсудить, — Ребекка подходит к подруге, обнимая ту за плечи. — Лучше поставить точку, если ты чувствуешь, что это пойдет вам на пользу, чем продолжать тянуть лямку.       — Ты права, Бекс. В конце концов, я действительно хотя бы получу ответы на свои вопросы, — задумчиво произносит Грейнджер. — Просто… Не знаю, как это описать, но я чувствую, что мы не просто топчемся на одном месте, мы откатываемся назад, становясь чужими. Мы только и делаем, что стараемся справиться с собственными демонами в одиночку. Так быть не должно. Это… неправильно. Плюс меня просто убивает эта вечная борьба с ветряными мельницами и кругами бюрократии, которые преследуют на каждом шагу, когда речь идет о своем бизнесе, — Гермиона меняет тему.       — Отставить меланхолию! Вспомни, кто ты, Гермиона Джин Грейнджер! — Джонсон разворачивает подругу лицом к себе. — Ты ярчайшая ведьма этого поколения, основательница подготовительной школы для маглорожденных волшебников и наконец — неотразимая девушка, которая заслуживает настоящей магии в собственной жизни. Вопросы с бюрократическими исками касательно школы решаемы. Какой-никакой попечительский совет мы все же имеем. К тому же Министерством был одобрен твой проект, и они не смогут пойти на попятную, запятнав свою же репутацию и показав всему миру, что они консерваторы до мозга костей. Согласись, Кингсли не позволит. Ты откроешь еще школы по всему миру, я уверена в этом. Помни: мы им нужны больше, чем они нам. Отпусти ситуацию, — заметив тень улыбки на лице Гермионы, Ребекка выхватывает волшебную палочку. — А теперь отдай мне все эти папки, которые ты переставляешь с места на место, и отправляйся домой. Я перепроверю еще раз все наши рассылки согласно списку детей из книги учета Хогвартса и подготовлю все к новому сезону. А чтобы я не сильно успела по тебе соскучиться, пока ты будешь наслаждаться морским бризом, потрясающими пейзажами и накачанными телами местных в… — Джонсон ухмыляется, заметив выгнутую бровь Гермионы. — Ой, ну за меня-то ты можешь на них посмотреть. В общем, шли мне смс! И помни, ты должна будешь мне по приезде рассказать, действительно ли их «Пьяные груши» умопомрачительны.       — Я уже говорила, что ты прелесть? — улыбнувшись, Гермиона крепко обнимает Ребекку. — Я тоже буду скучать.       — Иди уже, подготовься к путешествию и гоните с Уизли в закат, — Джонсон шлепает Грейнджер журналом по заднице и подмигивает. — Не забудь привезти мне самого красивого латиноса, — кричит она вдогонку.       Посмеиваясь, Гермиона проходит в свой кабинет, окидывает взглядом стеллаж и свой идеально чистый стол из белого дуба, проводит ладонью по листьям фикуса, который ей подарила Джинни в честь открытия школы, и предается ностальгии.       Она помнит тот день до сих пор в мельчайших подробностях. Как не спала накануне и как с рассветом отправилась в школу. Как дрожащими руками поворачивала ключ в замочной скважине, чтобы войти в то место, которого не было и в помине еще совсем недавно. Помнит, как спустя минут сорок пришла Ребекка и, видя нервозность Грейнджер, составила компанию, еще раз вместе с ней досконально проверив все аудитории, удостоверившись, казалось, в сотый раз, что все готово к открытию. На досках они развесили информационные плакаты с вводной информацией о мире магии, на столах лежали специально разработанные свитки, на полях которых появлялись заметки по мере изучения того или иного вопроса, а также шариковые ручки и перья. Окинув взглядом аудиторию, девушки довольно улыбнулись друг другу. В тот год в школе насчитывалось двадцать учеников, которые столкнулись с первыми выбросами магии или получили свои письма из Хогвартса. Гермиона искренне хотела помочь им адаптироваться и подготовить к поступлению в школу чародейства и волшебства.       Грейнджер улыбается своим воспоминаниям.       Мерлин, столько лет борьбы с чиновниками, чтобы доказать им важность этого проекта, наконец получение разрешения на открытие, а после — много месяцев подготовки для подбора идеального помещения на границе двух миров.       Но сейчас, оглядывая свой кабинет и фотографии учеников, которые в этом году уже отправятся в Хогвартс, она ощущает гордость. И твердую уверенность в том, что ее детище никто не посмеет отобрать. Она не позволит. Ребекка права, для новых свершений необходим отдых. Нужно привести мысли в порядок и решить, какой шаг предпринять следующим.       Гермиона хватает со стола ключи, закидывает их в сумку, снимает с кресла свой кардиган, вешая его на сложенную в локте руку, и, проходя мимо аудитории, где Джонсон подшивает отчетные документы, Грейнджер машет ей на прощание.       Выходя из здания и напоследок бросая на него взгляд, мысленно проговаривает, что вернется сюда через несколько дней и сделает школу — свою школу — еще более комфортной для подготовки маглорожденных волшебников к обучению в Хогвартсе. Но это все будет позже.

