Глава 19. Орден

      18 апреля, 1978       Подойдя к статуе горгульи у кабинета Дамблдора ровно в семь часов утра, Деметра вовсе не ожидала увидеть Мародеров в полном составе, сидящих на полу и играющих в карты.       — Да ты обнаглел, каким образом у тебя и туз, и король козырные? Тебе все Лили подтасовала, что ли? — возмущался Питер, когда его попытки завалить Джеймса обернулись против него же, и теперь уже Поттер закидывал друга картами, которые тот был не в силах отбить. — У меня одни восьмерки остались!       — Я тебе говорю, тут что-то нечисто, мне за всю игру только одна козырная попалась. А у Сохатого все как на подбор. Это не смешно, — Сириус обернулся на Эванс. — Это ты намагичила, да? Признавайся.       — Просто прими, что Джеймс более удачлив, — иронично бросила Лили. — И вообще, в прошлом раунде это тебе везло на козыри. Что-то ты на несправедливость судьбы тогда не жаловался.       — Вот-вот! Послушайте умного человека, — Поттер указал большим пальцем на стоящую сзади него девушку. — Все честно! Нечего меня здесь проклинать. Только Лили меня здесь и любит, не то что вы, стервятники. Накинулись тут на меня на ровном месте.       — Бита, — сказал Римус, мягко, но самодовольно улыбнувшись. — Я первый забираю.       Мародеры резко обернулись на Люпина, в шоке пооткрывав рты, пока тот сгребал стопочку галлеонов к себе. Пока они все спорили, у кого лучше карты, Римус скинул Питеру оставшиеся две карты и первый выбыл из игры, получив право забрать большую часть денег.       — Страшный ты человек, Лунатик, — сказал Поттер с уважением, будто его обокрали настолько искуссно, что нельзя не восхититься. — Под шумок все оформил.       Люпин лишь пожал плечами, мол, ничего особенного.       — Вы сколько тут просидели? — Деми с подозрением выгнула бровь. Семь утра и так довольно рано для приемов у директора, а ребята выглядели так, словно ночевали в коридоре.       — О, Ридж, доброго утречка! — Поттер оживленно заерзал на полу, улыбаясь при этом так широко, будто напился на ночь глядя эспрессо, и теперь единственным, чего он хотел, было дрыгаться под музыку и трясти руками. — С пяти утра!       — Боюсь спрашивать, зачем, — Деметра пребывала в состоянии глубочайшего потрясения. Она оглядывала компанию Мародеров со скепсисом, будто не могла поверить, что эти люди в самом деле добровольно решили все утро просидеть у кабинета, да еще и с таким энтузиазмом. Они выглядели как дети, готовые не спать всю ночь, чтобы хоть мельком взглянуть на Санта-Клауса, приносящего подарки. Ведь было неясно, как долго еще придется ждать Дамблдора.       Мерлин. А Ридж думала, что это она будет ждать ребят. Похоже, недооценила рвение союзников.       — Я их предупреждал, что так рано не стоит идти, — Питер развел руками в воздухе, будто Деметра была единственным здравомыслящим человеком в помещении. — Но они как с цепи сорвались!       Деми захотелось скривить в презрении губы. Голос Петтигрю звучал для нее, как скрежет ногтей по школьной доске. Когда он отмалчивался в сторонке, его существование было проще игнорировать. А теперь крыса вела себя так, будто они друзья, и это почти что оскорбляло.       Заметив, что Деметра вместо ответа лишь одарила его многозначительным взглядом, Петтигрю неловко заерзал на месте, а затем потупил глаза в пол и начал теребить ткань своего джемпера, будто не знал, куда еще деть руки.       — Да ладно тебе, Хвост, — Поттер махнул на товарища рукой. — Ты сам знаешь, в каком мы нетерпении. Я даже заснуть не смог сегодня! Не могу дождаться уже встречи с Орденом! Мы же станем частью чего-то нового, большого, будем выполнять поручения, защищать людей, — улыбка парня на последних словах дрогнула. Чуть подумав, Джеймс уже серьезным тоном добавил: — Я очень хочу быть полезным. Хочу знать, что я сделал все для защиты Лили.       Джеймс обернулся в ее сторону, и пара обменялась взглядами. Лили, пусть и выглядела поникшей в этот момент, кратко улыбнулась, а затем подошла ближе и положила ладошку на его плечо. Парень ответил на этот жест, накрыв ладонь Эванс своей.       — Ты лучше сядь, — Сириус похлопал по месту между ним и Римусом. — Старик, конечно, вряд ли еще долго будет нас тут держать, но все же.       Блэк постелил свою кожанку на пол. Деметра присела, благодарно кивнув. Остальные ребята начали очередной раунд игры в дурака, и Деми, скрестив ноги в позе лотоса, молча за ними наблюдала. Делать все равно нечего: она и так уже семь раз проверила сумку Грейнджер на наличие всех нужных вещей, а палочка, как и обычно, покоилась в руках. Ничего не забыла.       Ждать пришлось не так уж и долго. Сириус оказался прав: завтрак начинался в семь сорок пять, и Дамблдор пустил ребят на лестницу в свой кабинет ровно за десять минут до того, как все студенты выйдут из гостиных. Их никто не заметил.       — Все в полном составе, — подметил директор, когда Мародеры и Деми подошли к учительскому столу. — Отрадно видеть, что вы с ответственностью подошли к моей просьбе. И все же пять утра — чуть рановато даже для меня.       Дамблдор с легкой насмешкой смотрел на них.       — Так вы все это время знали, что мы снаружи? — первым взорвался Сириус. — И не впустили?       Директор повел плечом, будто не видел проблем.       — Формально я не заставил вас ждать, ведь не назначил точного времени встречи.       Деми хмыкнула. В этом весь Дамблдор: он всегда поступал так, чтобы обвинить его было не в чем.       — Подойдите ко мне. В безопасном доме вас уже заждались.       — Но вы только что нас впустили, — нахмурилась Лили, но мужчина бросил на нее быстрый взгляд, и она, выдохнув, замолчала и поплелась за парнями. Похоже, она поняла, что с такими, как директор, не выиграть.       Дамблдор держал в руке старую трость, похожую на те, что можно найти в любом магазине для пожилых людей. Портключ, догадалась Деми. Это и вправду удобнее, чем путешествовать всей оравой через камин. Да и форма подходящая.       — Портключ? — непонимающе спросил Питер. — Почему не через камин?       — Фактически вы можете использовать камины для передвижения между безопасными домами. Однако я хотел бы предупредить вас: любые перемещения с их помощью могут отслеживаться Министерством Магии. Нам бы не хотелось привлечь лишнее внимание, не так ли? А теперь возьмитесь, пожалуйста, за трость.       