Часть 3

      — Использование RC клеток для лечения людей? Звучит интересно.       Я пододвигаюсь ближе к Кими, опрокидывая взглядом ее исследовательскую статью.       — Обычно гули восполняют запас RC-клеток путём поедания людей или себе подобных, — задумавшись произносит девушка, — усваивая их клетки-RC и производят из полученной биомассы свои. Благодаря этому они могут быстро регенерировать.       — Получается, если у человека этих клеток больше нормы, он сможет выздоравливать в несколько раз быстрее? — Тру затылок карандашом. — Но чем больше этих клеток, тем отвратительнее еда или присутствует риск гиперсекреции этих так называемых RC-клеток. Оно этих рисков не стоит.       — Ты права, — Нишино делает пару заметок в своем блокноте. — Вот если бы можно было отделить от этих клеток эти побочки, но пока это не предоставляется возможным.       Я хмурюсь, думая над словами Кими. Наше совместное исследование зашло в тупик, не успев начаться. Мы уже второй час ломаем голову, пополняя мусорку смятыми бумажками. Идея действительно звучит фантастически, благодаря этому открытию можно будет выводить людей из комы, лечить раковые опухоли и ускорять заживление переломов и прочих травм. После еще одного часа мозгового штурма, мы решаем взять перерыв и купить по баночке холодного чая из ближайшего автомата.       — Кстати, ты своего пациента уже выписала? — Спрашивает Кими, попутно открывая банку.       — Ох, лучше не напоминай, — мне захотелось закатить глаза. — Этот Сузуя настоящее антисоциальное чудовище! Я с ним чуть не поседела за эти дни. Как бы сказала Юмеко – настоящий энергетический вампир!       Кими заливисто смеется, чуть ли не подавившись своим напитком. Она была наслышана о моем пациенте как никто другой, потому что после завершения рабочего дня я со всех ног неслась жаловаться к ней, а она безвозмездно работала моим психологом. Вместе со мной Кими искала его по всей больнице, когда он забрался на крышу и повис на перилах, якобы «чтобы я не надоедала ему со своим лечением и вообще он захотел воздухом подышать».       — Ты права, он был невыносим.       — Мягко сказано. Неделя уже прошла, а у меня до сих пор трясучка об упоминании его имени!       — Акане, я хотела кое-что у тебя спросить.       — М? Я за тебя завтра на смену не выйду.       — Да нет же! Я не это имела в виду, — Кими протестующе замахала руками, а потом вмиг стала серьезной. — Ты веришь в мир между гулями и людьми?       Задумавшись, я смотрю в потолок, словно там есть ответ на заданный вопрос. А что ответить? Я даже гулей ни разу в жизни не видела, разве что по рассказам отца. А может быть и видела, просто не встречала лично, ведь от людей они ничем не отличаются. Можно сказать, везунчик.       — Наверное да. Люди всю жизнь воевали между собой из-за несходящихся идей, так чем наша борьба с гулями отличается? Они голодные, поэтому едят людей, другого выбора нет. — Я беру в руки карандаш, начиная вырисовывать на полях жирафа, получился он до ужаса кривым, поэтому я поспешила его стереть. — Думаю, если бы мы могли изобрести альтернативу их еде, то все бы получилось, вегетарианцы едят же соевое мясо, так и здесь можно сделать что-то подобное. Просто людям проще затоптать и уничтожить, чем воссоздать.       — Не думала, что ты философом подрабатываешь, — Кими хихикнула, кидая пустую банку в мусорку, — ладно, пошли домой уже, спать как-то хочется.