***

      До закрытия магазина остается буквально несколько минут, покупателей уже нет. Бизнес процветает, ассортимент раз в несколько месяцев стабильно пополняется стараниями Джорджа. Но Рону здесь невыносимо, ему буквально претит нахождение в этом месте. Он сидит в кресле и невидящим взглядом смотрит на доску с волшебными шахматами, думая абсолютно о другом.       Он надеется, что однажды откроет глаза и осознает, что его жизнь сменила курс и течет в нужном направлении. Где он еще обязательно проявит себя. Ведь столько лет он представляет, как запускает собственную линию спортивного инвентаря для игроков в квиддич. Но… Было слишком много этих самых «но», которые заставляют его ежедневно открывать магазин и работать вместе с братом. Единственный шаг, который он сделал навстречу своей мечте, — завел счет в Гринготтсе. Он ежемесячно перечисляет на депозит часть зарплаты, стараясь приумножить капитал. Это было меньшим из того, что требовалось для открытия своего дела. Он помнит, через что приходилось проходить Грейнджер, когда та стремилась запустить школу.       Она была измотана и раздражена, что отражалось и на нем. Почему-то приободряющие, как ему казалось, слова на нее перестали действовать, и она все чаще пропадала, возвращаясь все позже. Он даже думал, что она закрутила роман, и пару раз проследил за ней. Глупо, он знал это. Гермиона бы так никогда с ним не поступила, но он был глух к голосу разума. Он помнит, что все их разговоры заканчивались скандалами. Казалось, последние месяцы окончательно развели их по разным берегам. Попытки обсудить это он игнорировал, хоть он и понимал, что рано или поздно этот вопрос придется поднять. Он опасался того, к чему это может привести. Уизли не хочет отказываться от Грейнджер, предпочитая мучить обоих, лишь надеясь, что все как-то само собой станет как прежде или же разрешится иным образом.       — Может, все же стоит подумать о совместном отпуске, — размышляет Рон. — Кажется, Гарри с Джинни рассказывали интересные истории из путешествий, которые положительно влияли на них всегда, делая пару крепче.       Может, стоит попробовать?       Рон потирает глаза, стараясь избавиться от мыслей.       Позже.       Он обдумает это все позже… Возможно. Но сейчас же пусть все идет своим чередом. Он предпочитает плыть по течению, ежедневно мечтая о том, что однажды удача улыбнется ему и он сможет воплотить в жизнь то, чего желал всей душой, без особых усилий.       — Рональд! Нам нужно поговорить, — показавшись из кладовой, кричит сияющий Джордж.       — Что стряслось? — оторвавшись от игры и потирая переносицу, спрашивает тот.       — Я создал нечто невероятное, дорогой братец! Это произведет настоящий фурор, Мерлин! — Джордж достает флакон с зеленой перламутровой жидкостью.       — Вероятно, каждый, кто это выпьет, станет лепреконом, — снисходительно заключает Рон, рассматривая, как зелье внутри склянки переливается, складываясь в причудливые узоры.       — Уволить бы тебя и сослать в большой мир, но я слишком счастлив, предвкушая новый успешный виток своего бизнеса, — чуть не подпрыгивая, выдает Джордж.       — Так и что же это? — скрестив руки на груди, спрашивает Рон, переводя взгляд на брата.       — Это то, что нужно всем, — загадочно начинает Джордж. — Это зелье сместит классический рецепт Феликс Фелициса из учебников, — с придыханием добавляет он. — А его использование не будет считаться нарушением закона.       — Серьезно? Хочешь сказать, что создал аналог зелья удачи? И за его употребление ничего не будет? А может, каждый, кто выпьет его, станет цвета ирландского флага или на голове появится котелок с четырехлистным клевером?       — Мерлин, сколько вопросов! Ты слишком долго прожил с Гермионой, — хохочет Джордж. — Ты видишь, что бы я был зеленым? — он указывает на себя. — Зелье лишь пробуждает все твои скрытые желания и позволяет сделать все для их достижения. Давай ты в этом убедишься сам! Держи, — он впихивает в ладонь Рона флакон.       — Что, даже денег с меня не возьмешь?       — Обижаешь, братец. Уже вычел из твоей зарплаты, — подмигивает Джордж. — И еще. Действие одного глотка варьируется от сорока минут до полутора часов, в зависимости от объема, соответственно. И да… Я бы не советовал вливать в себя все залпом. И с алкоголем лучше не мешать, я… э-э… не до конца уверен в побочных действиях, но есть вероятность, что начинаешь высказывать вслух свои истинные желания. Я так на днях попал с одной девчонкой в баре и огреб от нее, — потирая щеку, он удаляется обратно в подсобку, насвистывая себе под нос незатейливую мелодию. — Кстати, — кричит Джордж, — в понедельник зелье поступит в продажу и будет представлено во всех магазинах нашей сети по всему миру.       Рон поднимает бутылек на просвет, наблюдая за нескончаемыми переливами, которые, казалось, гипнотизировали, настаивая на том, чтобы их поскорее применили.       — Хм, неужели Мерлин услышал меня и готов подарить возможность реализовать желаемое? Или же это сама Фортуна решила, что мне наконец дозволено схватить ее за хвост?