Ребята последовали указу директора, который в последний момент отпустил портключ, оставаясь в Хогвартсе.       Тело на секунду стало ватным, и Деметре почувствовалось, будто она десерт из желе, которое легонько шлепнули ложечкой, чтобы оно потряслось. Мгновение — и девушка почувствовала под подошвами опору. Она огляделась, чтобы проверить ребят: все успешно перенеслись. Только не у всех приземление выдалось комфортным: портключи часто телепортировали так, что люди по прибытии падали на землю с высоты метра, и не всегда получалось сгруппироваться так, чтобы приземлиться на ноги. Особенно новичкам — Лили упала на согнутую коленку, из-за чего сейчас сидела, закусив от боли губу. Римус потирал ушибленный копчик.       — Все целы? — Джеймс помог Лили встать, закинув ее руку на свое плечо.       — Да, — заключил Римус. — Думаю, нам стоит двигаться к дому.       Они находились в каком-то кукурузном поле, где трава и растения настолько сильно поросли, что доходили даже Сириусу до лба. Увидеть окрестности не вышло.       — И куда нам? — недовольно буркнул Поттер. — Директор, конечно, на высоте. Отправил нас непонятно куда, так еще и оставил разбираться. Лили нужно осмотреть колено как можно скорее.       — Джеймс! — шикнула на него Эванс. — Во-первых, со мной все в порядке, а во-вторых, раз уж мы хотели в Орден, то должны научиться ориентироваться на местности.       Деми мысленно согласилась с ней. Ребятам и правда стоит начать полагаться на себя. Директор в любом случае не отправил бы их в небезопасную зону.       Римус выставил указательный палец, веля ребятам притихнуть, а затем сделал глубокий вдох. Выглядел он предельно сконцентрированным, даже глаза прикрыл.       — Туда, — он показал вправо. — Там пахнет медом и молоком.       — Лунатик, это замечательно! — Поттер радостно воскликнул. — А мы тебе говорили, что твои волчьи повадки — это здорово.       Люпин смущенно заулыбался и потер затылок ладонью.       — Да я ничего не сделал…       — Вот видишь, — Деметра прошептала ему на ухо, когда компания двинулась в указанную Римусом сторону. — Во всем есть плюсы. Ты нас очень выручил. И на миссиях нюх тебе очень пригодится. У вас ведь и слух замечательный, так?       — Да, у оборотней, как и у волков, обострены все способы восприятия. В человеческой форме, конечно, чуть сложнее, но если сконцентрироваться, я способен на многое.       — Ну вот, — Ридж ободряюще погладила парня по плечу. — Я не понимаю, почему ты так себя обесценивал.       Люпин задумался над ее словами.       — И правда. Почему-то раньше я эти качества не считал важными.       В нескольких метрах от выхода из чащи виднелся высокий узкий дом. Немного причудливый, он выглядел так, будто был построен из деревянных блоков, которые кто-то криво друг на друга поставил, а затем скрепил заклинанием, потому что части дома буквально держались на добром слове.       Нора! Деми очень скучала по этому месту. В последний раз она была там еще младшекурсницей, когда гостила у семьи Грейнджер-Уизли в отсутствие отца. Нору уничтожили Служители в тридцать пятом году, когда напали на ближайшие дома, и пожар перекинулся на участок Уизли. Пожилой Артур Уизли нападение не пережил — колесо его инвалидной коляски заклинило, и он, оставив попытки выбраться, помогал близким эвакуироваться, пока мужчину не остановила упавшая с потолка балка.       Нора всегда ассоциировалась у Деми с жертвенностью и искренней любовью к близким. Казалось, что дом так долго стоял лишь благодаря тому, что был насквозь пропитан заботой и нежностью, как и сами Уизли.       В будущем Нора выглядела совершенно по-другому. Дядя Рон основательно взялся за реновацию семейного дома: расширил фасад, покрасил наружные стены в коричневый, поменял окна. Это напоминало пряничный домик, внутри которого царили уют и счастье. Сейчас же Деметра поначалу не узнала здание, в котором часто проводила время в детстве.       Когда до дома оставалось два метра, входная дверь широко распахнулась, и к ребятам с наисчастливейшей в мире улыбкой выбежала рыжеволосая женщина. На вид ей было чуть меньше тридцати лет, пышная грудь часто вздымалась из-за спешки, а в карих глазах плескалось столько озорства, сколько не бывало даже у Мародеров после планирования идеальной проделки. На руках она держала двух закутанных младенцев, которые так и норовились выпутаться, чтобы дотронуться крохотными ручонками до лица мамы.       — Молли, что ты делаешь! Зайди в дом! — рыжий мужчина, запыхавшись, выбежал вслед за ней и теперь с паникой в глазах пытался забрать малышей. — Они ведь хотели спать! Вдруг заплачут?       — Нет, Артур, — с улыбкой ответила Молли. — Ты знаешь наших мальчиков. Они бы не смогли пропустить такое, — на последних словах она перевела взгляд на компанию Мародеров.       Артур, похоже, только сейчас осознал причину переполоха жены. Завидев стоящих в оцепенении ребят, он удивленно открыл рот и застыл.       — А… — мужчина отмер и пропершил горло, чтобы вернуть самообладание. — Как неловко вышло. Кхм. Проходите, пожалуйста! У меня совсем из головы вылетело, что вы уже должны приехать…       — Забирай своих детей, — Молли суетливо, но аккуратно передала младенцев мужу. — Я все сделаю.       Когда студенты зашли в прихожую, Молли Уизли махнула ладонью, и дверь захлопнулась. Брови Деметры приподнялись.       — Беспалочковая магия? — удивленно спросила она. Для подобных махинаций людям требовались годы тренировок даже при наличии хорошего магического потенциала.       — Ой, милая, — она засмеялась. — Я мать пяти детей в этом сумасшедшем доме. Без беспалочковой магии я бы не смогла и половины того, что от меня требуется.       Они прошли в гостиную, огражденную от кухни нитяными шторами вместо двери. Посередине комнаты стоял длинный обеденный стол, за котором сидели некоторые члены Ордена. Остальные расположились на мягких софах и креслах. Деметра почти никого не знала, за исключением Муди и Андромеды, которая вежливо кивнула ей в знак приветствия. Аврор же криво оскалился, будто охотник, встретивший давно сбежавшую от него добычу.       — Наши новички прибыли. Посмотрели, угомонились? — обратилась Молли к союзникам, а затем повернулась к ребятам и коварно ухмыльнулась. — Теперь дайте вас обнять!       Она неожиданно шустро подскочила к Сириусу и дважды поцеловала его в щеки.       — Какой же ты высокий стал! Красавец, небось самый популярный в школе!       — Эм… — тот замялся. — Но мы с вами никогда не встречались.       — Ой, это сущие пустяки. Я видела ваши детские колдографии у Дамблдора, — она отмахнулась, а затем обернулась в сторону Лили и Джеймса. — Подождите-ка, это же вы наши голубки? Мерлин, ну какие милашки, скажите? Лили, какая же ты куколка, именно так я и представляла свою доченьку. Мы же заберем ее к себе, да, Артур? Заберем? — Молли оглянулась на мужа, выпятив нижнюю губу. — И ты, Поттер, совсем мужчиной стал. Я как-то говорила с твоей матушкой, наиприятнейшая женщина! А ее рецепт баклажановых оладий… Ну просто объедение!       Мерлин. Она и в молодости такая.       — Я… Я ей передам, — пролепетал Джеймс.       Мародеры не могли вымолвить и звука. Парад телячьих нежностей Молли сбивал их с толку и вынуждал оцепенеть. Те, кого Уизли еще не успела задушить в объятиях, почти что с серьезным страхом ожидали своей участи.       — Ты, Питер, вообще умничка. Румяный, глаза добрые, ну прямо медвежонок!       Ага, как же. Добрейшие глаза.       Молли перевела взгляд на Деметру с Римусом, и они тяжело сглотнули. Женщина оглядела их с головы до ног и вдруг скривила губы.       — А вами я недовольна. Кожа да кости. У обоих. Голодом себя морите, что ли? — она уперлась ладонями в бока, как мать, отчитывающая ребенка за плохую оценку. Уже через секунду Молли улыбнулась и сгребла Римуса с Деми в охапку. — Вот покормлю вас, и сразу все пройдет!       — Молли, родная… — массивный широкоплечий рыжий мужчина, сидящий за столом, попытался легонько перевести тему.       — Да, ангелок, мы понимаем, что ты очень рада, но, может, давайте начнем собрание и познакомимся? — робко продолжил за него второй мужчина, очень похожий на первого.       Близнецы говорили так, будто всерьез боялись навлечь на себя гнев Молли. Деми этому очень удивилась, ведь братьев легко было спутать с настоящими викингами: мускулистые, высоченные и бородатые. У обоих из-под рукавов кофт виднелись широкие шрамы, а у первого мужчины и вовсе была рассечена бровь. Со стороны они выглядели так грозно, словно могли сломать человека пополам одной рукой, а тут робели перед девушкой, которая им разве что до диафрагмы доставала.       Молли недовольно сжала пухлые губы, но затем поправила свое красное платье в горошек и все же кивнула.       — Да, надо. Я, как хозяйка, должна представить вас ребятам. Мы здесь сейчас не полным составом, но, — она обвела рукой помещение и указала на рыжих мужчин. — Это Фабиан и Гидеон Пруэтты, мои старшие братья. Они ответственны за поиск магических артефактов и поимку Пожирателей с целью их передачи в аврорат. У них вообще очень много достоинств, но если я начну их упоминать, то не закончу до завтрашнего ужина.       Теперь стало понятно, почему они так боялись Молли. Милая младшая сестренка, способная в любую секунду взорваться и устроить всем взбучку. Этим качеством женщина очень уж напоминала Деметре тетю Джинни.       — Это, — рука указала влево. — Андромеда и Эдвард Тонкс. Андромеда в основном занимается логистикой, а Эдвард у нас кто-то вроде картографа. Он отслеживает активность Пожирателей, ведет отчет о новых лицах, запоминает, в каких группах Пожиратели выдвигаются чаще всего и где находятся их базы.       — Привет, Меда, — Сириус поднял ладонь. — И тебе привет, Тед. Давно не виделись.       — Привет-привет, — Тонкс обаятельно улыбнулся, обнажив зубы. Теперь стало понятно, почему прабабушка решилась сбежать из дома во имя любви — прадедушка был действительно очень привлекательным. Короткие коричневые волосы, до идеальности небрежно уложенные, острые белоснежные клыки и милый прищур, видневшиеся, когда он так вот улыбался. Но больше всего Деметре нравилось то, как Тед смотрел на свою жену — с обожанием, восхищением, будто не мог поверить своей удаче, раз такая замечательная девушка обратила на него внимание. Прадед с прабабушкой до одури друг друга любили. — И да, лучше зовите меня Тед. А то Эдвард звучит так, будто я на роль президента баллотируюсь, — он шуточно закатил глаза и скривил губы, мол, «сами видите, как это абсурдно».       Удивительно. Войдя в комнату, Деми как-то и не предположила, что на собрании мог оказаться прадед. Она никогда не видела его колдографий, не знала даже о том, как он должен выглядеть или вести себя. Ей всегда казалось, что прадедушка просто был рядовым членом Ордена без отличительных характеристик. А тут ее ждало приятное удивление: Тед оказался ярким и харизматичным, а главное, заботливым и добрым. Андромеда заслужила именно такого мужа, а Нимфадора — отца.       — А его, — Молли оглядела ребят. — вы и так наверняка видели. Аластор Муди, великий аврор и до умопомрачения талантливый дуэлянт. Мне кажется, если поставить Аластора в пару к Фабиану и Гидеону, то уже завтра Волдеморт сдастся Министерству.       — Хватит меня нахваливать, — Муди дернул губой. — Не ради тебя ж это все делаю.       Артур нахмурился и подался вперед, посчитав слова аврора оскорблением чести жены, но Молли вовсе не обиделась. Звонко захохотав, так, будто Муди был просто агрессивной собачонкой, она замахала ладошкой.       — Вы не подумайте, он у нас просто немножко стеснительный.       Деми саркастически выгнула бровь. Да, наверное, именно из-за стеснительности Муди истязал ее без еды и воды два месяца подряд. Просто неловкий малый.       — А вы чем занимаетесь? — Римус обратился к чете Уизли.       — Молли воспитывает наших сыновей и отвечает за безопасность Норы, а я работаю в Министерстве в отделе по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов, — пояснил Артур, но стушевался, поймав на себе недоуменные взгляды Джеймса и Сириуса. — Да, знаю, вам это кажется чушью, но я горю этим делом. Я все маггловские изобретения, которые вижу, стараюсь сделать магическими. И связи в Министерстве так или иначе будут полезны. Я слежу за политическими колебаниями в настроениях других отделов.       Этот ответ удовлетворил парней.       — Мерлин, позор мне, вы все еще стоите со своими вещами, а я даже не предложила вам сесть! — затараторила Уизли, размахивая руками. — Так вы еще и голодные наверняка!       — Мы можем поесть после того, как закончим собрание, — предложила Деми.       — Верно, — закивал Тед. — Деметра… Ридж, так? Извини, просто остальных ребят мы заочно уже знаем, а ты появилась на радарах относительно недавно.       Он вновь обворожительно улыбнулся, но Деми насторожилась. Что-то в прадеде заставляло ее напрячься. Он производил впечатление оптимистичного и открытого человека, души компании, но его взгляд… Если в добродушность и искренность Пруэттов и Уизли Деметра верила с легкостью, то в случае Тонкса уверенность испарялась. В повадках и взгляде прадеда то и дело проскальзывали проницательность и хитрость. Он явно старался показаться наивнее, чем был, чтобы собеседник потерял бдительность и сболтнул лишнего. Наверное, это качество и делало мужчину столь ценным членом Ордена — он умел обезоруживать словами.       Тед Тонкс напоминал Деми паука. Она пришла к заключению, что ей это нравится.       — Все так.       Все так, прадедушка.       — Мы можем совместить завтрак и собрание, — Гидеон повел плечами. — Как раз поговорим в более непринужденной обстановке, зададите вопросы. Завтрак, правда, довольно поздний выходит… почти уже ланч. Пусть будет бранч, — он лучезарно улыбнулся шутке, и глубокие морщинки обрамили зону вокруг его глаз. Вообще, по всей семье Пруэттов можно было утверждать, что улыбки и смех — неотъемлемая часть их жизни, несмотря на войну и постоянное напряжение.       — Гидди, — протянула Молли, в умилении подняв брови. — Вот поэтому я тебя так и люблю! Это же замечательная идея.       Мародеры будто только что обрели контроль над своими действиями и пошли складывать сумки и чемоданчики в угол гостиной.       За столом уже сидели все новые знакомые, пока Молли с легкостью орудовала магией обеими руками. Палочкой она раскладывала душистую, наверняка жирную и питательную кашу по тарелкам, а пальцами правой руки отправляла порции на стол. Деми все никак не могла привыкнуть к этому, а потому наблюдала за Молли, как завороженная. Уизли будто бы давала щелбаны воздуху всеми пальцами по очереди, и тарелки улетали с завидной скоростью и аккуратностью прямиком к каждому гостю, не разливая ни капли.       — Я тоже диву даюсь с ее умений, — тихо сказал ей Римус. Деми сидела между ним и Тедом. Почти что семейная идиллия.       Орден в новом составе начал трапезу. Студенты видимо и вправду проголодались, потому что все, как один, уплетали овсяную кашу с маслом и закусывали душистыми свежевыпеченными булочками. Деми казалось, что она никогда не ела ничего настолько вкусного, пусть это и была абсолютно обычная пища.       Взрослое поколение Ордена наблюдало за ними с доброй усмешкой в глазах. Кроме Муди, конечно же.       — Дышать не забывайте только, — засмеялся Тонкс. — Готовка Молли правда может иметь такой эффект, особенно поначалу.       Сама Уизли выглядела так, словно вот-вот расплачется от счастья. Ей действительно приносила радость семейная жизнь и обязанности. Бывают же люди, которые рождены именно для того, чтобы дарить ближним ту безграничную заботу, что наполняла все их нутро до краев и вылескивалась наружу.       — Мама! — раздался вдруг тонкий голосок. — Мы голодные!       Звук шлепания босых детских ножек о паркет эхом раздася по кухне. Казалось, что целая армия злых гоблинов мчится в их сторону.       Это бежала Нимфадора. Ножки ее оставались человеческими, а вот вместо рук были желтые утиные крылья, а вместо рта — клювик. Маленькая воительница вела за собой троицу рыжих макушек. Мальчишки бежали так стремительно, словно их отправили расправиться с противником во что бы то ни стало. Только один из них чуток не поспевал — малыш был одет в вымазанный желтой гуашью памперс, на вид ему было не больше полутора лет, а потому неокрепшие ножки часто подкашивались, и рыжик чуть ли не падал, стараясь соответствовать темпу братьев.       — Папа! — протянул средний из ребят, державший в ладони игрушку дракончика, и с разбегу запрыгнул сидящему Артуру прямо на грудь. Уизли тут же согнулся пополам, стараясь при этом удержать ребенка: похоже, мальчик нечаянно пнул отца пяткой в пах.       — Чарли! — ошарашенно воскликнула Молли. — Негодник! Ты зачем папу калечишь? А ну-ка иди сюда, я тебе сейчас покажу! — она перекинула полотенце через плечо и погналась за сыном, который успел спрыгнуть со стула Артура, повторно пнув мужчину, теперь уже в живот, и убегал в другую комнату.       — Билл, — прохрипел Уизли, держась за место удара. — Возьми Перси и положите себе поесть.       Мародеры поголовно выглядели так, будто им только что сказали, что гравитации не существует. Джеймс и Питер застыли с полными кашей ложками, так и не донеся их до рта.       — Вау, — резюмировал Сириус. — У вас каждый день так?       — Да, — уже более оживленно сказал Артур, перестав хвататься за живот. — Молли очень хочет девочку, и я только за. Люблю наших сорванцов, но иногда… — он неопределенно развел руками, будто говоря: «Сами видите».       — Нимфадора, почему ты стала птичкой? — аккуратно спросила Андромеда. — И почему мальчики все желтые?       — Мы играли в маленьких утят. Чарли сказал, что у них есть танец.       — Ну ты, как и всегда, идеально вошла в роль, да, дочь? — Тед взял Дору на руки и посадил к себе на колени.       — Да! — девочка гордо расправила грудь. — Но я проголодалась…       — Ничего страшного, милая, сейчас мы это исправим, — Тонкс отлевитировал новую порцию каши и стал кормить дочь ложечкой. Вскоре малышка насытилась и весело убежала в детскую комнату.       — Время не резиновое, — сказал Муди. — У меня учения в Аврорате через час. Надо решить вопрос распределения быстро.       — Верно, — Андромеда приосанилась на стуле. — Смотрите, нам нужно понять, у кого вы будете жить. Безопасных домов не так уж много, к сожалению: только Нора, наш с Тедом коттедж и дом Муди. Остальные места заняты. Раз уж вы будете теперь с нами, то важно иметь возможность контактировать между собой в любое время дня. Также важно, чтобы никто не мог отследить наши перемещения. Нужно создать так называемую безопасную сеть, доступ к которой будет иметь только Орден.       — Мы бы пригласили вас в поместье Пруэттов, но там живут почти все наши родственники, — оправдался Фабиан. — А мы с Гидеоном снимаем однокомнатную квартиру, так что она тоже не подходит.       По очевидным причинам на роль сожителя Муди не вызывался никто. Нора… тоже не была подходящим вариантом. Ее можно использовать, как место собраний, но не проживания.       — Сириус, ты можешь остановиться у нас, — предложила Андромеда. — Дом… не очень большой, но двух человек взять получится.       — Спасибо, но нет, — Блэк закачал головой. — Альфард оставил мне целый особняк. Я в любом случае собирался переезжать туда. В целом, я мог бы забрать туда всех наших, — он взглядом обвел компанию Мародеров. — Места хватит.       — Мы с Лили можем поселиться в моем доме в Годриковой Впадине, — добавил Джеймс. — Это хорошо защищенный участок, остается лишь наложить чары Фиделиуса. И у нас тоже есть место.       — Остается три человека, — сказал Тед. — Можете распределиться между собой, но напоминаю, наши двери для вас всегда открыты.       Деметра колебалась. Она не могла просто так взять и заявить, что будет жить только с Римусом. Остальные ведь не знали, что они родственники. Вдруг ее энтузиазм посчитают подозрительным, каким-то образом догадаются про будущее и миссию? Деми ощущала паранойю, как преступники, уверенные в том, что каждый прохожий в курсе об их злодеяниях.       С другой стороны, это вообще не должно ее беспокоить. Пусть думают, что хотят. Деми не собиралась жить с чертовым Петтигрю только из-за того, что побоялась забрать свое. Она открыла рот, но Сириус опередил ее:       — Ридж и Лунатик будут жить со мной.       Деметра мысленно улыбнулась. Хвала Мерлину. Вот мог же Блэк быть умным мальчиком, когда хотел. Жить втроем — оптимальный вариант для них. Главное, чтобы Петтигрю не увязался следом.       — О, отлично, — закивал Джеймс. — Как раз на трое поделимся. Это должно быть безопасно. Хвост?       Питер в подтверждение кивнул. Его все устраивало.       — Долго же вы яйца мяли, — буркнул Муди. — Мне, между прочим, грустно, что никто не решился пожить со мной. Я ведь очень добрый хозяин, да, Ридж?       Аврор широко ухмыльнулся, когда Деми с раздражением скосила на него взгляд. Почти никто не понял контекста, но спросить не решились.       Близнецы Пруэтты одновременно встали из-за стола. У Деметры начало получаться их различать — у Гидеона была маленькая косичка, повязанная синей резинкой, а у Фабиана волосы чуть длиннее.       — Нам скоро тоже нужно уходить, поэтому, Ридж, выйдешь с нами ненадолго? — спросил Гидеон. Деми невольно напряглась, но у нее не было причин отказываться.       Мужчины завели ее в узенькую уборную комнату. Почему именно туда? Братья кое-как там сами помещались и стояли, согнув колени. Один из близнецов заглушил и запер комнату всеми возможными заклинаниями.       — В чем дело? — настороженно спросила Ридж. Пруэтты могли обратиться к ней лишь по одному вопросу — крестражи. И если они решили поговорить на эту тему, ей это уже не нравилось. Деми скрестила руки на груди.       — Это ведь ты та девчонка, что рассказала Дамблдору про крестражи? — спросил Гидеон, прищурившись.       Наконец-то. Недоверие. Деметра уже побоялась, что ее все сразу любезно примут в Орден без единого вопроса. Теперь выбор места для разговора стал очевиден. Она не смогла бы выбраться живой в случае, если ее ответы не понравятся Пруэттам. Хотя учитывая высочайшие моральные устои Ордена, благодаря которым они и проиграли Первую магическую войну, Деми бы максимум связали и вежливо попросили рассказать правду.       — Да.       — Откуда ты про них знаешь? — Фабиан сделал шаг вперед, заставляя Деметру отступить.       — Почему вы спрашиваете меня, а не Дамблдора?       В самом-то деле. Это самоволие даже не злило — просто сбивало с толку. Она понимала желание перепроверить подозрительную персону лично, но директор ведь не был глупцом. Не будь он уверенным в Деметре, то не позволил бы ей даже приблизиться к безопасным домам или членам Ордена.              — Отвечай на вопрос, — братья нахмурились. Мерлин, этот уровень синхронности поражал ее. Пруэтты двигались и действовали, как единый организм.       — Если я скажу правду, вы мне разве поверите? — насмешливо спросила Деми. — Если директор вам ничего не рассказал, значит, не посчитал нужным. Хотите — убейте прямо здесь. Но в таком случае вы лишитесь ценного союзника и вряд ли сможете одолеть Темного Лорда. Вы бы не обратились ко мне, если бы все шло по плану.       Близнецы переглянулись, сжав губы.       — С чего такая уверенность в себе?       Деметра пожала плечами.       — Дело не в уверенности. Я просто много знаю и умею, и это факт. Уж поверьте, если бы я была на стороне Пожирателей, то просто бы сразу согласилась на их предложение примкнуть к ним, потому что Орден сейчас и так в наислабейшем возможном положении.       Не слабее, чем Орден в тридцатых, но вам этого знать не стоит.       Фабиан отбивал ритм подошвой ботинка. Они сомневались, стоит ли верить Деми, но не могли больше однозначно подозревать ее. Их изначальный скепсис и так не имел веских причин. То, что происходило сейчас, больше походило на попытку запугивания «на всякий случай».       — Мне до вас дела нет. Единственное, ради чего я здесь — убийство Волдеморта и его последователей. Не успокоюсь, пока не выпотрошу их всех. Хотите меня презирать и не доверять мне — пожалуйста. Просто не мешайте, — прошипела Деми, прищурившись, и губы ее непроизвольно скривились. Она не могла сдержать злость, когда дело касалось Пожирателей и всего, что с ними связано.       — Верим, — заключили Пруэтты после минутного молчания. — Будь ты за Пожирателей, то не рискнула бы нам так дерзить.       — Может, я просто хорошая актриса, которая оглушит вас, как только вы повернетесь ко мне спиной, — невозмутимым тоном сказала Деметра. — Шутка, — она закатила глаза, поняв, что Пруэтты ее наисмешнейший анекдот не оценили.       — Да уж, надеюсь, в остальном ты покажешь себя лучше, чем в юморе, — Гидеон состроил такую физиономию, будто Ридж — ребенок, который заявил маме, что покажет акробатический трюк, но в итоге упал со стола, снеся при этом скатерть и посуду.       