***

      Я машу на прощание Кими и направляюсь в сторону остановки. Уже давно стемнело, только уличные фонари разбавляли ночную мглу. Я не торопясь иду домой, напевая под нос мелодию. Остановившись, понимаю, что что-то похожее пел и Сузуя, видимо из-за этого она и засела в голове. В последнее время этот парень часто навещает меня в мыслях, то ли из-за своей вызывающей внешности, то ли из-за того, что вынес мне все мозги и я до сих пор под впечатлением его мудаческого характера.       Пиная рядом лежащий заснеженный камушек, я застегиваю куртку и сажусь на остановку в ожидании своего автобуса. Из размышлений о светлом будущем и, глумящимся надо мной настоящим, меня вырывает детский крик о помощи, который я слышу даже через громкую музыку в наушниках.       Крик доносился из темной улочки, напоминал больше плач. Видимо, чей-то ребенок потерялся и испугавшись решил затаиться в укромное местечко. Я встаю с лавочки и неспеша иду по направлению шума, включив фонарик на телефоне.       Действительно, передо мной сидела маленькая девочка, прижавшаяся к стене и тихо всхлипывала. Выглядела она довольно опрятно, розовая курточка лаконично сочеталась с платьем такого же цвета и белыми ботиночками, будто маленькая незнакомка шла с какого-то праздника, затерявшись в толпе.       Присев рядом с ней, я осторожно, чтобы не напугать, положила руку на ее плечо, успокаивающе поглаживая.       — Малышка, ты потерялась? — Ласково спрашиваю я, набирая в телефоне местонахождение ближайшего участка полиции.       Мне отвечают молчанием и всхлипываниями. Что же, отлично. Только этого и не хватало. Какой непутевый родитель мог бросить такую маленькую девочку? Помимо гулей и других дураков хватало с лихвой.       — Я хочу помочь, я доктор, меня не нужно бояться. Ты знаешь, как зовут твою маму?       Девочка кивает и встает, поправляя платье. Беру ее за руку и выхожу из переулка, направляясь в сторону оживленной улицы. Расспрашиваю ее о родителях, но та не может связать и пары слов из-за волнения и непрерывного плача. Пройдя приличное количество улиц, решаю отвести девочку в полицейский участок, но тут же слышу чей-то женский крик.       — Сара!       К нам подбегает незнакомка среднего возраста и обнимает девочку, которая радостно обнимает ее в ответ. Вытирая слезы, женщина целует ее в лоб и поправляет волосы, которые растрепались от ветра. Потеряшка найдена, можно спать спокойно.       — Опять куртку расстегнула! — Простынешь же, дурёха.       Девочка что-то недовольно мычит и хватает ее за штанину брюк, тем самы вызывая у меня улыбку.       — Я Хонока Ханамори, мама Сары, — она поклонилась. — Спасибо, что нашли мою дочь, мы шли с фестиваля и она убежала от меня, потому что не хотела идти домой, я ее уже четвертый час искала, знаете же в каком районе живем, тут опасно детям.       — Ну что вы, главное что все обошлось, — улыбаюсь, зачесывая прядь волос за ухо. Я Рие Акане, работаю тут в больнице, что не подалеку.       — Приятно познакомиться! — Хонока радостно хлопнула в ладоши. — Позвольте угостить вас прекрасными моти неподалеку отсюда, в знак благодарности.       — Нет, что вы… — смущаюсь, отрицательно качая головой. — Мне домой пора, не могли бы вы проводить меня до ближайшей остановки?       — Конечно же, пойдемте! Вы из какого района? — Интересуется она.       — Из четвертого, — говорю не ту цифру я, а то мало ли. — Здесь работаю.       — Далековато вам, — вмешивается в разговор девочка, прикидывая примерно где это находится. — Мы раньше жили там!       