Часть 25

      POV: Ллойд       Я сделал единственное, что пришло мне в голову.       Устроив Кая на кровати, я побежал на кухню. Я нашёл самую большую миску, ещё одну маленькую, несколько полотенец, мыло, кувшин с водой и чашку.       Жонглируя своими запасами, я помчался обратно к постели Кая.       Видно было, что он беспокойно отдыхает, голова его мотается туда-сюда. По его телу струился пот, и он что-то бессвязно бормотал.       Я положил все свои принадлежности на стол рядом с кроватью Кая. Такой стол был рядом с каждой койкой в медицинском отсеке, за что я был ему благодарен.       Огромную миску я поставил на пол возле своих ног. Таким образом, если Кая снова стошнит, мне будет чем поймать рвоту, а не на одежду.       В миску поменьше я налила немного воды из кувшина. Я намочил в воде полотенце поменьше, отжал его и положил на лоб Кая.       Кай хныкнул от прохладного прикосновения. Вода была тепловатой, но по сравнению с его жаром она казалась ледяной.       Затем я принялся за работу, стягивая с Кая верхнюю часть промокшего от пота и рвоты ги.       Это было нелегко, поскольку Кай был без сознания, но мне удалось снять его без особых проблем, одновременно меняя прохладную ткань на его лбу.       Я взял ещё одно полотенце и опустил его в воду. Я налил на него немного мыла и втёр. Этой тряпкой я вытерл остатки рвоты с груди Кая.       Кай хныкал и корчился от прикосновений, но, к моему ужасу, не просыпался.       Я понятия не имею, что это значит. На данный момент все мои знания взяты из какого-то фильма, который я смотрел давным-давно. А после этого я понятия не имею, что делать.       Я вскочил на ноги. Вот и всё! Я просто свяжусь с людьми, которые знают, что делать.       Я побежал посылать сигнал sos отсутствующим ниндзя.

***

POV: Кай       Мне было так жарко. Так опасно жарко. Должно быть, кто-то бросил меня в кузницу моего отца, чтобы я чувствовал себя таким горячим.       Жжение. Я чувствовал, что горю, изнутри и снаружи.       Боль. Боль, которая возникает при горении. Как будто огонь поселился в моём теле, медленно разъедая нервы, сжигая каждую мою клетку.       Если я когда-нибудь исцелюсь от этого, то, возможно, никогда больше не смогу пользоваться огнём.       Холод. Теперь что-то холодное борется с огнем внутри меня. Я не знаю, откуда он берется и почему помогает мне, но я благодарен. Очень, очень благодарен.       До этого момента я никогда так не ценил воду, лёд. Я никогда так не ценил… Как их зовут? Ледяной был… Это… Зак? Нет… Зейл? Нет… Зейн! Вот так! А водяной… Нина? Нет… Ния! Да, это она! И она… моя сестра! Я больше никогда не буду воспринимать элементы Зейна и Нии как должное.       Мой разум кажется таким… туманным. Я не могу мыслить здраво.       Мне нужно проснуться. Сознание поможет мне понять то, чему мешает бессознательность.       Я пробираюсь сквозь море тьмы, борясь за каждый дюйм пути к сознанию.       Я бы порадовался своему успеху, когда мои глаза наконец открываются, но у меня нет сил. Я обвожу взглядом окружающее пространство.       Кажется, я в… В медицинском отсеке? Да, я в медицинском отсеке.       Здесь больше никого нет. Я один.       Мне так жарко.       Мой взгляд находит миску с водой на столе рядом со мной. Вид воды пробуждает во мне жажду.       Боже, как я хочу пить!       Мои конечности словно отягощены свинцовыми гирями. У меня всё болит и ломит, когда я заставляю свою руку подняться над грудью и дотянуться до воды.       Это слишком далеко.       Я собираю все свои силы и дёргаю телом, чтобы подобраться ближе. Слишком далеко. Из-за недостатка энергии и координации я кувыркаюсь с кровати и падаю на кафельный пол.       Мой желудок заурчал в знак протеста, и я обнаружил, что извергаю свои кишки по всему полу, даже не успев понять, что именно произошло.       Когда моё тело наконец расслабилось, я застонал, почувствовав вновь обретённые боли по всему телу от толчка, которым было моё неловкое приземление.       Я пытаюсь приподняться на руках, чтобы затащить себя обратно в кровать, но не могу. Мои трясущиеся руки просто недостаточно сильны.       Я сползл на пол, дрожа от холодного кафеля. По крайней мере, в этом был один плюс. Пол был прохладным, что помогало бороться с жаром, который я ощущал.       Я прижался головой к полу, борясь со слезами, рождёнными беспомощностью. От одиночества.       Боже, как же я сейчас скучаю по своей сестре. Мне так не хватает её, когда я чувствую себя таким несчастным. А мама…       Я больше не могу остановить слёзы. Я и не пытаюсь, пока они текут по моему лицу, собираясь на полу.