Деми искренне не понимала, что сказала не так. Она следовала алгоритму создания шуток, который отыскала в Интернете. По плану человек должен сказать абсолютно абсурдную вещь, и это должно вызвать смех у окружающих.       — Что-то мне подсказывает, что тут все безнадежно, — подколол Фабиан. — Дурака только могила и исправит.       — Вы меня сюда позвали, чтобы оскорблять по очереди? — Деми выгнула бровь. — Сначала подозреваете, теперь дурой зовете.       — Не обижайся, маленькая, — извинился Гидеон. — Это просто поговорка такая.       Какое снисхождение. Маленькая. Деми не знала, как реагировать на такое прозвище, ведь низкой она не была. Но для этих двухметровых амбалов ее сто семьдесят пять сантиметров роста, скорее всего, казались ничтожными.       — Лучше расскажите, что с крестражами. Вы их нашли?       Близнецы потупили взгляды в пол и неопределенно покачали головами.       — Мы… ищем.       — Звучит не очень оптимистично.       — Слушай, мы стараемся, и мы лучшие в своем деле, но ты сама должна понимать, Волдеморт тщательно все охраняет и прячет. У нас получилось забрать большую часть крестражей, но с другими… есть некоторые нюансы. Пока что рано говорить точно.       Деми, поразмыслив, кивнула. Обстановкой она довольной не была: дядя Гарри с наставницей и дядей Роном нашли и уничтожили все крестражи за семь месяцев, хотя объектов было заметно больше, а поиск велся вслепую. Пруэтты же обладали всей нужной информацией и все равно не укладывались в сроки. Деметра не хотела обвинить близнецов в некомпетентности — она просто боялась, что что-то пойдет не так. Вдруг Волдеморт узнает про охоту за крестражами и перепрячет их в другие места или решит создать новые. Поэтому нужно было торопиться. Пока дело не сделано, тревога только нарастала.              — Давайте выйдем, — предложила она. — Остальные могут подумать, что вы меня удерживаете силой.       — Ну, формально так и было, — Гидеон задумчиво потеребил бороду. — Но да, пора возвращаться.       Когда дверь отворилась, близнецы одновременно похлопали Деметру по плечам, да так крепко, что ее колени на секунду согнулись под весом этих лап.       — Не серчай, маленькая, — бодро улыбнулся Фабиан. — Мы не со зла.       — Все нормально, — пробормотала Деми.       Устроили допрос, а теперь ведут себя как ни в чем не бывало.       — Вы показывали Ридж, как долго можете срать? — съязвил Муди. — Пока вас не было, я успел жениться и понянчить пять детей — вот, сидят как раз, — он дернул подбородком в сторону Мародеров.       Андромеда так и не смогла привыкнуть к его прямолинейности и сквернословию, а потому едва заметно поджала губы. Молли же хохотнула, покачав головой, как те матери, которые на любую грубость сына лишь снисходительно хихикают.       — Ты слишком молод, чтобы так ворчать, Аластор, — поддразнил Фабиан, хватая со спинки стула свою рубашку. — Пойдем уже.       Все с облегчением выдохнули. Мародеры, все это время сидевшие с по-армейски выпрямленными спинами, расслабленно опустили плечи и сгорбились.       — Муди — что-то с чем-то, — Сириус показал большим пальцем себе за спину. — Я думал, он нас всех заставит отжиматься по сто раз за лишний писк.       — Скажу честно, меня он тоже пугает, — тихо сказала Лили, наклонившись к столу. Будто Муди мог услышать ее с улицы.       — Он… своеобразный, — Тед поспешил успокоить ребят. — Но очень верный и по-своему заботливый. К нему просто надо привыкнуть.       — Как твое колено? — прошептал Джеймс Лили, но разговор за столом стих, и его фразу очень некстати услышали все.       — Зайка, ты что, поранилась? — сразу же засуетилась Молли.       — Джеймс!.. — Лили смерила гриффиндорца тем самым взглядом, которым обычно велят замолчать. — Все хорошо, миссис Уизли, — уже более дружелюбно ответила она. — Упала на колено после трансгрессии, ничего страшного, это просто синяк.       — Ну уж нет, — отрезала женщина. — Так не пойдет.       Уизли торопливо зашаркала домашними тапочками и встала напротив Лили, потребовав вытянуть ногу. Девушка, вздыхая, повиновалась. Эванс сгорала от неловкости за то, что ее маленькая проблема привлекла внимание и теперь с ней возились, как с ребенком.       — Колдомедика или целителя в Ордене нет, — на выдохе проговорила Молли, присаживаясь на корточки. — Что грустно. Я, конечно, проходила курсы оказания первой помощи в Мунго в свое время, но… сами понимаете, этого будет недостаточно, если произойдет масштабная беда. Эпискей, — она взмахнула палочкой, и припухлость, наливающаяся багровым цветом, рассосалась.       А ведь и правда. Орден был богат талантливыми волшебниками и волшебницами, и каждый обладал своей уникальной специализацией. Деми составила в голове магические профили каждого члена сопротивления: Лили, например, отлично проявляла себя в Зельях и Чарах и даже придумывала собственные, пусть и на начальном этапе. Или взять Артура, который приспосабливал маггловские предметы к магии. Вряд ли у него был опыт с электроникой, конечно — техника считалась самой непонятной и комплексной для адаптации вещью. Это все равно ознчало огромный потенциал для развития Ордена.       И все же целители незаменимы. Большинство орденовских этого времени — хорошие дуэлянты и бойцы, умеющие произвести базовые колдомедицинские практики, но этого недостаточно. Везде должен быть баланс. Как в видеоиграх, которые показывал Деми Джеймс, где для успешного прохождения матча обязательно иметь главного атакующего, защищающего, саппорта и доктора. Бросаться на Пожирателей голой силой — глупо.       В такие моменты Деми особенно остро ощущала отсутствие Азуры рядом. Навыки подруги в этих обстоятельствах были попросту незаменимыми. Она никогда не видела колдомедика, который бы отдавал себя работе больше, чем Азура. Скамандер с детства тяготела к целительной магии и хваталась за любую возможность развить талант. Она не была лучшей из лучших, но ее упорство компенсировало отсутствие опыта. После смерти Нормана упорство превратилось в одержимость: Скамандер наотрез отказалась выходить на рейды и засады и проводила большинство времени в лазарете на Гриммо, стараясь спасти как можно больше людей. Хотя бы там девушка могла ненадолго перестать думать об остекленевших голубых глазах брата.       