***

      Придя домой, Гермиона варит себе чашку кофе, добавляя апельсиновый сок, и устраивается на стуле за барным островком, думая о том, как сообщит вечером Рону, что забронировала билеты в Лиссабон и подобрала несколько вариантов отелей.       Начало августа — прекрасное время для путешествия. Она обязательно сместит фокус внимания с насущных проблем, сосредоточившись на отдыхе.       Попивая бамбл через соломинку, Грейнджер мечтательно прикрывает глаза, представляя, как зарывает ноги в песок, как вдыхает полной грудью морской воздух и, распуская волосы, бежит навстречу волнам. Все это ее ждет уже завтра.       — Гермиона! — ее мысль прерывает голос Рона, раздавшийся из коридора. — Ты не представляешь, что нас ждет сегодня вечером! Собирайся, мы отправляемся в казино! — его глаза горят так, как не горели уже очень давно. — У тебя полчаса, — добавляет Уизли.       — Ты не хочешь мне ничего объяснить? — Гермиона в замешательстве смотрит на него, отставляя чашку на стол. — Какое казино? Помнится мне, когда вы с Гарри последний раз там были, ваши банковские ячейки значительно опустели.       — Ты не понимаешь, нам сейчас просто необходимо отправиться туда! Видишь это? — он подносит флакон с зеленой жидкостью прямо ей к глазам. — Это нечто новое, что принесет нам то, чего мы хотим, самым наилучшим образом, — мечтательно произносит Рон.       — Откуда это у тебя? — Грейнджер тянется к бутыльку, чтобы лучше рассмотреть содержимое.       — Не так быстро, — Уизли ловко перехватывает флакон ладонью, скрывая его в ней. — Это новая разработка Джорджа — аналог Феликса, — кратко объясняет Рон. — Я сделал всего один глоток и готов поклясться, что ощущаю, что все, чего я хочу, достижимо. Поэтому мы идем сегодня в казино, и будь уверена, нас ждет богатство, ведь это зелье ведет меня. Это оно говорит, что нужно делать, чтобы завтра же проснуться счастливым и… неимоверно богатым! Собирайся, в банк я уже заехал, сняв деньги со счета и обменяв их на магловские. У меня пять тысяч фунтов стерлингов. Как думаешь, этого достаточно? — уточняет он, пожав плечами.       — Зависит от того, сколько ты решил просадить, — без особого энтузиазма отвечает Гермиона, направляясь на второй этаж, чтобы выбрать одежду. Подбирая наряд, Грейнджер мысленно радуется тому, что забронировала билеты на самолет на вторую половину дня. Они в любом случае успеют вернуться домой, собрать вещи и добраться до аэропорта. Настроения наряжаться особо нет, но, зная, что необходимо соблюдать дресс-код, она решает, что наденет белый костюм, состоящий из брюк прямого кроя, пиджака-смокинга и топа без бретелек. Наряд подчеркивает ее фигуру, а босоножки на платформе визуально удлиняют ноги. Волосы она собирает в высокий пучок, дополняя образ серебряными серьгами-продевками. Поправив помаду в уголке губ и бросив еще один оценивающий взгляд в зеркало, Гермиона удовлетворенно кивает своему отражению и, захватив сумку, выходит из комнаты.

