Часть 74 Ирония сердца

Вдохновился Play with Fire Yacht Money, Sam Tinnesz Самое начало осени. Сад, находящийся в паре шагов от дома Игнис, только начал одеваться в красные, оранжевые и желтые цвета, оставляя место для хризолитовой и изумрудной зелени. Акела сидела на ветке дерева в саду, что-то увлеченно рассказывая, активно жестикулируя, смеясь и непринужденно болтая ногами. А Регулус, устроившись в паре шагов от нее, на стареньком, но при этом не потерявшем своей винтажной элегантности стуле, завораживающе играл на перенесенном при помощи магии изящном пианино. Могло показать, что юноша практически не слушает девушку, но на самом деле слизеринец с интересом слышал каждое слово, сорвавшиеся с губ гриффиндорки. Сама Фенрир время от времени замолкала, откинувшись назад и просто наслаждаясь магической мелодией, окутавшей волшебный осенний сад. Но вот вечер неуловимо стал перетекать в ночь, похолодало и у Блэка стали леденеть пальцы, поэтому идею Игнис разжечь неподалеку костер юноша воспринял на ура. Вскоре на самодельном каменном круге, внутри которого находились ветки и дрова, пылали первые лепестки разгорающегося пламени. Отблески огня танцевали на стене дома и, Акелу и Регулуса окутал порыв ветра, с легким отголоском черемухи. Молодые люди уселись на валяющееся сбоку от костра увесистое бревно, есть едреный кислый мармелад и вязкую ароматную черемуху, закусывая, невозможной к употреблению в еду по словам Акелы, смоленной лакрицей. Регулус то и дело ловил себя на мысли, что давно не был так безмятежен и рад. Аромат непослушных коротких светлых с красным волос с едва ощутимыми оттенками цитрусов. Тонкие красивые, словно выполненные из белоснежного фарфора, пальцы и руки, в царапинах, пахнущие дымом костра и табаком. Глаза цвета яркого молодого лайма. Потрескавшиеся тонкие коралловые губы с привкусом солоноватой стали и сгорающего огневиски. Играющая на устах чеширская улыбка. Все это невозможно притягивало, околдовывало сильнее любых заклятий и любовных приворотов, и юноша был готов без оглядки сдать в опасный, но такой желанный плен. Регулус был влюблен в огненную, такую живую и хаотичную Акелу. От гриффиндорки словно бил поток энергии, оптимизма и нескончаемое желание творить эту жизнь, приносить в нее всевозможные яркие оттенки и настоящие истинные эмоции, не смотря на злые языки. Ночную тишину прервал звенящий звук металлической переливающийся цепочки на застежки бомбера, на конце которой покачивался агатовый камушек. — Знаешь, как тебя прозвали другие Пожиратели Смерти? — неожиданно спросил Блэк, задумчиво глядя на бушующее впереди пламя. Игнис недоуменно вскинула бровь, но все полюбопытствовала. — И как же? — Несущая свет. Свет настолько яркий и ослепительный, что убивает одним своим прикосновением. В зеленых пронзительных омутах блеснул отголосок печали в перемешку с непробиваемой твердость собственных намерений. — Весьма иронично, не находишь? — Ни капли. — слизеринец нахмурился. — Они считают тебя безжалостной опасной стервой. — Что ж, — гриффидорка усмехнулась и равнодушно пожала плечами, — они в чем-то правы. Ведь для победы над чудовищами зачастую приходиться объединяться со всеми своими внутренними демонами и самому превращаться в чудовище. Серые, почти черные, очи несогласно вспыхнули. — Невозможно победить зло злом. Да и ты совершенно другая. Ты сам огонь воплоти. — Всякий, даже самый неистовый огонь, когда-нибудь погаснет. Ты можешь спорить, но это же правда. А я не хочу мучительно медленно тлеть. Уж лучше сгореть в моменте и отправить пепел в свободный полет, чем неотвратимо угасать, подобно зажженной спичке. — Ты никогда не умрешь! — упрямо вскинул подбородок Регулус. — Человек жив, пока жива в сердцах память о нем! Акела с уловимой усталостью коснулась переносицы, явно не горя желанием продолжать этот, по ее мнению, совершенно бессмысленный спор. — А ты ведь в курсе, что ты — тот еще зануда? — А ты знала, что ты — летящий сарказм в образе человека? — Тоже мне, как будто открыл непостижимую тайну всех времен и народов. — насмешлив фыркнула Фенрир, но взгляд ее потеплел. Ночной сад вновь погрузился в мирную