Улыбаюсь, разговорившись по пути со своими новыми знакомыми. Хонока обещала принести мне на работу пару булочек, которые она испечет у себя на работе в кондитерской. Ей было очень неловко, что я не приняла ее благодарности и ей хотелось вернуть долг. Наш разговор прерывает чья-то тень, стоящая в темном переулке и я встаю столбом, когда Ханамори встает впереди нас и не дает пройти дальше. Вдыхая вечерний запах, она застывает в ужасе и тихо шепчет:       — Голубь.       Перед моим лицом мелькает лезвие ножа, а потом до ушей доходит крик Хоноки, которая хватается за глаз, чтобы выдернуть орудие. Растерявшись хватаю Сару за руку и хочу бежать, но и в нее прилетает нож, который вонзается ей в затылок. Точно такие же ножи я вытаскивала из подушки Сузуи, когда обнаружила один из них на полу, неужели…       — Приветик, поиграем? — Джузо показывает язык и ловко отпрыгивает в сторону от летящего в него кагуне.       Тут же он раскрывает кейс, доставая оружие посерьезнее, напоминающее косу. Как у него хватает сил таскать такую бандуру вообще? Выглядит она до жути тяжелой и неуправляемой, но видимо не для Джузо, который с одного быстрого взмаха отрубает голову сначала Хоноке, а потом и ее дочери. Рядом со мной падает обезглавленный труп, а следом еще один. Я кое-как удерживаю рвотный позыв и подступающие слезы. Ноги сами подкашиваются и приземляются на ледяной асфальт. Мне доводилось видеть трупов в морге, но не обезглавленных гулей в луже крови, особенно если один из них ребенок. Они выглядели слишком человечно.       Сузуя достает из своего мешковатого пиджака телефон с забавным брелком жирафа и старательно набирает чей-то номер. Как я поняла, он вызвал службу зачистки и еще несколько следователей для расследования.       — Глупая Акане, кто будет ночью по темным переулкам ходить? Тебе повезло, что мне стало скучно и я пошел искать гулей!       Я ничего не отвечаю, потому что у меня нет сил даже заплакать. Все произошло слишком быстро и осознание пришло не сразу. Все-таки не могу сдержать рвоту, чувствуя как желчь подступает к горлу и все содержимое сегодняшнего дня оказывается на асфальте.       — В больницу? — Предлагает Сузуя, протянув мне руку.       В его глазах помимо безразличия я увидела нескрываемую радость, только вот от чего? От того, что он спас кого-то и этот кто-то была я? Или от того, что он без сожаления убил двух гулей, один из которых был еще ребенком? Я обратила взгляд на его волосы, слипшиеся от свернувшейся крови, которая явно ему не принадлежала. Получается, до этой встречи он еще пару гулей прикончил?       — Ты псих ненормальный, иди к черту, — вытирая слезы, шмыгаю носом. — Они ничего даже не сделали.       — А могли. Я тебе вообще-то жизнь спас. — Возмущается он, — Аки-тян должна сказать спасибо.       — Отстань.       Встаю и отшатываюсь, снова увидев два бездыханных тела.       — Я тебя провожу, — Сузуя по-детски улыбается. — Вдруг тебя решит еще кто-нибудь съесть.       — Я сама способна добраться до дома.       Джузо хмыкает, пожимает плечами и идет следом за мной словно бродячий кот. Я раздраженно рычу и делаю вид, словно его не существует. Мне почему-то не было страшно идти одной, потому что я свято считала, что молния два раза в одно место не бьет. Если бы не Джузо, не факт, что я бы узнала, что они вообще гули, потому что выглядели они весьма дружелюбно и слишком человечно, даже человечнее Сузуи. Хотя, я была готова поклясться, что если бы я шла сейчас одна, мнение поменяла. Видимо, просто не отошла от шока и психика таким способом пытается меня защитить.