***

      Рабочий день близится к концу, Ракель Андерсон находится в приемной, еще раз перепроверяя данные в договорах, которые необходимо передать шефу перед его уходом на деловую встречу.       Драко сидит за черным столом на хромированных ножках, взявшись за последний лежащий перед ним контракт. Ставя подпись, он откидывается на спинку кожаного кресла и смотрит на часы. Семнадцать сорок восемь.       — Ракель, — обращается он к секретарю, — давай пробежимся по графику.       Андерсон входит в кабинет, держа в руках блокнот.       — Мистер Малфой, я только что сверилась с информацией, поступившей нам из банка, и могу сказать, что в этом месяце выручка от ваших проектов выросла на двести процентов. Это связано с открытием филиала в Австралии, а также началом работы нового отеля в Португалии, включая ваш бар на его территории.       Драко удовлетворенно кивает.       Ракель коротко улыбается и продолжает:       — Согласно вашему распоряжению, все эти средства вместе со стандартной суммой ежемесячного платежа были отправлены на счета благотворительных организаций. Мистер Гретхем попросил перенести встречу, сославшись на плохое самочувствие, но не уточнил новую дату, — проговаривает она, сверяясь со своими записями. — В семь вечера у вас запланирована встреча с партнерами из Сингапура в «Ипподроме».       — Замечательно. Держи Гретхема на контроле, если он не объявится до среды, свяжись с ним сама. Это уже не в первый раз, мне кажется, что он темнит. Что там дальше?       — С понедельника по пятницу у вас расписано по несколько встреч в день в Португалии. Я подготовила всю информацию, отметив ключевые нюансы, — Ракель подходит к столу и передает Драко бумаги. — Договоры, которые потребуются, готовы. Я также наложила чары, которые покажут, если мотивы подписанта нечисты, что сможет обеспечить вашу защиту с юридической стороны.       — Отлично, ты умница. В котором часу у меня отправка в Лиссабон завтра? — устало уточняет Драко.       — Портал не удалось оформить, к сожалению. Как вы знаете, Министерство увеличило сроки рассмотрения заявок независимо от цели поездки. Поэтому я забронировала для вас билет на самолет, — она кладет бланк перед ним. — Летите британскими авиалиниями, бизнес-классом. Вылет в пятнадцать десять. Такси будет ожидать вас у дома за два часа, как всегда со стороны магловской части города.       — Спасибо, — благодарит Малфой, убирая билет во внутренний карман пиджака. — Из срочных вопросов все решено, эти отчеты и договоры направишь в понедельник адресатам, — он передает ей пачку документов. — Если кто-то захочет встречу, записывай всех после шестого августа, когда я вернусь. Не думаю, что в мое отсутствие кому-то потребуется экстренное собрание. В целом действуй по инструкции, если что — я всегда на связи.       — Могу ли я еще чем-то помочь?       — Нет, можешь быть свободна, — Драко коротко кивает. — Хороших выходных.       — Спасибо, мистер Малфой. Удачной сделки сегодня и плодотворного пребывания в Португалии, — желает Ракель и направляется к выходу, прикрывая за собой дверь.       Драко поднимается из-за стола и начинает собирать документы в кожаный портфель, продумывая стратегию сегодняшнего вечера, чтобы результат сделки был таким, каким нужно ему. Его фирма «Драгон Траст Корп» занимается полным сопровождением вопросов по открытию бизнеса, включая разработку плана, дизайна, решение всех юридических и финансовых нюансов и запуском с нуля строительства тех или иных объектов. Это требует немалых усилий, но Малфой уверен в своих проектах, так как потратил немалое количество лет на то, чтобы совместить все это таким образом, чтобы результат завораживал и привлекал к его бизнесу еще больше внимания как заказчиков, так и потребителей. Драко учитывает потребности всех, создавая уникальный продукт, открывая еще больше возможностей, предлагая новые горизонты. Европейский опыт это отлично демонстрирует. Однако цель Малфоя гораздо глобальнее. Он хочет заявить о своем деле всему миру. В настоящее время самым масштабным его проектом является сеть отелей «Эдем», подобного в его практике прежде не было. Впрочем, как и у его коллег по цеху. Он по-настоящему гордится той уникальностью, которая отличает его детище от остальных.       Закончив с бумагами, он ослабляет галстук перед тем, как снять его, и закидывает в корзину, из которой тот тут же исчезает. Подойдя к шкафу в дальней части кабинета, Малфой скидывает с себя белую рубашку, заменяя ее черной. Из выдвижного ящика извлекает галстук с геометрическим рисунком, поверх надевает жилет. Подойдя к столу, Драко снимает пиджак со спинки кресла и, застегнув последнюю пуговицу и взяв со стола свой портфель, направляется к выходу из кабинета.