тишину, слышен был лишь треск дров, да стрекочущие в высокой траве ловкие кузнечики. Гриффиндорка непринужденно откинулась назад, уперевшись статной спиной в плечо сидящего рядом слизеринца, и с наслаждением вдыхая свежий ночной летний воздух, чувствую едва уловимый жар со стороны горящего костра и легкое тепло плеча Блэка, прикрыла ясные глаза. Регулусу даже показалась, что та задремала. Но спустя минут пять светлые лаймовые очи стремительно открылись и правая рука, в которой Акела держала палочку, взметнулась вверх. — Экспекто Патронум! Над ними взмыл феникс. Свободолюбиваяя яркая гордая птица в светло-голубой дымке зависла над верхушками деревьев. На лице Блэка проступило искреннее изумление. — Удивлен. — Почему же? — лукаво улыбнулась Акела. — Твоя анимагическая форма — огромный клыкастый волк. — Анимагия и Патронус не всегда совпадают. Иногда они дополняют друг друга. Регулус поднял голову вверх, увлеченно наблюдая за полетом Патронуса, и размышляя над словами друга. В его эмоциях промелькнула грусть. — Что-то не так? — заметив печаль во взгляде близких грозовых очей спросила Фенрир. — А ведь у меня никогда не получалось вызвать настоящий Патронус. — слова были сказаны как бы в невзначай, но в них клубилась горечь. — Максимум синее облачко и не больше. — Так давай попробуем сейчас, вместе! — мгновенно нашлась Акела, и не успел Регулус возразить, как девушка встала, подняв его за собой. После Игнис уверенным движением поставила Блэка перед собой, правой кистью взяв его руку с зажатой палочкой и вытянув вперед, а левую руку аккуратно положив на талию. — Ты что творишь?! — возмущенно прошипел слизеринец. — Тихо! — ласково прошептали ему сзади и легонько ударили по спине. — Не мельтеши. Лучше сосредоточься на ощущениях. Попробуй вспомнить свое самое счастливое воспоминание, прочувствовать всю радость того момента. И когда будешь готов, действуй. Регулус негодующе закатил глаза, но все же прикрыл веки и задумался. Самое счастливое воспоминание? Трудный вопрос. В памяти всплыли их детские посиделки в комнате Сириуса, та самая ночная летняя прогулка и поход в кино с остальными Мародерами, первая встреча с Акелой в Хогвартс- Экспрессе, танец на святочном балу, беспечный выходной во внутреннем дворике Хогвартса. Даже совместные матчи по квиддичу вызывавшие раньше негодование, теперь стали лишь легким отголоском ностальгии по другу и брату. Насыщенно черные, вьющие тугими кольцами, волосы взмокли у весок. Тонкие нежные бархатные губы Регулуса покрылись испаринами. — Эксппекто патронум… Из волшебной палочки юноши вырвалось что-то похожее на струю голубого и серебристого газа. — Отлично! Теперь еще раз, увереннее! — одобрительно, но твердо произнес голос Фенрир за спиной. — Экспекто патронум! И спустя секунду к парящему над садом фениксу присоединился черный ворон. Чувство восторга и ликования, которые почувствовал Блэк, было намного сильнее дрожи в ногах и начавший ходить ходуном руки, с все еще сжатой в нем палочкой. — Смотри, получилось! Змейка, ты — молодчина! — Игнис радостно подпрыгнула и с открытым торжеством захлопала в ладоши. Регулус облегченно выдохнул и не выдержав, расхохотался. Он давненько не чувствовал себя в таком приподнятом настроение. — Спасибо. — отсмеявшись, неожиданно серьезно произнес слизеринец, беря гриффиндорку за руку и крепко, но аккуратно сжимая. — Ты отличный маг, хороший человек и настоящий друг, Огонек. — Да ты тоже вроде ничего. — произнесла Акела, по-мальчишески задорно хлопнув парня по плечу. И хоть тон Фенрир был с вечным отголоском иронии, на устах ее играла смущенная улыбка. Вселенская тьма, и полыхающий в ней пожар. Разноцветные глаза, волосы цвета огня Пару личностей во мне, будь поосторожней Искупи свои грехи, мы — священные огни Мы не так плохи, как ты думаешь. Ведьмы группа BALKON Серая ночь, в окнах дымит рассвет, Солнце взойдет, а может быть больше нет, Ночь без любви, пусты между людьми мосты, Нет ничего, есть только ты. Свобода, свобода, так много, так мало, Ты нам рассказала, какого мы рода, Ни жизни, ни смерти, ни лжи не сдаешься, Как небо под сердцем в груди моей бьешься… Песня о свободе Группа ДДТ