***

      Садимся в автобус мы вместе. Я оплачиваю за себя проезд, а потом смотрю на Джузо, который разводит руки в стороны и говорит, что свой кошелек он с собой не брал. Интересно, он у него есть вообще?       — А домой ты как поедешь?       — Пешком пойду.       Я закатываю глаза и оплачиваю проезд за него. Парень как-то по-издевательски хихикает, а я стараюсь держать себя в руках, чтобы не ударить его по голове чем-то тяжелым. Не хочу добровольно подписать себе смертный приговор. Сажусь на самое дальнее сидение и устало потираю глаза. Джузо садится рядом со мной и смотрит в окно, болтая ногами, словно школьник, только вместо рюкзака у него кейс с оружием. Что там говорят нужно делать, когда перед вами ненормальный убийца? Бежать или молча соглашаться со всем?       — Завтра тебя допросят следователи.       — Круто.       — Ага.       Сидящие в автобусе люди косятся на нас и не зря, ведь измотанная девушка и обмазанный в крови следователь выглядят в дуэте весьма гармонично. Главное, чтобы полицию не вызвали.

***

      Подходя к дому, я открываю калитку и захожу в небольшой дворик, желая поскорее ретироваться от нежеланного знакомого. Сузуя как-то странно на меня смотрит, словно что-то прося глазами. Ну уж нет, на порог своего дома я его не пущу! Я еще не настолько обезумела. Но и в конце концов, не оставлять его тут сидеть на ступеньках до утра? Оставить конечно, а еще запереть дверь на десять замков, только вот кажется, что его бандура пробьет и сотню. Автобус он уже вряд ли дождется, а на улице зима, в своих тапках Джузо пальцы наверняка отморозит, да и легкий пиджак теплым не выглядел. Эмпатия к неадеквату? Идем на повышение.       — Твоя взяла, проходи, — я пропускаю его, получая в ответ радостный возглас.       На пороге меня встречает Рич, который сначала рассматривает непрошенного гостя, а потом прыгает на него, облизывая лицо. Даже меня так радостно не встречает, гад! Сузуя улыбается во все тридцать два и гладит собаку, почесывая того за ухом. Ну, значит, не такой он уж и ужасный человек, раз собаке понравился, всего-то отрубил пару голов гулей сегодня. Ничего противозаконного. Я разуваюсь и откидываю свои кроссовки в сторону, включая свет где только можно.       — Как зовут собаку? — В голосе Джузо читается интерес.       — Его зовут Рич, он лайка, — громко из кухни говорю я, доставая чашки и чай.       — Лайка? Я думал он собака.       Джузо усмехается, садится за стол и наблюдает за тем, как я пытаюсь набрать дрожащими руками воды в чайник. Хоть бы помог, засранец. Наивная конечно до жути, ему ведь наверняка в радость наблюдать за тем как я мучаюсь.       — Лайка это порода, — объясняю, искренне удивляясь почему он не знает таких очевидных вещей. — Мой дедушка любил путешествовать по миру, привозя из разных стран по вещице. Если из Мексики он привез мне сомбреро, а из Кореи кучу косметики, то из России решил притащить собаку. Не знаю, что им двигало в этот момент, но пес действительно замечательный, несмотря на его нрав.       Все-таки включив чайник, я победно хлопаю себя по бедру, ища глазами сладости, которыми могу угостить Сузую. Как бы он не бесил меня, гостеприимство никто не отменял, да и раздражать его боюсь, вдруг меня ждет участь тех гулей, серьезно страшно. Найдя пару снеков и какие-то шоколадные конфеты, подаренные мне Кими трясущимися руками подвигаю ему тарелку. Джузо сразу же набивает ими рот, что-то бубня мне про то, что его чай нужно разбавить водой.       — Шинохара-сан говорил, что в России холодно, это поэтому пес такой шерстяной? А он команды знает? А сколько он ест?       На минуту я задумаюсь, точно ли это один и тот же человек сидит передо мной. Вроде да, неряшливый, измазанный в крови, только в глазах отражается какой-то детский восторг, а не маниакальная агрессия. Точно один и тот же. Кстати, а куда подевался мой инстинкт самосохранения, который пару часов назад говорил мне, что нужно скорее бежать от него подальше? Хотя, если бы он хотел убить меня, то я бы лежала в том переулке третьей, а может он просто выжидает время меня прибить.       — Можно по одному вопросу в минуту? — Натянуто улыбаюсь, наливая по чашкам чай.       — Хорошо, — Джузо берет свою чашку и делает первый глоток чая.       Оставшуюся ночь мы болтали с Сузуей на кухне, так как выбора у меня особо не было. Я рассказывала ему о собаках, дрессировке, учебе в медицинском, детально описывая операции, на которых мне удалось присутствовать, потому что именно эта тема интересовала его больше всех остальных.       Джузо в ответ рассказывал мне о том, как он любит ходить в зоопарк, как он здорово работал со своим напарником, который сейчас лежит в коме. А после он добавил, что обожает есть пудинг и какие жирафы классные животные. Теперь я знаю, как атаковать гуля так, чтобы быстрее прибить, на какие ранги они делятся и как среди людей их вычислить, почему-то этого мой отец мне не рассказывал, что странно, это ведь суть его работы. Так же я по его просьбе одолжила прочитать ему пару книг, в которых красочно описывались различные травмы и их степени (думаю Сузуе были интересны именно картинки, а не сам текст книг, так же он искал лишний повод вернуться ко мне еще раз).       В моих глазах после этой ночи он почему-то был не отпетым маньяком, а всего лишь ребенком, лишенный родительского внимания и это внимание он нашел во мне.