***

      — Ваша ставка, мистер Малфой? — крупье обращается с уточнением.       — Этот раунд я пас, Тони, — отвечает Драко, откидываясь в кресле и делая глоток виски, продолжая наблюдать за действиями остальных игроков за столом.       — Дамы и господа, ставки сделаны, вскрывайте ваши карты.       Наблюдая за выпадающими комбинациями, Малфой подмечает, что равных в блефе ему среди этих сингапурских снобов все же нет. Он делает их из раунда в раунд. И сейчас, спасовав, он лишь вводит их в заблуждение, давая почувствовать вкус победы. Имея на руках Фулл Хаус, Драко бы элементарно мог раздеть всех присутствующих. Но у него другая стратегия. Он намеренно сливает этот круг и планирует повторить эту уловку снова, позволяя компаньонам получить желаемое. И теперь он уверен, что подписание контракта пройдет легко и непринужденно. А у него еще будет возможность отыграться. Иногда стоит пожертвовать ферзем, чтобы защитить короля. Сейчас именно такой случай, ведь на кону стоит нечто более важное.       — Готовь золото, Малфой, тебе не везет сегодня в картах, — гогочет один из присутствующих. — Глядишь, повезет в любви, — добавляет он, сгребая свой выигрыш.       — Веселись, Стив, — Драко вежливо улыбается, отсалютовав стаканом. — Фортуна сегодня явно на твоей стороне.

