Часть 8 Квиддич

Наступил ноябрь. В Хогвартсе начались соревнования по квиддичу. И этот учебный год открывал матч Гриффиндора со Слизерином. Акеле казалось, что она только вчера прошла отборочные в команду, а уже сегодня ей предстояло выйти на поле и защитить честь своего факультета. Изнурительные тренировки три раза в неделю на протяжении месяца сделали свое дело, команда львов значительно усилила свои позиции на поле, но Акела все равно сильно переживала. Ведь это ее первый матч! Она посмотрела на лежащую перед ней миску с хлопьями и отвела взгляд. От волнения кусок в горло не лез. — Тебе надо съесть хоть что-то. Хотя бы яблоко или тост. — настаивал, сидящий напротив нее, Римус. — Нельзя играть на голодный желудок! — Я не голодна. — произнесла Акела и отодвинув от себя тарелку. Сидящий рядом Сириус был того же мнения. Они с Джеймсом не проглотили с утра ни кусочка. По обоим было видно, что переживала по поводу предстоящего матча не только Акела. Джеймс весь издергался и вообще был как на иголках. И причиной такого волнения был далеко не только квиддич. Акела то и дело ловила его заинтересованные взгляды на, болтающую с подругой неподалеку, Эванс. Сириус же, наоборот, больше походил на мраморную статую. Чем больше он переживал, тем надменнее и мрачнее становилось его лицо. — Сделай физиономию попроще, а то с тобой рядом сидеть страшно. — легонько толкнув Сириуса плечом, произнесла Акела. В ее голосе явно были слышны нотки сарказма. Сириус в ответ состроил гримасу, но, после, взглянув на свое отражение в блюдце, насмешливо фыркнул и потеплел во взгляде. — Пора. — взглянув на наручные часы, сказала Акела и начала подниматься из-за стола. Ребята последовала за ней. У стадиона они разделились. Римус, пожелав им удачной игры, направился на трибуны, а Сириус, Джеймс и Акела пошли в сторону раздевалки. *** Шум болельщиков был слышен даже сквозь плотный полог. Джемс сидел между Сириусом и Акелой и внимательно слушал капитана команды. Он чувствовал плечи друзей рядом, слышал стук их сердца в ритме со своим, ощущал их молчаливую поддержку и к нему постепенно возвращалась уверенность. И готовность играть до победного. Но вот наступил долгожданный момент и Джеймс вместе с командой вышел на поле. Их встретил рев переполненных трибун. Оседлав свою метлу, юноша взмыл в чистое голубое небо. Ярко светило холодное осеннее солнце. Заняв свою позицию охотника, Джеймс обернулся к друзья. Сириус, играющий роль загонщика, задорно подмигнул ему, а Акела, парящая чуть выше, она была ловцом, одобрительно подняла большой палец. Джеймс улыбнулся им в ответ и перевел взгляд на трибуны. Там, на верхнем ряду, он четко разглядел стоящего Римуса, держащего, вместе с другим болельщиками, огромное знамя. На огненно-красном полотне была изображена голова льва, раскусывающего пополам извивающеюся змею. Но главное… Рядом с Люпином, он заметил знакомый силуэт и развивающиеся на ветру рыжие волосы. В сердце что-то предательски екнуло. Раздался свисток и Фабиан Пруэтт выхватив квоффл прям из-под носа слизеренцкого охотника, рванул в сторону ворот противника. — И так, Фабиан Пруэтт завладевает квоффлом, обходит защиту, уворачивается от бладжера, точный пас брату, Гидеон Пруэтт мчится к воротам, но…. Какая досада, квоффл вырывает Эван Розье, совершает пас Родольфусу Лестрейнджу, и… нет, мяч перехватывает охотник Джеймс Поттер… Дальше голос комментатора Джеймс слышал лишь отдаленно, словно через толщу воды. Все внимание было сосредоточенно на мяче в его руках. Вот он уже у ворот, вот замахнулся и …. — Гол! Гриффиндор открывает счет! Отличный бросок, Поттер! Красно-желтое море восторженно ревет. Джеймс чувствует бушующее в груди ликование и с новыми силами рвется в бой. Чем дольше продолжалась игра, тем жестче она становилась. Гриффиндорцы успели заработать себе пятьдесят очков, но инициативу перехватил Слизерин. — Уолден Макнейр завладевает квоффлом, слизаренец рвется вперед, подлетает к воротам и … забивает. Гол! Бело-зеленые болельщики ликуют. — Мяч у Эвана Розье, он замахивается для паса и … получает по руке бладжером и роняет мяч. Загонщик Гриффиндора — Сириус Блэк воинственно взмахивает битой, он вполне доволен результатом своих действий. Квоффл у Доркас Медоуз… Разница со Слизерином у нас тридцать очком, что совсем неплохо. — подумал Джеймс. — Сейчас поймать снитч было бы как нельзя кстати. Он поднял взгляд наверх. Акела и ловец Слизерина, Арон Эйвери кружили над полем, но еще не одному из них не удалось найти снитч. Игра продолжилась. — Родольфус Лестрейндж уклоняется от бладжера, пас Розье …Стоп! Что это? Акела Игнис вдруг устремляется вниз, неужели она заметила снич? Арон Эйвери спешит следом. Игнис почти у земли, на такой скорости успеет ли она вовремя остановиться! … Всего в метре от земли она резко выравнивает метлу и победно вскидывает руку вверх … Она поймала снитч! Матч окончен! Гриффиндор победил со счетом 260:70! Случившиеся Джеймс осознал только тогда, когда Сириус, с победным криком, подлетел к Акеле и не успев затормозить, свалился вместе с ней с метлы, благо высота была не большая, и теперь радостным клубочком катающихся по траве. И этот клубочек ежесекундно рос, пополняюсь новыми членами гриффиндорской команды. А с трибун к ним бежали восторженные болельщики. Он видел, как Акела с Сириусом счастливо обнимают Римуса, раскрасневшегося от быстрого бега, видел, как они машут ему, смеются, зовут к себе. Джеймс широко улыбнулся им, поднял взгляд на пустые трибуны и увидел стоящую, на одной из ступенек, Лили Эванс. Она словно почувствовала его взгляд, обернулась, и улыбнулась. Чуть-чуть, уголком губ, но эта, едва заметная, улыбка была для Джеймса лучшей наградой.