Жертва перемен ( История Веймара). Часть 6.

Веймар в данный момент испытывал дикий ужас. Но больше ему было не страшно, ему было больно. Он не мог поверить, что его брат, который предлагал ему помощь, стал таким. Где его добрый братишка? Где тот, кто хвалился без злости своими оценками? Где тот юноша, что иногда обнимал Веймара, когда тому было грустно? Почему... Неожиданно зрачки расширились и к нему пришло осознание: это не Рудольф. Это чудовище! Это бес, который вселился в его брата, ведь правда? Ведь он не мог по своей собственной воле стать таким? Он не мог... Неожиданно слезы прокатились по щекам. Мог, ещё как мог. О брат... Как же так?! Он безумен! О братишка! Как же ужасно это все! И теперь во главе страны стоит, боюсь это признавать, псих! И как он планирует поднять страну с колен? Он не сможет! А если и сможет, то какой ценой? О Господи боже мой! Господи боже! Ответь мне, за что нам это все?! Почему это происходит? Я ведь каждое утро молился, каялся в грехах, хотел получить твоей помощи для народа моего! И где эта помощь? Почему ты обрекаешь мой народ на погибель?! Теперь понимаю, по настоящему понимаю фразу отца, что жизнь вообще не справедлива. Надо попробовать переубедить его, а если нет, то такова моя судьба. - Н-не делай этого, братик... - начал бормотать Веймар, который был будто парализован. - Рудольф, братик, прошу, не делай этого. Давай мы все обсудим. Я... Рудольф резко прервал брата: -Обговаривать уже нечего. Ты подписал договор о передачи власти, глупец. - говорил он уже спокойно, но в голосе была слышна издевка. Рудольф смотрел на слезы брата и это приносило ему огромное удовольствие. Да, он плачет. Трус и слабак. - Ты, видимо, забыл самое первое правило нашего отца - никому не доверяй, в первую очередь близким людям. - Я... наш отец относился к нам обоим не очень, он хотел, чтобы мы оба были идеальны во всех сферах жизни. Я не хотел, чтобы он так относился к тебе так, правда! Но даже если бы я и попробовал тебя защитить, меня отец бы побил в двойном размере. Да. Он меня тоже не щадил. И сильно бил. За все. Как и тебя. Честно признаться, я пытался изменить отношение отца к тебе. Правда пытался, но как видишь, у меня ничего не вышло. Поэтому... Смотря на это все... Я думал, что ты, как и я, будем стараться быть честными друг к другу. По крайней мере, надеялся на это. - И я был идеалом! Был! И... Серьёзно? Ты не хотел? И тебя бы побили за то, что защищаешь брата? Ты бредишь! Ты придумываешь отговорки, чтобы отвести себя от смерти! И как ты сказал, ты просто трус и слабак, что ничего не может сделать сам. Пытался расположить меня к отцу? Плохо пытался! Я вижу, что тебе мне больше нечего сказать! НЕ-ЧЕ-ГО! И я во всем лучше тебя! Просто отец этого не понял! А теперь, хватит слов. Прощай, братец. -Прости меня за все, Господи - это была последняя мысль, которая успела пронестись в голове у Веймара, прежде чем Рудольф нажал на курок и пуля пролетела в Веймара в самое сердце. Сердце Веймара остановилось, и молодой человек рухнул на пол. Воцарилась пугающая тишина. На лице покойного не проглядывались никакие эмоции, никаких криков боли не было слышно от Веймара. Он умер тихо. Тем временем Рудольф спокойно смотрел на труп. Он не чувствовал ни стыд, ни сожаление, ни ужас от происходящего. Ничего. Равнодушие и безразлие. Он будто стал мертвецом, который разом потерял все чувства. Его улыбка на секунду спала с лица, и он безразлично посмотрел на истекающее кровью тело. Он так смотрел на тело ещё минуты 2, а после он решил немного выпустить пар и дать осознать самому то, что он смог воплотить в жизнь план, который он так долго разрабатывал, и реализации которого ждал реализации годами,  что принесло ему счастье. Он был счастлив от того, что убил слабачка конкурента на своём пути. От таких мыслей на лице растянулась удовлетворенная улыбка. Это свершилось! Какое счастье! Да! Но сначала, перед тем как насладится этой маленькой победой сполна, он должен поговорить с одним человеком. Он вышел в коридор, нашёл телефон  набрал номер и стал ждать ответа на том конце провода. - Здравствуй. Это Рудольф тебя беспокоит. Мог бы ты подъехать кое-куда? Говорю сразу, тебе понравится моё предложение - ухмыльнулся Рудольф, ожидая ответа от собеседника - Ага, хорошо, вот адрес:...... Все, жду. - закончив разговор, Рудольф повесил трубку и направился к Вилфриду. Времени не так много, а хочется ещё и повеселиться. Он вошёл в комнату, маньячно улыбнулся и, смотря на красное тело своего братца с отвращением, пнул его. Тело отлетело в сторону. Рудольф на мгновенье увидился. Какой он лёгкий... Но от этого даже интересней! Можно его пинать, как мяч во время игры в футбол. Но сначала, он ударил брата каблуком по лицу. А вот теперь можно поиграть в футбол. После того, как он достаточно распинал брата, когда он наконец поглумился за ним и смог немного успокоить свою душеньку, он взял тело за шировот и недовольно вздохнул. Тащить своего брата не хотелось напрочь, хорошо хоть он лёгкий, но тело ему ещё понадобится. Не хотелось бы, чтобы оно было