***

      POV: Ния       Я знала это. Я знала. В глубине души я чувствовала, что что-то не так. С Каем случилось что-то очень плохое. Экстренный вызов Ллойда только подтвердил это.       — Ниндзя, — начал он. — Я вернулся в монастырь. Я нашел Кая, — мне не понравилось, как сдержанно он это сказал. — Его больше не контролирует Ярость. Думаю, он преодолел эту часть битвы. Но он очень болен. Я делаю всё, что в моих силах, но не знаю, что делать. Просто возвращайтесь в монастырь как можно быстрее.       На этом вызов закончился.       Я даже не стала оглядываться, чтобы убедиться, что Джей следует за мной. Я лишь сильнее подтолкнула своего дракона, радуясь, что до монастыря осталось несколько минут.

***

      POV: Ллойд       Как только сигнал был передан, я побежал обратно к постели Кая. Войдя в медицинский отсек, я застыл на месте.       Кай лежал на полу рядом со своей кроватью в луже рвоты. Он плакал, слёзы окрашивали его и без того покрытые пятнами щёки. Его руки обхватывали его как будто у него болел живот.       Я подбежал к нему.       — Кай!       К моему огромному облегчению, он открыл глаза и посмотрел на меня, в янтарных глазах всё ещё плавали непролитые слёзы.       — Ллойд?       Я помог ему сесть.       — Да, Кай, это я. Сейчас я помогу тебе вернуться в постель, хорошо?       Кай хныкал.       — Но здесь намного прохладнее, — пробормотал он.       — Кай, — терпеливо сказал я, прекрасно понимая, что его рассудок пошатнулся из-за лихорадки. — В кровати, наверное, гораздо удобнее, тебе не кажется?       Кай застонал.       — Не надо.       — Что не надо? — спросил я, окончательно запутавшись.       — Не заставляй меня думать, — пробормотал он.       При других обстоятельствах я бы рассмеялся. Но сейчас ситуация с Каем слишком тяжела, чтобы я мог относиться к ней легкомысленно.       Я медленно помогаю Каю встать, чтобы помочь ему вернуться в постель. Почти сразу становится ясно, что он не может стоять самостоятельно. Я перекидываю одну из его рук через плечо, провожая его до кровати, а затем осторожно опускаю на неё.       Я поворачиваюсь, чтобы взять другую прохладную ткань. Когда я возвращаюсь, Кай пытается слабо сесть.       — Ллойд, меня сейчас…       Я не колеблюсь. Я опускаю тряпку обратно в воду и поднимаю с пола большую миску, пока Кай снова блюёт.       Когда он закончил, я ставлю миску и помогаю ему лечь на спину.       — Боже, Кай. Сколько же ты съел в последний раз, чтобы тебя так сильно рвало?       Кай слабо хихикнул.       — Моя мама и её стряпня, — пробормотал он.       Я снова взял прохладную ткань и, отжав её, положил ему на лоб.       — Не волнуйся, Кай. Твоя мама скоро будет здесь.       Я не мог не закончить фразу, не желая расстраивать Кая ещё больше. Надеюсь.