***

      — Рон, — Гермиона наклоняется к его уху, чтобы он смог услышать ее среди какофонии звуков в игорном зале, — ты не возражаешь, если я отлучусь? Тут слишком душно, хочу проветриться.       — Да, иди. Если что, дальше я планирую перейти за стол для Блэкджека, — кричит он в ответ, не отвлекаясь от действий крупье.       Поднявшись на террасу на верхнем этаже казино и оказавшись на открытом воздухе, Грейнджер делает вдох полной грудью, наслаждаясь летней прохладой, которая уже успела опуститься на город. Она любит это время года в Лондоне. После работы она часто прогуливается пешком до дома, любуясь центральными улочками. Она находит в этом упоение и старается таким образом сохранить свою принадлежность к магловскому миру, чтобы как минимум поддерживать беседу при встрече с родителями на понятные им темы. Ее мысли прерывает официант, проходивший мимо.       — Мисс, хотите чего-нибудь?       — Нет, благодарю, я вышла проветриться, — улыбнувшись, коротко отвечает Грейнджер.       — Понимаю, — он кивает. — Хорошего вечера.       Спустя пятнадцать минут Гермиона решает вернуться в зал, по пути посетив один из бутиков, который приметила, когда направлялась на веранду. В витрине ее привлекло платье. Покупать она его не планирует, но примерить все же хочет.       Оказавшись перед дверьми нужного магазина и войдя внутрь, Гермиону тут же приветствует подошедшая сотрудница, представившись Маргарет и предложив свою помощь. Выслушав пожелания, она просит Грейнджер проследовать за ней.       — Прекрасный выбор, мисс. Также эта модель у нас представлена еще в нескольких цветах, — снимая с рейлинга вещь, протягивает ее Гермионе. — Можете пройти в примерочную, если понадобится моя помощь с размером или цветом — просто нажмите на звоночек внутри кабинки, — она улыбается и оставляет Грейнджер, чтобы не смущать.       Гермиона с удовольствием проводит рукой по ткани, ощущая шелк под пальцами, наслаждается своими ощущениями. Она не стремится скорее примерить платье, для начала лишь просто прикладывает его к себе. Изумрудный цвет отлично гармонирует с ее кожей. Решив все же увидеть, как оно будет на ней сидеть, она проходит в кабинку и скидывает с себя свою одежду, аккуратно вешая ее. Застегнув молнию, Грейнджер разворачивается к зеркалу, наблюдая за своим преображением. Платье сидит идеально, шелк приятно холодит кожу, а металлические бретельки запускают рой мурашек по плечам, опускаясь к лопаткам. Этот наряд фантастический. На Гермиону словно смотрит другая девушка. Создается впечатление, будто фасон подобран индивидуально и платье шилось специально для нее. В нем хочется отправиться на какое-то закрытое мероприятие. Грейнджер уверена, что, появись она в этом наряде на светском рауте, она получила бы все, чего пожелает. Платье сидит настолько безупречно, что буквально кричит о том, что должно принадлежать ей. Смотря на свое отражение, Гермиона решает распустить волосы. Кудри рассыпаются по спине, создавая эффект водопада. Грейнджер перекидывает их на одно плечо и, склонив голову, рассматривает себя.       Действительно будто собралась на званый вечер, — усмехается она своим мыслям и решает выйти из примерочной, чтобы подойти к большому зеркалу в торговом зале.

***

      Малфой пребывает в приподнятом настроении. После подстроенного фиаско в покере обстановка разрядилась, и счастливые партнеры без вопросов согласились на все условия сделки и подписали договор строительства нового объекта в Сингапуре. Сейчас же они направляются на верхнюю площадку, чтобы обсудить сроки проекта. Проходя мимо бутиков, один из участников замедляет шаг, чем привлекает внимание остальных. Драко выходит немного вперед и понимает причину. Не считая нескольких человек персонала, торговый зал почти пуст. Клиентов нет, за исключением девушки, чей утонченный силуэт в изумрудном платье и зацепил их. По всей видимости, она примеряет наряд. Девушка стоит спиной, склонив голову вбок, и рассматривает аксессуары. Малфой, недолго думая, направляется внутрь и подходит к ней сзади.       — Считаю, это платье должно стать вашим. Что скажете, если я куплю его для вас?       — Платье продается, но не я, — отвечает она и оборачивается. Сарказм сменяется удивлением. — Малфой?       — Грейнджер? — Драко поднимает бровь в замешательстве буквально на мгновение, но быстро возвращает себе прежнее самодовольное выражение лица. — Какая встреча!       — Тебе следует поработать над методами пикапа, — Гермиона приходит в себя, складывая руки на груди.       — А тебе научиться принимать комплименты, Грейнджер, — отвечает Малфой, улыбаясь краешком губ.       — От тебя это странно слышать, ты же понимаешь? — хмыкает Гермиона, обходя Драко с левой стороны, и направляется к примерочной.       — Времена меняются, — он пожимает плечами, провожая ее взглядом. — Грейнджер?       Она оборачивается.       — А платье и правда на тебе прекрасно сидит, — произносит он, ухмыляясь.       Гермиона качает головой и продолжает свой путь, оставляя его слова без ответа.       Она изменилась, — размышляет Малфой, возвращаясь к партнерам. Он давно не видел ее вживую, тем более настолько близко. — Она стала более изысканной, утонченной и острой на язык. Никогда бы не подумал, что золотая девочка станет такой… — он качает головой, словно старается сбросить наваждение.       — Коллеги, второго акта этого шоу не предвидится, девушка не составит нам компанию, так что предлагаю продолжить наш путь, — не дожидаясь, пока начнутся вопросы, Драко на корню их пресекает и переключает весь фокус внимания на работу.

