Рутина и примирение

            Привычная рутина обыкновенно помогает отвлечься от тревожных мыслей. Джен была не исключением. Оставалась пара дней до начала съёмок следующей серии. А там она вновь увидит Ли и, что самое обидное, как всегда, не будет играть роль его спутницы. Но сейчас не время. Ещё три круга — и домой.       Почти каждое её утро начиналось с пробежки, после был контрастный душ, далее следовали завтрак и приведение себя в порядок. Всё остальное время в такие непростительно редкие свободные дни уходило на домашние репетиции — так лучше запоминался текст — и милые чудачества с дочкой, а теперь ещё и с щенком, которого Мун окрестила Джерри, и без которого не хотела ни выходить на улицу, ни играть в комнате. И сейчас Дженнифер больше всего хотелось именно отдаться полностью этой идиллии и ни о чём не думать...       И всё же мысли сами собой лезли в голову. Ли Пейс! Насмешник! А ведь этот человек называл её единственной, единственной!.. М-да, путешествие принесло явно больше разочарований, чем счастья. Но никто не должен знать. Абсолютно никто, кроме него — да и ему сейчас незачем.       Сейчас важнее другое: через пару дней ей нужно будет совершить опасный трюк. Режиссёр, конечно, предлагал в помощь каскадёра, однако Джен была непреклонна. Ещё с детства она отличалась гибкостью, благодаря чему окончила курсы гимнастики, не единожды выигрывала соревнования штата... И такому человеку нужен каскадёр? Видимо, её печальное настроение не осталось незамеченным, и её просто-напросто пожалели. Вот жалеть как раз и не надо. Рождённая Козерогом, она знала, чего хочет, всегда добивалась этого. В самом процессе покорения вершин было для Дженнифер нечто притягательное, и уже ради него всегда стоило пытаться чего-либо достичь, какие бы преграды ни встали на пути. Даже любовь к злополучному Ли, которая, как ей что-то подсказывало, по-прежнему теплилась в груди. Начинал накрапывать мелкий дождик. Крохотные капли падали на землю и с мелодичным звуком разбивались, оставляя в воздухе запах свежести и мокрого асфальта.