Поэтому они с Деми и стали неразлучным дуэтом: Люпин ранила и ранилась, а Азура ее лечила. Деметра очень скучала по этим беззаботным минутам, ведь знала: куда бы она ни пошла, ее всегда будет ждать подруга. Но не теперь.       — Спасибо, миссис Уизли, — покраснела Лили. — Но я могла бы справиться с этим сама.       — А ну цыц! — Молли пожурила девушку пальчиком. — Мы должны заботиться друг о друге.       — Есть, мэм, — тут же выпрямилась Эванс.       — Когда мы отбываем? — мягко спросил Римус, боясь прозвучать грубо. — Вы не подумайте, я очень рад разговаривать с вами и не хотел бы уходить, но нам, наверное, стоит разойтись по домам, чтобы настроить защитные чары.       — Не стоит оправдываться, — Тед ободряюще положил ладонь на плечо Люпина. — У вас и правда еще много работы. Вы ведь скорее всего и не поспали нормально. Молли может вам помочь с охранной магией.       — Не стоит, — Деметра поднялась и расправила полы накидки. — Мы справимся. А миссис Уизли сможет позже проверить результаты, если захочет.       — Пожалуйста, просто Молли, — женщина потерла двумя пальцами висок, словно формальное обращение резануло ей слух до головной боли. — Я вас провожу.       Мародеры вышли за пределы антиаппарационного купола. Все медлили, неловко переглядываясь. Они впервые оказались в ситуации, где привычная трансгрессия через камины оказалась недоступной, и приходилось выбирать что-то новое: метлы, маггловские машины, аппарация до ближайшего населенного пункта, портключи… Да уж, студентам еще только предстояло отточить планы перемещений на будущее.       Деметре вдруг стало интересно, почему на Рождество они с Сириусом и Римусом добирались до особняка Альфарда через камин, если уже тогда было известно, что Министерство все отслеживает и данный способ небезопасен. Может, Блэк забыл об этом из-за своей беспечности? Хотя учитывая скрытность Аберфорта, можно было предположить, что камин в «Кабаньей Голове» был установлен нелегально и не числился в реестрах Министерства. Это могло стать лазейкой для Ордена.       — Мы, наверное, долетим на метлах, — прервал молчание Поттер. — Отсюда не так уж и далеко до Годриковой Впадины, за час точно доберемся, — он согнул руку в локте и поднял ее параллельно земле. — Акцио метла.       Метла легла в ладонь парня с такой точностью, будто была создана лично под Поттера и его параметры. Петтигрю повторил действия друга, призывая свой транспорт.       Лили сидела перед Джеймсом и крепко держалась за черенок метлы. Создавалось ощущение, что Эванс боялась упасть даже с высоты тридцати сантиметров, несмотря на то, что Поттерт не успел тронуться. Было неясно, как девушка собиралась пережить предстоящий полет.       — Может, я как-нибудь на поезде доеду? — с призрачной надеждой в голосе заумоляла она. — Эта штука такая неудобная… Я уже сваливаюсь!       — Милая, мы это обсуждали, — вздохнул Джеймс и приобнял ее за талию. — Я наложил на метлу противоскользящие чары, ты ни на дюйм не сдвинешься во время пути. Тем более я исключительный летун. Вот придем домой, и я сделаю для тебя специальную мотоколяску, чтобы ты не боялась, ладно?       — Ладно… — согласилась Лили, пусть и все еще подрагивая от напряжения. — Увидимся! — она едва заметно приподняла ладонь над черенком и помахала.

***

      Ребят в поместье Альфарда перенесла Вега. Домовиха стеснительно прижимала уши, перечисляя приготовленные к позднему обеду блюда, после чего умчалась распределять багаж по комнатам. Очень милое существо. Когда Сириус официально представил Римуса и Деметру, Вега выглядела так, словно лопнет от счастья: костлявые ножки подрагивали, как от предвкушения, и эльфиха с широкой улыбкой заверила Блэка, что верой и правдой будет служить его друзьям и только рада, что юный мастер не одинок после печальной кончины мастера Альфарда.       — Родители Поттера не против того, что Лили переселилась к ним? — поинтересовалась Деми за обедом. — У чистокровных же сожительство до брака считается моветоном.       — Так и есть, но у Поттеров всегда были свои правила, — пожал плечами Сириус. — Они в целом довольно нетипичные чистокровные. Никогда не гнались за статусом и лишними деньгами. Даже не стали покупать поместье после того, как разбогатели, остались в Годриковой впадине, хоть это и маленький дом. В общем, минимум пафоса, в отличие от таких, как моя семейка.       — Как ты можешь знать, Флимонт продал свой бизнес, — добавил Римус. — После чего они с Юфимией переехали в коттедж в Шотландии, поближе к морю. Так что они не знают ни о том, что Джеймс ушел из школы, ни о том, что Лили живет у них. Но даже если бы они узнали, их бы это мало волновало. Они обожают ее, а мнение остальных чистокровных домов для них никогда ничего не значило.       — Зато моя мать бы тряслась от гнева, узнав, что я живу под одной крышей с девушкой и оборотнем, — хмыкнул Блэк. — А это значит, что я все делаю правильно.       — Как думаете, что будет дальше? — серьезно спросил Римус. — Когда нас начнут отправлять на задания? Пожиратели могут хоть завтра напасть на очередную деревню, и нам придется сражаться с ними. Я боюсь, что моих навыков недостаточно.       Какая знакомая проблема, дедуля. Ну прямо-таки семейное.       — Вряд ли нас сходу отправят в самое пекло, — поспешила успокоить его Деметра. — Орден понимает, что вам нужна практика. Но если хочешь, я могу тебя потренировать.       Люпину эта идея, похоже, не понравилась. Он демонстративно улыбнулся со страдальческим выражением лица, всем видом намекая, что скорее прыгнет в пасть к нунду, чем согласится на ее предложение.       — Что я такого сказала? — Ридж недоуменно посмотрела на Римуса.       — При всем уважении, Деми, я просто боюсь. Особенно после твоих каникул с Муди. Уж лучше я наберусь опыта с Пожирателями.       Деметра искренне не понимала, почему дед так сильно испугался. Он что, представлял, что она посадит его со связанными руками в клетку, заполненную скорпионами, и заставит выбираться, угрожая в случае неудачи бросить на съедение? Или прикажет отжиматься четыре часа подряд? Последнее, кстати, и правда звучало как что-то, что она бы сделала.       — Я не понял, — встрял Сириус. — А что это ты только Лунатику предлагаешь? Я тоже, между прочим, должен тренироваться.       — А ты встанешь? — Деми смерила его снисходительным взглядом. — Это тебе не до обеда спать.       — Да когда такое было! — возмутился Блэк. — Я очень даже собранный и организованный.       — Посмотрим, как будет на самом деле, — она не выглядела убежденной.       — Справедливости ради, Бродяга… — Римус поднял указательный палец, сдерживая просящуюся на лицо усмешку. — Тебя и правда бывает сложно поднять даже под конец завтрака. А в том году на каникулах ты вставал к часу.       — Вау, — Сириус стал всплескивать руками и фыркать, как конь. — Ну уж извините, что я пару раз совершил маленькую ошибку в этом идеальном мире. Простите меня, идеальные братья и сестры.       Деметра и Римус тихо прыснули в кулаки. Вид Сириуса, до красных ушей старающегося оправдаться за шутливое замечание, хотелось записать на видео и пересматривать. Блэк всегда сохранял самообладание и просто дерзил в ответ, и то, что происходило сейчас выглядело, как случай из параллельной реальности.       — Все, — он торопливо скинул с бедер столовую салфетку и зашагал к выходу. — В моем же доме на меня ополчились. Я пошел!       Ответом его перфомансу послужил тихий смех. Когда Блэк оказался достаточно далеко от двери, Римус начал гоготать. Как настоящий гусь. Деметра не подозревала, что дед способен на такой утробный хохот, отчего ее саму прорвало.       — Как думаешь, он всерьез обиделся? — успокоившись, спросила Деми.       — Нет, конечно. Ему скорее всего понадобилось в уборную. Если бы он обиделся… — Римус состроил гримасу. — Боюсь представить, что было бы.       Вернувшись в комнату, Деметра принялась обустраивать новое жилище. В Хогвартсе она не решалась украшать интерьер взятыми из будущего вещами, ведь их мог увидеть кто угодно, а Деми не была настроена отвечать на вопросы о том, что в ее комнате делает телефон без кнопок и с сенсорным экраном, концепт которого еще не придумали, или откуда у нее футболка с изображением Дэвида Боуи с обложки альбома 1983 года, если сейчас 1978. Из-за этого приходилось раз за разом возвращаться в неприметную, серую и неуютную конуру, что со временем знатно надоело. Но теперь… Деметра была вольна распоряжаться данным ей пространством так, как она пожелает. В груди защекотало предвкушение, как у ребенка при виде рождественской елки.       Несколько часов кропотливой работы — и Деми успешно опустошила сумку наставницы на две трети. Шкафчик с зельями, ядами и книгами, ящики с оружием и украденными у Мальсибьера камнями и галлеонами, вешалки с боевым обмундированием, платьями и мантиями — и все это аккуратно поставленное и сложенное! Порядок. То, чего Деметра отчаянно желала в своей жизни и доме. Чтобы все стояло ровно, на своем месте. Красота.       Оставшиеся в сумке вещи Деми оставила на потом — все равно основное она уже разгрузила. Оставалось последнее… колдографии.       Девушка села на пол и принялась доставать их по одной, пока не убедилась, что выложила все. Альбомы, распечатанные отцом фотографии, некоторые в рамочках, некоторые — без… Ридж и не подозревала, что волна ностальгии настолько захлестнет ее.       Вот стоит годовалая Люпин вместе с такой же крохотной Азурой. Папа и дядя Рольф поддерживают их за локоточки, пока малютки в цветных платьишках делают неуверенные шажки. Папа выглядит неважно: покрасневшие глаза, растрепанные неухоженные волосы — Деметра вспомнила, что их с матерью отношения тогда как раз начали холодеть, и Тедди жертвовал сном, чтобы успеть уделить время и дочери, и работе. На заднем фоне — наставница Грейнджер, держащая колдоаппарат, и тетя Луна, блаженно улыбающаяся.       А вот первый учебный день третьего курса. Деметра с угрюмым лицом стоит на перроне у Хогвартс-экспресса. Норман и Лили корчат рожицы за ее спиной и ставят ей рожки, думая, что она не замечает, но тетя Джинни вбегает в кадр, чтобы оттащить озорников за воротники. Но те лишь заливисто хохочут, пока Поттер ругается.       Следующая колдография потрепаннее предыдущих. Ее Деметре передал отец — она служила одним из немногих доказательств существования бабушки и дедушки. Нимфадора, хитро и уверенно улыбающаяся, обнимает явно смущенного и уставшего Римуса, наслаждаясь его реакцией. Он шепчет ей что-то на ухо, и Тонкс тут же вздрагивает и отодвигается от мужа. Ее лицо стремительно краснеет, а бледно-розовые волосы встают дыбом и меняют цвет на пунцовый под стать щекам. Теперь черед дедушки наслаждаться чужим смущением.       Деми грустно улыбнулась. Как бы она хотела быть там, тогда, когда они были живы и молоды. Если бы только Деметра перенеслась во времена Второй магической войны… Она бы неустанно следила за каждым актом нежности между бабушкой и дедушкой, голодно бы хваталась взглядом за каждое их объятие или проявление заботы о Тедди. Чтобы все кадры отпечатались на обратной стороне век, чтобы каждый раз, закрывая глаза, Деми могла видеть эту счастливую семью, чувствовать их тепло и восхищаться этой гармонией. Потому что сейчас никто не мог дать гарантий, что Тонкс и Люпин полюбят друг друга и женятся. Мерлин, Римус в этом времени уже знаком с пятилетней Дорой, и если они сойдутся спустя лет десять, это будет как минимум странно. И все же Тедди Люпин обязан родиться. А ради отца Деми была готова поступиться своей субъективной этикой.       — Что смотришь? — раздался голос у открытой двери. Деметра молниеносно прикрыла колдографии пледом и крепко прижала рамку изображением к груди. Сириус на это лишь улыбнулся.       — Я запиралась, — настороженно сказала Деми.       — Я знаю, — он пожал плечами. — Поэтому пришлось повозиться с заклинаниями. Что за колдографии?       — Бабушки и дедушки, — нехотя призналась она. Блэк просто так бы не отстал.       — Дай тоже взглянуть, — он сделал шаг в ее сторону. — Мне всегда было интересно, как Дора будет выглядеть в будущем.       Холод тысячами мелких игл пронзил тело. Последние слова Блэка набатом звенели в голове.       — О чем ты? — невозмутимо спросила Деми. — У меня даже нет ее колдографий.       — Можешь перестать притворяться, — он снисходительно махнул рукой, будто поймал младшекурсника на краже пирожков с завтрака. — Это ведь очевидно, что Дора твоя бабуля.