***

      — Наглый, надменный, самовлюбленный, впрочем, как и прежде, — размышляет Гермиона, расстегивая молнию на платье. — Неужели кто-то еще клюет на подобное? Однако его удивленное лицо, когда он понял, кто перед ним, навсегда сохраню в памяти, — Грейнджер смеется. — Хотя… что-то в нем все же изменилось. Но думать я об этом не намерена, — заключает она. — Что ж, платье действительно прекрасно, раз даже он был не в силах сдержаться. И надо сказать, ощущаешь в нем себя совсем иначе. Словно появляется дополнительный внутренний стержень, — она вешает платье на плечики и проводит рукой, разглаживая складку, прежде чем выйти из примерочной и вернуться в игорный зал.

***

      Рон чувствует, что действие зелья заканчивается, видя, как проигрывает раунд. Игра еще продолжается, выйти из-за стола не представляется возможным.       Нужно как-то незаметно достать склянку. И куда Гермиона запропастилась, она обещала быстро вернуться. Обещала ведь? Ай ладно!       — Еще виски, — он ловит проходящего мимо официанта за локоть.       — Как успехи? — Грейнджер обнимает его за плечи, наклоняясь к уху.       — Паршиво, мне нужен новый глоток. Я должен отыграться за этот раунд.       — Может, это знак, что на сегодня пора заканчивать, Рон? — предлагает она, оценивая обстановку на игорном поле. — К тому же… мы можем сходить в казино, будучи в отпуске.       — В каком отпуске? — Рон на долю секунды отвлекается от рулетки.       — Помнишь, мы с тобой хотели выбраться куда-нибудь? В общем, я забронировала билеты в Португалию на завтра, — Гермиона заправляет выбившийся локон за ухо.       — Очень вовремя, конечно, — бурчит в ответ Рон, вновь возвращая внимание к игорному столу. — Хотя ладно. Поехали. Но сегодня мы уйдем из казино только после того, как я отыграюсь, если не возражаешь.       — Как скажешь, — отвечает Гермиона, стараясь подавить зевок, она прикладывает тыльную сторону ладони ко рту. Грейнджер наблюдает за новыми и новыми витками рулетки и тем, как скачет между цифрами шарик, устремляясь, казалось бы, к значению, на которое ставил Рон, но проскакивает, останавливаясь на соседнем. Она подмечает, как одни игроки разочарованно вздыхают, некоторые же начинают без слов покидать стол. А кто-то протягивает руку одержавшим победу, чтобы поздравить. Она обводит взглядом лица всех этих людей и думает, сколько же они потратили здесь времени и денег. И все ради азарта? Потешить самолюбие? Кстати о самолюбии, в ее поле зрения попадает Малфой, который стоит вполоборота и пожимает руку подошедшему пит-боссу, тот кивком указывает в сторону стола.       Интересно, как так вышло, что Драко оказался в магловском казино и так органично здесь смотрится?       Будто услышав ее мысли, он поворачивается и смотрит прямо ей в глаза. Никто из них, казалось, не планирует разрывать зрительный контакт, но подошедший сзади официант отвлекает ее внимание.       — Ваш виски, сэр, — он ставит стакан на стол справа от Уизли.       Не поблагодарив, Рон берет напиток, незаметно для посторонних добавляет в него зелье и выпивает залпом.       — Ставлю все на Зеро, — Рон передвигает фишки на озвученный квадрат.       Наблюдая за действиями крупье, принимающего ставки остальных игроков, Грейнджер устраивается на так удачно освободившийся рядом стул. Избегая смотреть в ту сторону, где находится Малфой, она обращается к Уизли.       — Хочешь… — начинает она, но не успевает договорить.       — Да, хочу, Гермиона. Хочу расстаться. Нам давно пора было это сделать, но я не мог найти в себе силы на это. А сейчас… Это зелье выворачивает мою душу, выпуская наружу все желания, понимаешь? — он говорит это, даже не повернувшись в ее сторону.       — Спасибо, что раз в жизни взял ответственность что-то решить самостоятельно, — Грейнджер поднимается из-за стола, собираясь уже уйти, но наклоняется к уху Рона и добавляет: — Чтобы к моему возвращению из отпуска тебя не было в моей квартире, — с этими словами она выпрямляется и, взбив волосы, направляется в сторону выхода.       — Ставки сделаны, ставок больше нет, — звучат слова крупье наравне с удаляющимися шагами Гермионы.