***

      Боль. Боль пронзила всё тело, от головы до кончиков пальцев. Дженнифер слышала лёгкое похрустывание кости в левой ноге. И угораздило же отказаться от помощи каскадёра... Как раз на том, чего, казалось бы, совсем не ожидала, и случилось поражение. Боль слепила, застилала глаза чёрной пеленой. Всё расплывалось: кто-то кричал, звал на помощь, потом послышались гудки в телефонной трубке — всё это слышалось приглушённо, словно под водой, и самым громким звуком был бешеный стук сердца, отдававшийся в ушах. А затем все чувства будто отключились, и последним, что она ощутила, были сильные руки, несущие её куда-то... — Мама-а, — послышался нежный голосок Мун. — Мама, ты спишь? Тело ощущало знакомую мягкость, — видимо, Дженнифер уложили на её же постель. Боль по-прежнему чувствовалась, но как-то по-другому: словно забилась в угол, но продолжала скалить зубы. — Мун? Ответом был радостный лай и шёпот малышки «Джерри, молчать!», Дженнифер с усилием открыла глаза - будто после долгого сна, не принёсшего ощущения отдыха. Так и есть, она в своём доме. Осознание этого немного успокаивало. Перед ней стояла Мун, с улыбкой глядя на маму и держа на поводке непокорного Джерри, который так и рвался к кровати Дженнифер. Та хотела было встать, но левая нога отозвалась очередным приступом боли. — Мамочка, тебе сейчас ходить нельзя, — всё с такой же нежностью произнесла Мун, — так дядя доктор сказал. — Спасибо, доченька, — придавая голосу как можно более мягкое выражение, проговорила Дженнифер. — Сейчас тебе дядя Ли завтрак принесёт, — продолжила Мун, и от этой фразы внутри всё перевернулось. «Дядя Ли»? Он-то здесь откуда? Но удивление только возросло — в дверях показался он. Сжимает в руках поднос с сырным омлетом, хлебом с вареньем и горячим кофе, от которого идёт пар. Как это мило — завтрак в постель. Она не смогла удержаться от улыбки. Джен обожала готовить, видя в этом ещё один способ отвлечься от тревожных мыслей, и было приятно узнать, что Ли тоже этим занимается. Пусть — внимательным взглядом оценила она — сделано на скорую руку, но чувствуется старание. И всё же сознание не унималось. Когда они вдвоём, он готовит ей завтрак в постель, а наедине разговаривает с другими девушками по телефону... Нужно всё ему рассказать. — Сам приготовил, — сообщил Ли. — За-автрак! — радостно воскликнула Мун. Ли, уже, по-видимому, по её взгляду всё понявший, ласково произнёс: – Слушай, цветочек, твоему другу тоже нужно завтракать. Я заказал корм, думаю, ему понравится. — Джерри, пойдём кушать! – позвала девочка и помчалась вниз по лестнице. Джерри ещё слегка неловко, как и многие щенки, поспешил за ней. Теперь они остались наедине. Ли подошёл к её кровати, застеленной чёрным бархатом, аккуратно присел и протянул поднос. Дженнифер, присев и опершись спиной о стену, взяла его и поставила на колени, одно из которых снова тихонько заныло. Ли смотрел на неё с таким нежным выражением лица, что на короткое мгновение ей показалось, что все её сомнения родились на пустом месте, но потом она сразу же вернулась к реальности. Такая беда, наверное, в отношениях у всех хороших актёров — трудно понять, настоящие эмоции испытывает партнёр или нет. Некоторое время оба молчали, и тишину нарушал лишь шум дождя за окном. Капельки оставляли на окне длинные мокрые полосы, и весь мир вокруг, казалось, спал, кроме их тёплого дома. — Знаешь, мне правда жаль, что так получилось, — прошептал Ли, — я переговорил с режиссёром и продюсером, они согласились перенести съёмки сцен с Эдо и Братом Дня для второго сезона. — Что произошло? — спросила Дженнифер, беря с подноса кофе. — Я так до конца не поняла. — Слава богу, не перелом. Просто трещина в кости. Это заживёт намного быстрее, примерно через месяц. Я решил быть с тобой всё это время и помочь тебе встать на ноги как можно скорее. — Благородно с твоей стороны. Так, ладно, хватит притворяться, что она ничего не знает. В конце концов, они остались вдвоём, и стесняться нечего. — Ли, у тебя... кто-то есть, кроме меня? Ошарашенный таким вопросом, Пейс резко выпрямился. — Что ты имеешь ввиду, крошка? — То, что я сказала, — отрезала Дженнифер. Раздражение нарастало, но она старалась говорить как можно более спокойно, – я слышала о девушке по имени Аманда. На некоторое время на его лице изобразилась задумчивость. – Аманда... Да, что-то у нас с ней было, — наконец вымолвил Пейс. Внутренний голос Джен радостно закричал: «Вот видишь, я говорил, а ты до последнего не хотела верить!» – но это было давно, — продолжил Ли, — два года назад. Она работала моим ассистентом в фильме, где я исполнял главную роль. Мы доверяли друг другу во всём, клялись в верности до конца дней — словом, несли всякую ерунду из дешёвых романтических комедий. А потом... когда я ей признался в том, что мог доверить только себе и ей и больше никому, она распустила про меня сплетни. А ты знаешь, как быстро разлетаются слухи у нас, в Голливуде. В общем, мне пришлось с ней расстаться, это был слишком сильный удар. Я ещё долго не мог довериться кому-то после того случая. А потом я встретил тебя. Дженнифер слушала его признание, и всё вставало на свои места. Да, она точно помнила, что год-полтора назад среди её коллег ходили слухи, но не обращала на них внимания — тогда все её мысли были сосредоточены на роковой потере. Допив кофе, она поставила стаканчик на поднос и кивком головы поблагодарила Пейса. — Я не уверен до конца, но что-то мне подсказывает, что на этот раз я не обманусь. Ли приобнял её за плечи, прижал к себе, и Дженнифер не оставалось ничего, кроме как прильнуть к нему. Сердце яростно колотилось в груди, но теперь уже не от боли, а от совершенно противоположных эмоций. Она поглядела на его лицо — то выражало неподдельную искренность чувств. Сомнения, почувствовав слабину, начинали отступать, и она полностью отдалась ощущениям сладкого момента. По запотевшему оконному стеклу барабанил дождь, а дома было тепло и уютно — вдвое теплее и уютнее, чем когда Ли не было рядом.

***

      Дожди, столь частые этим летом, проходили, как это обычно бывает, быстро, оставляя после себя только лужи и не сравнимый ни с чем запах озона. Так было и сейчас. Джен шагала рядом с Ли по усеянной солнечными бликами, мелькавшими в лужах, парковой дорожке, опираясь на его плечо. Сейчас большой необходимости в этом не было — нога практически зажила, и Дженнифер лишь едва заметно похрамывала, но шла уверенно и гордо, как всегда. Просто ей хотелось чувствовать, что он рядом и всегда будет рядом, не хотелось его отпускать.       Прошло уже три недели, и скоро должны были начаться съёмки. За этот длительный промежуток между съёмками у неё появилось то, чего она так долго ждала: возможность проводить время с Ли и Мун, а также лучше подготовиться к своей роли. Да, времени на домашние репетиции было более чем достаточно, и роль свою Дженнифер выучила на несколько серий вперёд, то и дело размышляя о том, что лучше оставить как есть, а где можно и сымпровизировать. И больше никакого безрассудства. Трюки — работа для каскадёров! Всё это время Ли был с ней, каждый раз доказывая свою преданность в отношениях. Дженнифер удивляла вся эта забота — и в какой-то степени тяготила, ведь ей хотелось тоже что-то сделать для него. Но сейчас она радовалась самой возможности быть с ним и осознавать, что он тоже мог бы отдать всё, чтобы это повторилось.