уничтожено с этим ненавистным домом. Взял его и сумку под руку, он поволок тело братца. Притащил Рудольф Вилфрида на улицу и зашел в один из закоулков, где он и оставил тело. Но душенька снова возжелала высвободить негатив, поэтому он отправился к ненавистому зданию, где решил и оторваться от всей души. Он зашёл в дом, нашёл какую-то палку, видимо трость, и начал ею бить все то, что попадалось на глаза. Картины, фотографии, драгоценности. Ведь это все напоминало о прошлом. И он решил идти вперёд, а значит он должен распрощаться с ненавистным прошлым. И он решил это сделать именно таким способом. Каждый удар сопровождался жудким криком: - Я НИЧТОЖЕСТВО, ДА? - разбил фотографию. - Я МУСОР?! - удар, разбил картину - Я НИКТО?! - разбил украшение в доме. - Я ВАМ ПОКАЖУ! - ещё одна разбитая рамка. - Я ДОКАЖУ ВСЕМ, ЧТО Я ЛУЧШИЙ! - ещё удар. - МОЙ ОТЕЦ БУДЕТ ГОРДИТЬСЯ МНОЙ! - удар и разлетевшее по полу стекло. - Я УНИЧТОЖУ ЭТИХ ЧЕРТОВЫХ РУССКИХ! - подошёл к столу и снёс на нем все вещи, а зрачки от боли и злости опять уменьшились. - Я УНИЧТОЖУ ВСЕ НАЦИИ МИРА, КРОМЕ НЕМЕЦКОГО НАРОДА! - вновь разбитое украшение в доме. - ГЕРМАНИЯ БУДЕТ САМОЙ ВЕЛИКОЙ СТРАНОЙ В МИРЕ! - снова разбитое стекло. - И ВСЕ БУДУТ ПОКЛОНЯТЬСЯ НАМ! - Вновь разбитая рамка. - И ЭТОЙ ВЕЛИКОЙ СТРАНОЙ БУДУ ПРАВИТЬ Я! - ногой опрокинул стол, разбив чашки. Много ещё было услышно обещаний, много ещё было услышано слов о величии, но когда-нибудь все заканчивается. Закончилась и исповедь Рудольфа. Голос постепенно стих, многое в этом доме было разбито, душу немножечко из оков освободил. Ну чтож, значит пришло время этому дому погибнуть от рук того, кто ненавидит это место всеми вибрами души. Он подошёл к очагу дома, где часто сидел ГИ, особенно в зимнее время, и вылил туда масла. Сливочного и машинного. Затем он подобрал с пола бумагу и кинул её туда-же в очаг. После обошёл весь дом, собрал всю бумагу в доме, все документы и покидал все это в очаг. Затем он вытащил одну спичку и зажёг её. Перед тем, как бросить её выполнять свою работу, он посмотрел на маленький огонёк. Из капли рождает море. От маленького неприятного воспоминания до самых крупных, что мучают сердце. Лицо было нечитаемым, о чем подумал он, не известно никому. Но огонь все испепелит, огонь все уничтожит. И сжигая свой отчий дом, он сжигал детство, детские надежды и мечты. Вздохнув, он кинул спичку на бумагу. Бумага начала гореть. Сначала один листок бумаги, затем второй. Но немцу было все равно, как будет гореть этот дом. Этот дом прошлое. Главное его уничтожить, а как, не важно. Но зная, что от огня он сам может сгореть ненароком, спокойным и мирным шагом он вышел из проклятого дома. И как только он вышел, он увидел стоящую возле дома машину. "Уже приехал." подумал Рудольф и направился к ней. Из машины вышел голубоглазый светловолосый мужчина лет 25. Он был достаточно крепкого телосложение. Даже кубики на прессе были видны. За внешностью он следил с особой щепетильностью, поэтому одежда сияла чистотой, а короткая стрижка всегда была уложена в причёску. Он подошёл к Рудольфу и подал тому руку. - Здравствуй Рудольф. И что это за предложение, от которого я не могу отказаться? - от нетерпения перешёл сразу к делу собеседник Рудольфа. -Здравствуй, значит сразу к делу. - начал Рудольф. - Итак, смотри на вон тот дом и проробуй угадать, что я сделал? Мужчина обернулся на дом и не заметив в нем ничего необычного, произнёс: - Хм, даже не зна... - не успел он и договорить, как заметил, как из окна поварил дым, а из другого были видны языки пламени. На это Рудольф довольно улыбнулся. Хорошо горит. - Как ты уже понял, я сделал то, чего хотел годами, и у меня получилось. - неожиданно Рудольф посмотрел собеседнику в глаза и приблизились произнёс. - Но не думаю, что тебе это интересно. Ведь ты профессор, в конце концов. Поэтому у меня есть к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Неожиданно у молодого человека засверкали глаза от предвкушения, он уже начал понимать, к чему клонит Рудольф. И ему это нравилось, но надо, чтобы Рудольф это озвучил сам. Но не мог он скрыть того, что начал понимать ситуацию: - Кажется, я начал понимать, к чему ты клонишь, Рудольф. - усмехнулся профессор, глядя прямо в глаза Рудольфу. Ведь мужчина на своей шкуре уже познал, что значит отвести взгляд, когда он смотрел окружающим в глаза. - Я хочу отдать тебе тело Воплощения Веймарской Республики. Мне нужно, чтобы ты обследовал его. Как ты это будешь делать, не имеет значения. Но помни, у тебя срок примерно год, так как он к тому времени опять воскреснет. Правда ненадолго, но все же. Узнай об особенностях организма все, что можно. А если твои данные будут полезны Германии, то тогда ты будешь щедро вознагражден. - произнёс Рудольф, уже видя по взгляду профессора, что тот согласен. Ну что, по рукам? - спросил Рудольф, подав руку для рукопожатия. -Договорились, по рукам. Мой будущий фюрер. - с усмешкой сказал профессор, снова пожав руку Рудольфу, а после наклонился и поцеловал её, тем самым дав понять, что признает Рудольфа как своего правителя.