***

      Грейнджер, выйдя из казино, отправляется напрямую домой и, оказавшись в своей уютной квартире-студии, не переодеваясь, устало плюхается на диван, прикрывая глаза и откидывая голову. Она прислушивается к себе, пытаясь понять, что испытывает. Слез нет, лишь пустота и… облегчение? Прокручивая произошедшее, Гермиона хмыкает и качает головой. Сколько раз она представляла, что разговор с Роном может привести к их разрыву, мысленно просчитывая варианты. Но в реальности все вышло иначе. Легче? Возможно. Четко и без лишних слов.       Этого следовало ожидать, нужно было давно положить всему конец, а не мучить друг друга.       Она массирует виски, но раздается сигнал мобильного, прерывая ее размышления.

      Гермиона, у меня есть кое-что интересное, набери меня как сможешь. Целую, Ребекка.

      Грейнджер нажимает кнопку быстрого набора и звонит подруге.       — О, не думала, что ты так быстро отреагируешь, — вместо приветствия раздается голос Ребекки с той стороны.       — Привет. Мы были в казино, но я уже дома, — зевая, произносит Гермиона.       — Одна? А Рон? Неужели погряз в азартных играх? — звонко смеется Джонсон.       — Наслаждается свободой и перспективами от открывшихся возможностей. Ни о чем не спрашивай, Бекс. Просто приезжай, если хочешь, — устало проговаривает Грейнджер.       — Скоро буду, — улавливая тон подруги, произносит Ребекка. — Жди.       Слыша звонок в дверь, Гермиона уже жалеет, что решила ответить на сообщение. Ведь знала же, что подруга обязательно примчится. Так и происходит. Ребекка реагирует моментально и уже спустя пятнадцать минут после их разговора стоит на пороге.       — Гермиона, готовь стаканы, я с друзьями, — восклицает Джонсон, демонстрируя две бутылки виски. — Кстати, отпадный прикид, — оценивающе окинув взглядом фигуру Гермионы в белом костюме, добавляет она. — Я б на тебе женилась, если бы не была по мальчикам, конечно, — хихикнув, она проходит на кухню.       Покачав головой и невольно улыбнувшись, Грейнджер закрывает входную дверь и следует за гостьей. Та, в свою очередь, уже откупорила бутылку и сейчас достает лед из морозилки.       Разлив по бокалам янтарную жидкость и кинув кубики льда, Ребекка провозглашает тост: «За твою перезагрузку!».       С каждым глотком виски Гермиона ощущает все большую легкость, наслаждаясь тем, как уже такая привычная скованность в мышцах начинает отпускать. Она смеется над шутками подруги, слушая истории о том, как та однажды так напилась на карнавале в Мексике, что проснулась у вулкана, не помня, как там оказалась. Грейнджер хохочет, представляя, как это могло бы быть, окажись она в подобной ситуации. И ловит себя на том, что чрезмерный контроль, который она, казалось, вплела в свое ДНК, не позволил бы подобному произойти.       Видя, что Гермиона погрузилась в свои мысли, Ребекка меняет тактику и, принеся вторую бутылку виски и разлив по бокалам новую порцию напитка, идет ва-банк. Она подходит к стереосистеме и, найдя пластинку с латинскими ритмами, включает на полную мощь. Она начинает двигаться в такт мелодии и, опустошив свой стакан, направляется к Грейнджер. Джонсон берет ее за руку и тащит на импровизированный танцпол.       — Гермиона, позволь себе расслабиться, считай это репетицией твоих португальских вечеров, — Ребекка подмигивает ей и, подойдя сзади, кладет руки на плечи, задавая такт.       Грейнджер улыбается, уступив подруге, и пытается отключить мысли, вслушиваясь в текст и следуя за горячими мотивами.       Сейчас можно.