Часть 5

      Пока Гермиона ходила за чемоданом в свою комнату, Снейп связался со своим старым другом. Маглом, кстати. Тот занимался недвижимостью под сдачу в аренду.       Хоть Северус и был беден в молодости, за время его работы в лучшей школе магии, он собрал хороший капитал. Но так же жил в старом доме родителей на отшибе Великобритании, около ткацкой фабрики.       Снейп пытался себя убедить, что именно ему будет некомфортно в своем старом доме, потому что там неудобный матрац, на котором он никогда нормально не спал, и именно Северус хочет комфорта для себя, но на самом деле, как бы он этого ни отрицал, он хотел, чтобы ей было комфортно, чтобы она хорошо провела каникулы. Поэтому он договорился о домике на острове Мейнленд. Почему именно там?       Это самый крупный остров архипелага Шотландии. Гермиона любит науку и историю, ей наверняка понравятся достопримечательности этого острова. Мегалиты Стеннеса, побережье Еснаби, графский дворец в Брисай, да и просто там невероятный вид: трехсотметровые горы утопают в песчаных побережьях — невообразимо. И все для неё. Он тяжело вздохнул.       Они перенеслись сразу в гостиную арендованного домика. Стены из камня, большой камин, два кресла качалки, на полу медвежья шкура. Было холодно и неуютно.       Оглядевшись, Снейп направился к камину, подложил несколько поленьев и направил в них сноп искр. Огонек разгорелся не сразу, пришлось магически поддерживать его некоторое время. Гермиона прошлась вдоль стены, остановилась у окна и замерла. Ей открылся изумительный вид на побережье: волны накатывали на песчаный берег, разбиваясь о камни и скалы.       Девушка стояла завороженная видом. Глаза ее блестели от восторга. Снейп подошел к ней со спины и остановился в полушаге. — Раз нам теперь придется проводить время вместе, давай обозначим несколько правил. Первое, не задавай много бестолковых вопросов. Второе, можешь называть меня Северус. Третье, не люблю разговаривать за едой. Четвертое, вообще не люблю разговаривать.       Эти слова испортили все волшебство момента. Небо стало серым, волны тусклыми и безжизненными. Гермиона прикусила губу изнутри. Она резко развернулась к нему лицом, по инерции сделав шаг ему навстречу, и уперлась в грудь мужчины. Гневно посмотрела ему в глаза. — Я вам… Тебе не игрушка, которую достал из коробки, когда потребуется, а потом бросил. И не буду следовать глупым правилам по твоей прихоти. Мы в одной лодке, так что либо вместе идем на контакт, либо и я потерплю десяток-другой лет, пока кто-то из нас не отправится в мир иной! — она тяжело дышала и была готова кинуть в него что-нибудь тяжелое. Они стояли так несколько мгновений. Черные омуты его глаз затянули в свои сети.       Она немного привстала на носочки, поддавшись сиюминутному желанию почувствовать вкус его губ. Снейп отшатнулся от нее. И резко развернувшись ушел вглубь дома. Гермиона осталась одна с красными щеками и слезами на глазах. -О чем ты только думаешь, твою Мерлинову Мать! — ругал себя Северус. Гермиона кулаком вытерла проступившую слезинку и глубоко вдохнув и выдохнув, натянула на себя самую милую улыбку и невозмутимое выражение лица. Она прошла в кухню, пошарила по шкафчикам, и найдя там заварники чайные принадлежности, включила газовую плитку и поставила греть воду. Когда ей было плохо она всегда пила чай. Она стояла и бездумно смотрела на голубые язычки, которые ласкали дно чайника. Послышался скрип половиц. Это Северус зашел в кухню, и не смотря в сторону девушки открыл верхний шкафчик, доставая оттуда 2 чашки, сахарницу, и конфетницу. Он молча поставил их на стол и принялся сыпать заварку в маленький чайничек. Гермиона смотрела на него с непониманием. Минуту назад он оттолкнул ее, а сейчас они вместе будут пить чай? Но в этом был весь Северус, он отталкивал тех, кто был ему как-то дорог. Они сели за стол в примирительном молчании. Он не стал перед ней извиняться, но она и так знала, чувствовала: ему стыдно. Северус периодически поглядывал на девушку, которая вяло мешала сахар в стакане. — Мы можем прогуляться по берегу сегодня, а завтра ты сама выберешь, куда пойдем. Гермиона подняла на него глаза, в них читалось робкое — Спасибо. — Хорошо. Только оденусь. Там ветрено. — Хорошо. Спальня, должно быть, на втором этаже. — пожал плечами Снейп. Они вышли из дома и Гермиона обернулась, чтобы рассмотреть его. Двухэтажный дом, сложенный из камня, несколько окон, ничего выдающегося. Труба, торчащая из крыши. Они спустились к воде, холодный ветер колол лицо, глаза слезились. И не от ветра. А от необъятной красоты. И невероятного спокойствия, Гермиона могла стоять и смотреть на волны, серое небо и маленькие кораблики — вечность. Она боковым зрением заметила, как по лицу Снейпа пробежала тень — удовольствия, спокойствия? Не отрывая взора от бескрайней глади воды он нашел ее руку. Сначала тонкое касание пальцев, от чего у обоих перехватило дыхание. Сердце застучало в горле, он сплел их пальцы и сжал ее руку, все также смотря на волны. Гермиона глупо улыбалась своим мыслям. — Вот он, Северус Снейп. Колючий, как этот ветер, но такой же нежный, как эти волны, ласкающие берег.